По следам преступлений
Василий Абидов приехал в Киев. Остановился на частной квартире. Около автомобильного магазина ок познакомился с Киквадзе и Хухуа, которые первыми подошли к нему и представились тоже людьми, желающими купить машину.
Друзья по несчастью.
И тут же они начали жаловаться новому «другу»:
— Слушай, никак не можем устроиться в гостиницу, будь человеком, помоги, не дай остаться ночевать на улице. Мы в долгу перед тобой не останемся.
И Абидов, не раздумывая долго, повел их на квартиру, где устроился сам. Преступники в знак благодарности опоили его зельем.
Это крохоборы. Ограбив в городе Пушкине М. Смокова и И. Будкова, вытащив из их карманов аккредитивы на солидные суммы и наличные деньги, преступники выгребли даже мелкую монету — несколько рублей.
У Гуляева и Юсупова в городе Калинине преступники похитили аккредитивы на сумму четыре тысячи рублей, более четырех тысяч взяли наличными. И кроме того, прихватили с собой кепку одного из пострадавших, красная цена которой — пять рублей, взяли расческу, перочинный нож и два рубля шестьдесят копеек мелочью, лотерейный билет.
При дележе добычи каждый брал свою долю с боем, требовал учитывать даже свои расходы на проезд в автобусе.
Они трусы и шкурники. Однажды в Кутаиси ранее ограбленные Андреев и Королев встретили «своего» грабителя Сванидзе. Этот подонок ползал у них в ногах, отдал им все деньги, которые у него были — более пяти тысяч рублей, и молил пощадить его, не сдавать милиции.
На допросах, изворачиваясь и петляя, они охотно сваливали вину один на другого, любой ценой стараясь выпутаться, выгородить себя, предстать перед следствием эдакой невинной овечкой, жертвой, орудием в руках других, более опытных и прожженных бандитов.
Но в результате огромной работы, которую провела бригада следователей, преступления каждого из них были полностью раскрыты и подтверждены документами, свидетельскими показаниями, протоколами допросов и очных ставок, вещественными доказательствами, данными различного вида экспертиз.
Найден был и тот, кто, пользуясь благородным, самым гуманным на земле званием врача, снабжал бандитов патентованным зельем. Им оказался участковый врач одной из ленинградских поликлиник.
Следствие по этому делу закончено. Материалы переданы в суд. Суд воздал им должное, каждому по заслугам.
Но когда перед следствием проходили все эти преступники, потерпевшие и свидетели, когда их показания и результаты очных ставок, акты экспертиз и протоколы допросов, занявшие тридцать шесть объемистых томов, нарисовали полную картину их жестоких преступлений, о многом заставляло это задуматься, на многое по-иному посмотреть.
В нашей стране нет и не может быть преступлений, порождаемых социальным неравенством, безработицей, нуждой, эксплуатацией человека человеком и иными язвами буржуазного общества.
Но преступления пока совершаются и у нас, и мы должны всякий раз, наказывая преступника, непременно доискиваться до причин, породивших преступление.
Преступники Васадзе, Торонджадзе, Абашмадзе, Киквадзе, Сванидзе и другие, о которых идет здесь речь, отобрали у граждан свыше 270 тысяч рублей. Из них более 170 тысяч они получали в сберегательных кассах по подделанным документам — (по чужим) аккредитивам, по чужим паспортам.
Всего этой преступной группой было совершено в разных городах более шестидесяти преступлений.
А между тем «арсенал», если можно так выразиться, их средств и методов крайне невелик и однообразен. Для поисков очередной жертвы преступники выбирали, как правило, два места: или рынок, или автомобильный магазин. Расчет был прост: и на рынке и у автомагазина обязательно можно встретить людей с наличными деньгами или с аккредитивами.
И как правило, в этих местах они находили нужных им людей — до ротозейства беспечных и до бесконечности доверчивых.
Но, пожалуй, самым страшным оружием в руках преступников были не нож и не пистолет (хотя порой они прибегали и к этому), а стакан вина, рюмка водки, ну и соответствующая моменту прибаутка.
Вот оно, зелье — пострашнее хлоралгидрата!
Возьмите первый описанный выше случай. Люди впервые увидели в глаза этого невесть откуда возникшего расторопного незнакомца, готового к любым услугам. Даже не успев спросить, как его зовут, откуда он взялся, выпивают с ним и закусывают, раскрывают душу и… сведения о содержимом своего кошелька.
И такой скороспелый собутыльник будит их в четыре часа утра только для того, чтобы пригласить их… выпить. И они, не продрав глаза, садятся и как ни в чем не бывало выпивают…
Конечно, не очень это ловко критиковать покойного, но для живущих — надобно! Крайне необходимо рассказать и о других жертвах бандитов, отделавшихся рвотами, обмороками, головными болями и… утратой своих кошельков.
Инженера Тормозова его сослуживцы характеризуют как человека трезвого, самостоятельного. Но вот трезвого и самостоятельного поманили отъявленные проходимцы пальчиком и только намекнули ему (очень туманно) о его хрустальной мечте — автомобиле, — и от хваленой инженеровой самостоятельности и трезвости не осталось и следа.
— Как же не выпить с благодетелями! Неудобно.
Гайн Аветисович Туманян привез в Тулу из солнечной Армении вино. Свое вино. Из собственного погреба. Лично им самим приготовленное. Пришли к нему в палатку на рынке три совершенно незнакомых человека. Первый раз их увидел. Купили у него вино. Похвалили. Предложили и хозяину выпить.
— Как не выпить с настоящими знатоками и ценителями!
Знатоки и ценители обшарили упавшего без сознания винодела и забрали у него триста рублей наличными и на четыре тысячи рублей аккредитивы. Выгребли все дочиста. В том числе и документы.
Как же тяжко было его похмелье!
Жертвой разбойников с рюмкой в руке стал даже один участковый уполномоченный. Подгоняемый страстью автолюбителя, он согласился поехать с преступниками из одного города в другой, где, как обещали ему уличные «друзья», купить машину так же просто и доступно, как бутылку водки. Бутылку водки они действительно купили…
Даже следователи, многое повидавшие в своей практике, испытывали порой глубокую боль и горечь, видя, как водка — этот страшный дурман — лишает человека рассудка, калечит его психологию, убивает самое дорогое…
Вот показания М. А. Варламова из города Уфы:
«Вечером в восьмом часу мой новый знакомый, который потом оказался Абашмадзе (хорош знакомый, что фамилию узнаешь на следствии), принес две бутылки портвейна и закуску. Вместе с ним был и его приятель, назвавшийся Гришей. Несмотря на то, что у меня не было особого желания распивать вино в номере (запоздалое раскаяние!), Абашмадзе и Гриша стали уговаривать меня, и мы стали пить вино прямо в номере.
В это время Абашмадзе сказал моему сыну, чтобы он принес еще вина, и через некоторое время сын принес из магазина еще две бутылки такого же портвейна. Когда мы стали распивать вино, у меня закружилась голова, и я плохо помню, что потом было.
Помню только, что Абашмадзе послал моего сына, чтобы он привел девочек…»
И далее гражданин Варламов подробно перечисляет все деньги и вещи, которые у него похитили его «приятели».
И только об одном не упоминает в своих показаниях Варламов: какой наглядный урок преподал он своему несовершеннолетнему сыну, какую глубокую травму оставил он в неокрепшей его душе. И трудно даже сказать, какие плоды придется пожинать потом этому воспитателю.
Конечно, не все так безрассудно и так охотно клевали на жалкую приманку бандитов. Случалось, что их настойчивые приглашения выпить и закусить отклонялись твердо и бескомпромиссно. Увы! Это было все-таки реже.
Куда как чаще с людьми случайными, совершенно незнакомыми сходились, садились выпивать и закусывать, объяснялись в дружеских чувствах буквально сломя голову.
Тут же приглашали к себе в номер гостиницы, на квартиру, оставляли ночевать, а утром, превозмогая головную боль, мучительно старались вспомнить, что же произошло накануне, дрожащими пальцами обшаривали пустые карманы и распоротые «загашники» и с пещерным ревом бежали в ближайшее отделение милиции.