Кто люб богам (ЛП)

Главное преимущество Хэмпстед-Хит, как всегда считал Джулиан, заключалось в том, что он не был модным. Ты один знаешь, куда едешь; здесь нет дам, которые ждут от тебя флирта, и нет джентльменов, что пытаются затмить тебя. Под этими кронами человек может ехать в мире и покое. Джулиана никогда не тянуло к буколическому уединению – скорее он был согласен с Сэмюелем Джонсоном, что человек, уставший от Лондона, устал от жизни. Но для размышлений это пасторальное местечко подходило прекрасно.
Теперь он ясно видел, куда двигаться дальше. Его теория о том, кто подстроил несчастье с миссис Фолькленд, не изменилась; более того, он подумал, что теперь понимает, почему Адамс простил долг в тридцать тысяч фунтов. Но загадки всё равно оставались. Это могло оказаться пустяком, но как можно знать заранее? Почему Квентин Клэр так неохотно говорит о своей сестре? Почему он согласился писать письма для Александра? Была ли Фанни Гейтс жертвой с кирпичного завода? Что стало с миссис Десмонд?
Наконец, был ли Александр тем, кто ездил в двуколке? Его любовная связь с миссис Десмонд ещё не значила, что он замешан в её исчезновении или в Убийстве на кирпичном заводе. Джулиан как никогда уверился в том, что сердце всех тайн – характер Александра. Кто он – злодей или жертва? Или и то, и другое?
Джулиан зашёл во «Флягу» пообедать жареной птицей и пинтой эля, а потом отправился в дом сэра Малькольма. Он спросил хозяина и был препровождён в библиотеку. Сэр Малькольм сидел у камина с Квентином Клэром. Здесь же была Марта, снимавшая книги с полок.
Джулиан поприветствовал сэра Малькольма и Клэра, потом осведомился о миссис Фолькленд.
- Ей стало немного лучше, – сказал сэр Малькольм, – телом, но не духом.
Клэр встал.
- Я покидаю вас, сэр. Я думаю, что у вам и мистеру Кестрелю нужно о многом поговорить. Благодарю вас за обед.
- Не нужно уходить прямо сейчас, – сэр Малькольм со значением посмотрел на Марту, намекая, что пока она здесь, о расследовании не поговорить, и добавил вполголоса, обращаясь к Джулиану. – Марта ищет книги для Белинды. У меня не так много того, что может заинтересовать её – она любит читать про лошадей и садоводство – но Марта всё равно решила поискать.
Повисло неловкое молчание. Наконец, сэр Малькольм нарушил его.
- Мы с мистером Клэром беседовали о значении имён. Я назвал моего сына в честь правителя и завоевателя и порой суеверно виню себя за это, ведь Александр Великий умер молодым, в расцвете своего успеха.
- Я думаю, сэр, – мягко отозвался Клэр, – что лучше винить себя, чем никого вовсе. Это способ отыскать какой-то порядок и чувствовать себя менее беспомощным перед лицом жестокой смерти.
Джулиан посмотрел на него и интересом. Обычная застенчивость Клэра пропала, а его слова походили на те, что он писал – разумные, чуткие, проницательные. Но письма были лишь частью умелого обмана. Искренен ли Клэр сейчас?
- Вы правы, мой дорогой мальчик, – сказал сэр Малькольм, – это убийство внушило мне странные мысли, и не стоит их поощрять. Мы уже говорили о том, как родителя выбирают имена своим детям. К примеру, имя мистера Клэра означат «пятый» по-латыни, хотя он второй из двух детей.
- А как насчёт вашей сестры? – спросил Джулиан. – Её имя ей подходит?
- Не совсем, – медленно произнёс Клэр. – Верити означает «истина», но есть вещи, что она ценит куда больше.
- Какие, например? – спросил сэр Малькольм.
- Правоту. Это не то же, что истина. Обычно, – он помолчал и добавил. – У Верити свои взгляды на то, что правильно, а что нет, и они не всегда совпадают с чужими.
- Иногда я думаю, что хотел бы с ней познакомиться, – сказал сэр Малькольм.
- Вы очень добры, сэр. Я не уверен, что она бы вам понравилась.
- Не глупите, конечно понравилась бы. Я не против её необычных убеждений. Это лучше, чем не иметь никаких.
Клэр улыбнулся.
- Она моложе или старше вас? – спросил Джулиан.
- Старше – на несколько минут.
 
- Близнецы! – воскликнул сэр Малькольм. – Вы никогда не упоминали об этом.
- Я и не думал, что это стоит упомянуть, сэр.
- Но близнецы – это удивительно интересные люди. Я думаю, вы с ней очень близки.
- О, да, – тихо сказал Клэр. – Близнецы ближе друг другу, чем ко всему остальному миру. Мы с Верити сделаем друг для друга что угодно.
- Я верю, что вы не преувеличиваете, – сказал сэр Малькольм.
- Не преувеличиваю. Мы всегда понимали, что один из нас сделает то, о чем его попросил другой. Как бы это не было сложно, как бы не было опасно, один должен сделать то, чего попросит другой. Мы не злоупотребляли этой привилегией – вернее, едва ей пользовались. Но сам принцип абсолютен. Для него нет исключений.
- Вы говорите об этом в прошедшем времени, – заметил Джулиан. – Между вами и сестрой больше нет такого понимания?
- Есть, – Клэр не хотел смотреть ему в глаза, – но мы уже давно не виделись.
- Вы, должно быть, скучаете по ней, – сказал сэр Малькольм.
- Да, сэр. Очень сильно.
Марта с полными руками книг пошла к дверям. Клэр поглядел на неё с беспокойством – или просто обрадовался смене темы?
- Вы не можете нести столько книг одна.
Марта остановилась и посмотрела на него. Её лицо смягчилось, и она заговорила с теплотой, которой Джулиан прежде не слышал
- Вы очень добры, сэр. Я достаточно сильна.
- Я позвоню Даттону и попрошу унести их наверх, – сказал сэр Малькольм.
Джулиан и Клэр освободили камеристку от груды книг и положили их на стол. Клэр смущенно проговорил:
- Я надеюсь, вы передадите миссис Фолькленд мои… мои соболезнования.
- Передам, – тепло заверила Марта, – спасибо, сэр.
На звонок сэра Малькольма пришёл Даттон. Когда они с Мартой покинули библиотеку, Джулиан обратился к Клэру.
- Вы встречали Марту прежде?
- Нет, я… – Клэр замолчал на мгновение и немного покраснел. – Я… я не думаю. Я не могу вспомнить, чтобы мы встречались. Я видел её всего один раз, на вечеринке Александра. Она сказала мне, что миссис Фолькленд не вернётся вниз, потому что страдает головной болью.
- Она говорила с вами довольно свободно, – заметил Джулиан. – Обычно это бесстрастная и сдержанная женщина.
- Я не знаю, почему она со мной так говорила. Я её совсем не знаю, – Клэр посмотрел на Джулиана, потом на сэра Малькольма, беспомощно разводя руками.
Джулиан понял, что миг настал.
- Где именно в Сомерсете живут ваш дед и сестра?
- Почему вы спрашиваете? – Клэр вздрогнул.
- У миссис Фолькленд имение в Дорсете. Я думаю, если ваша семья жила на границе графств, то вы могли ездить к Фольклендам с визитами и наоборот. Потому Марта может вас помнить.
- Дедушка Джордж[66] живёт недалеко от границы с Дорсетом – в Монтакьюте. Но я никогда не бывал в имении Фольклендов. Я думаю, что Александр очень его любил. Он хотел улучшить его – переделать дом и угодья.
- Это правда, – подтвердил сэр Малькольм.
Джулиан кивнул. Связь через Дорсет была лишь догадкой. Но так он узнал то, что хотел – где живёт Верити Клэр. Он найдёт этому знанию хорошее применение.
 Глава 21. Обещание даме 
 
Когда Клэр ушёл, Джулиан передал сэру Малькольму то, что узнал от Адамса: как тот видел её в доме миссис Десмонд и отправлял миссис Фолькленд анонимное предупреждение. Сэр Малькольм был потрясён известием о том, что миссис Десмонд оказалась любовницей Александра.
- Но если это правда, – запнулся он, – Александр бы узнал её во время той встречи на Стрэнде.
- Да. Скорее всего он и устроил эту встречу.
- Но почему во имя всего святого ему позволять жене и любовнице поговорить с глазу на глаз? Послушайте, Кестрель, разве Адамс не может лгать?
- Это возможно. Если это так, и покровителем миссис Десмонд был не Александр, очень удобно было бы свалить всё на человека, что уже мёртв и не может себя защитить. Но в таком случае, зачем вообще делиться со мной этими сведениями? Он ничего не получил в ответ и всё потерял, раскрыв мне своё знакомство с миссис Десмонд. У него не было иных причин так поступать, кроме желания открыть правду.