Конфетка для мажора (СИ)
— Ой! Ююююль?
— Ммм? — Я уже вся на пути к душевым и никто не заставит меня свернуть с намеченного пути.
До дверей общаги остаётся жалких метров пятьдесят, когда дорогу преграждает блестящий бок автомобиля. Тонированное стекло опускается:
— Неожиданная встреча!
Глава 15
Юля.
Замираем с Ларисой и, переглянувшись, пытаемся обогнуть капот притормозившей машины. Лицо девушки, сидящей за рулём, мне незнакомо, поэтому я не собираюсь притормаживать и отвечать на неопределённое приветствие. Хотя и уверена, что обращено ко мне: девушка смотрит в упор, не отводит взгляд.
— А ты хорошенькая, — летит в спину, но я лишь пожимаю плечами на немой вопрос подруги. — С такими интересно поиграть! Слышишь?
— Больная какая-то, — озвучивает Лара мои мысли, и мы наконец-то скрываемся за массивной скрипучей дверью общежития.
Здороваемся с комендантшей и взлетаем наверх, чтобы умыться без очередей и завалиться в постель. Есть не хочется ни мне, ни Ларке. И если с первой частью плана справляемся на ура, то со второй — лечь и уснуть — случается накладка.
Стоит устроиться в удобном положении и пробормотать «спокойной ночи», около двери возникает шум, а потом она и вовсе распахивается, являя нам нетвёрдо стоящую на ногах Аню. И ладно бы одну Аню… Под локоть её держит та самая ненормальная девица, которая ранее кричала в спину.
— Ого! Девчонки! — Анька пьяно икает и глупо хихикает. — А я приехала, иду такая… А там вот… Лиза… Вас ищет. Вернее, Юль, тебя. А мы тут… Ауч! Ты чё щиплешься⁈ — Аня дёргается и чуть не падает. Хорошо, Шумкова рядом и подхватывает нашу соседку. — А вы тоже тут… И она…
— И все мы тут. Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались. Ты где выпить успела, Аня? — Лара мягко, но настойчиво подталкивает Таран к кровати и помогает лечь.
— Выйдем? — Настырная девица, не стесняясь, включает свет и смотрит в упор. Закатываю глаза и показываю всем видом, что никуда идти не собираюсь. И слушать её тоже.
Так-то я не трусиха, но инстинкт самосохранения присутствует: в интернате похожие «выйдем» могли закончиться в местном медкабинете или даже областной больнице. И, скажу я, девочки всегда жёстче и злее избивали провинившихся (по их мнению, разумеется). Попав пару раз, в третий начинаешь осторожничать.
— Аааа, моя голова! — Аня валится на подушку со стоном и начинает шёпотом что-то сбивчиво говорить Ларисе. Краем глаза кошусь на эту парочку: Ларка терпит, но губы поджимает недовольно. И я её понимаю: мы устали, собирались выспаться, а не возиться с невменяемой соседкой, которую ко всем бедам, кажется, начинает мутить. Рот она зажимает ладонью, едва повернувшись на бок.
— Дурдом! Ты вставать собираешься, принцесса?
— Не-а. У меня неприёмные часы.
Я дико хочу спать, а эта настырная… как её там? Лиза? Стоит над душой и улыбается. Под её взглядом неуютно, но я терпеливо жду, когда ей надоест. Или когда Аньку вытошнит и незваная гостья уберётся из нашей комнаты.
Со вторым я погорячилась: Таран действительно тошнит, она свешивается на пол и издает противные звуки. Зато Елизавета морщит нос и делает такие желанные шаги к двери.
— Юль?
— Поняла. Найти тряпку и убрать.
Ибо вариантов-то немного: спать в таком помещении не станешь.
Быстро натягиваю свободные штаны на пижаму и плетусь за ведром и шваброй. Взять их можно в подсобке рядом с душевыми. Там же наберу воды.
— Не спеши, дорогуша!
Нежданчик. Думала, девушка уйдет, а она решила посторожить дверь?
— Не имею привычки разговаривать с незнакомыми людьми. Извини, мне надо торопиться.
— Мы не так уж и незнакомы, Юля. Ты ведь Юля, правильно? Я видела тебя…
Какое счастье, что существуют захламленные подсобки с не самым приятным запахом! Странную дамочку буквально сдувает в сторону, а когда я появляюсь в тёмном длинном коридоре с ведром, рядом никого нет.
По этажу разносится ужасный аромат с кухни и мне самой хочется сбежать подальше. Это не что—то испортилось или прорвало канализацию, нет. У нас на этаже живут четыре студентки из Китая, которые вечерами жарят селёдку. Звучит примерно так же, как и воняет, но им нравится, а остальным остаётся только терпеть. И открывать пошире окна.
* * *— И что это было? — Стою у кровати страдающей Ани, протягивая стакан с холодной водой. Спать она нам не дала, угомонившись только под утро.
Чувствую себя старой разбитой калошей, если честно. Спасибо Ларисе, что сегодня заботы о нашем завтраке она взяла на себя. То, что готовить подруга не умеет, я знаю, но залить кипятком геркулес в её силах. Хорошо бы полить кашу мёдом, но я не додумалась прихватить баночку, а могла бы… Люди, у которых подрабатывала в теплицах, занимались бортничеством и гнали очень хороший медок. Хозяйка несколько раз угощала и это… ммм… аж слюнки потекли! Вот поеду домой и куплю сразу две баночки!
— Ой, Ань, прости! — Загрузилась так сильно, что прослушала ответ Таран и пропустила приход Лары.
— Юлька, спишь на ходу. Может, поваляемся?
— Неееее! Хочу успеть подготовить все задания на неделю, чтобы совесть не мучила. Вдруг позвонят? Надо быть готовой.
— Куда позвонят? — Анька приподнимается на локте и начинает прислушиваться к нашему бормотанию. — Вы о чём?
— О работе. Вчера заполнили анкеты.
— Пф!
Что она имеем в виду своим «пф», мы уточнить не успеваем: нас прерывает стук в дверь. Шумкова стоит ближе, поэтому выходит ненадолго, а возвращается с охапкой нежно-розовых роз. Тонкий аромат цветов наполняет пространство нежностью.
— Подержи, Юль!
— Это кому такая роскошь? — Гадаем, пока я поддерживаю цветы.
— Мне! Дай—ка сюда. — Аня вскакивает с постели и забирает букет грубее, чем могла бы. Усаживается по-турецки и зарывается носом в упругие бутоны. Когда поднимает голову, на её лице расплывается загадочная улыбка.
Глава 16
Роман
— Как ты, Ромео?
Трясу ладонью в воздухе, обозначая фифти-фифти. Прокапался, голову освежил, но общее состояние оставляет желать лучшего.
После больнички заботливый Юрец подкидывает меня до квартиры и остаётся у меня в роли заботливой мамочки. Толчку от него, как от козла молока. Кстати.
— В холодильнике кефир не завалялся?
— Если только скелет мыши. Ты давно заглядывал в него?
Чешу затылок, пытаясь вспомнить. Выходит… очень давно. В августе ещё.
— Сча накидаю заказ. Тебе что взять?
Диктую список, попутно расползаясь по дивану в позе звезды. Волшебная капельница и душ сделали из меня приближенного к человеку индивида, но до полного восстановления мне бы пожрать и поспать. Суток так… пару-тройку… Но где отдых и где я? Мы сейчас редко пересекаемся.
— Чего загрузился? Соскучиться успел? Надо было поласковее с девушкой. Сейчас мы не на мою рожу смотрел, а бульон хлебал наверняка.
— Да иди ты. Бульон мне тоже возьми.
Закрываю глаза локтем и пытаюсь подремать в ожидании доставки.
Чёрт, а Езерский прав. Эта странная девчонка бы неплохо смотрелась в моей кухне! Напялить на неё передник и поставить к плите… Но воображение упрямо рисует её не у плиты, а в моей футболке сидящую в кресле с поджатыми ногами и листающую книгу. Уверен, что убогая очень любит читать книжки…
С чего я вообще прицепился к ней с этим словом? Сейчас сам сказать не могу: выпалил первое, что ударило в башку. Запах шоколада сбил, а когда он игнор включила, а потом дерзить начала… Да один только её взгляд, который она упрямо не хотела отводить…
Зараза! Даже отдохнуть нормально не даст!
— Уже? — Услышав шум у двери, сползаю с облюбованного лежбища и шлёпаю босыми ногами к барной стойке. Желудок громким урчанием напоминает о себе, а я тянусь за чашкой, чтобы сварить крепкий кофе.
— Ромочка, солнце! — Не понял⁉ Оборачиваюсь, но друг ржёт и разводит руками. — Как ты? Мне сказали, что ты был в больнице… Я сразу приехала. Что болит? Чем помочь?