Мишени стрелять не могут
Боец заржал. Я тоже. Мы продолжили движение, и в следующий раз я скидывал грязь перпендикулярно от группы. Такая низкая скорость, и то, что постоянно скользишь, тебя потихоньку выводят из себя. По сторонам группа уже особо не смотрела, все были озабочены гребаным южным черноземом.
Пройдя примерно половину расстояния по винограднику, мы вышли к одной из его окраин, вдоль которой нам нужно было пройти около двух километров до дневки. Головняк прошел и не сказал, что увидел какую-то сторожку, так как в ней было пусто, и Маркер был уверен, что там никого нет. А вот нам повезло меньше.
— Здравия желаю, мужчины, — раздался сбоку сзади прокуренный уверенный бас. Я обернулся и увидел тучного седого мужика, пожилых лет, в серой телогрейке, сигаретой в зубах, порванной шапке и резиновых сапогах.
— Приветствую, уважаемый, — я остановился и повернулся к своему собеседнику.
— Куда путь держите, молодые люди? Или может война началась, а мы не в курсе, — сказал и тут же засмеялся от своей фразы, местный колоритный мужик.
— Учения у нас, батя. Из Камышина мы, десантники, — почему-то именно это подразделение я вспомнил на вскидку. — Нас по тревоге подняли, сказали, что кто-то будет работать за противника здесь, вот ходим, ищем. Вы никого не видели?
— Учения? То-то я думаю, что вертолеты разлетались. Буду знать, — ответил мужик, оглядывая мою четверку. Куда в этот момент вспыхнул головняк, я не видел, но от места нашего разговора его не было видно. А мужик, сделав небольшую паузу и сильную затяжку, сказал:
— Не, никого не видел вроде. Сижу здесь один, охраняю, никто не проходил.
— Не угостишь, сигареткой, отец? — спросил боец у мужика.
— Держи, сынок. Хотя я б тебе курить не советовал. Вы вон все на себе прете, силы нужны. Спортом надо заниматься, а ты куришь.
Понимая, что задержались мы здесь больше, чем нужно, и что головняк у меня еще получит пиздюлей за неожиданную встречу с местными, я сказал:
— Ладно, пошли мы, пока противник что-нибудь не натворил. Хорошего дня Вам. До свидания.
Я поймал мужика на затяжке сигареты, поэтому он ничего не сказал, а просто поднял руку, попрощавшись с нами, повернул шапку и не громко произнес:
— Ступайте с Богом.
Мы пошли дальше. Головняк, видимо, увидел, что мы остановились, и присел чуть дальше. Когда мы к ним подошли вплотную, они уже были на ногах.
— Вперед, потом уже разбираться будем. Надо побыстрее уже выйти из этого виноградника. И да, если будет вариант пойти по траве, сверни туда, пожалуйста. Так и следов оставим меньше, и идти будет полегче, а то эта грязь бесит уже. И давайте повнимательнее, товарищи. Сейчас нам повезло, что это просто мужик, а не военная полиция какая-нибудь.
Группа продолжила движение в колонне по одному. В этот раз шли быстрее, хотя грязи меньше не становилось, наверное, привыкли. Наконец-то на горизонте показалась наша лесополоса. Я выдохнул с облегчением, так как данный марш был тяжеловат.
Дошли до лесополосы, повернули на запад и пошли вдоль нее. Пройдя метров семьсот, группа зашла в лесополосу, скинула рюкзаки и села в круговую. Я достал навигатор и проверил свое местоположение.
— Достаем тенты, делаем двускатное укрытие, будем спать все в одном месте, все равно тут особо не спрячешься.
Наша лесополоса была шесть метров шириной, лесополоса акации. В таком месте я еще не ночевал. Одно неосторожное движение, и огромный шип акации впивался в любую точку твоего тела. Тент повесить тоже было проблематично.
— Командир, вертушка летит в нашем направлении.
— Быстро все упали и накрылись тентом! — громко сказал я бойцам, создавая больше побудительности данной фразой.
Все упали между рюкзаками и натянули сверху тенты. Звук приближающегося вертолета нарастал.
— Неужели все так круто и строго, что нас на вертушке ищут? В таких лесополосах мы не спрячемся особо, — говорил я бойцам, которые лежали со мной под тентом.
— Да навряд ли нас ищут. Хотя, кто их знает, этих крымских военных, как у них тут все схвачено.
— Уверен, у них стало лучше, по сравнению с четырнадцатым годом, — ответил я бойцу и немного отодвинул тент над собой.
Небо было чистое, вертолет пролетел над полем и ушел в восточном направлении. Мы все встали и начали работать в два раза активнее.
— Тент максимально низко делаем, по пояс. Нам там только лежать, и то, если получится. И поторопитесь, парни, погода портится, возможно, дождь пойдет.
Я достал телефон, и отправил комбату вторую смс, в которой написал «Собираюсь идти в магазин». Получив уведомление, что доставлено, я убрал телефон и начал помогать бойцам.
— Так, парни, сейчас обедаем, и, кто должен идти со мной в город, переодеваемся в гражданку [52] и выходим. Нам надо засветло найти эту часть. Через час выходим.
— Час прошел незаметно, и вот группа из четырех человек стояла посреди поля, в лесополосе акации в гражданской одежде. Отойдя от лесополосы на пять метров, я понял, что нам пригодятся с собой влажные салфетки, чтобы протереть ботинки от грязи и не вызывать своим видом огромного подозрения.
— С собой берем паспорта, у кого есть — деньги, на всякий случай, через пять минут выходим. Маркер, ты за старшего. Если вдруг что, по самой крайней необходимости звони мне. Если все штатно — связываться не надо. Мы уйдем часов на пять. Если не вернемся к двадцати двум часам, значит звони комбату и спрашивай дальнейшие действия. Я звонить не буду. Пришлю смс на обратном пути, значит мы возвращаемся. В ответ пришли три точки, чтоб я знал, что все чисто. Можете отдыхать по очереди, но фишка из двух человек всегда должна быть. Проверьте ночники. И подумайте, может где тут схрон можно сделать для рюкзаков, на всякий случай. Вопросы есть у тех, кто остается?
— Да все понятно, хули тут непонятного. Ждать и не спалиться, и надеяться, что вас там не спалят. Все, как всегда, — уже в традиционно излюбленной форме ответил с улыбкой Маркер.
— Туристы, на выход. Идем по два человека с двух сторон от лесополосы. Не доходя до дороги метров пятьдесят, останавливаемся, ждем окно и вылезаем на дорогу. Вопросы есть?
— А если, командир, что-то пойдет не так?
— По моей команде работаем, понятно? Пункт сбора на рюкзаках. Запасной на водохранилище, вертушка туда скорее всего прилетит за нами, там и соберемся. Если вопросов нет — вперед.
Подгруппа обеспечения осталась в лесу, а мы пошли по полевой грязной дороге в сторону автострады. Лесополоса заканчивалась метров за тридцать от трассы, по которой, стоит отметить, не так уж много машин и проезжало.
Мы очистили ботинки от огромных кусков грязи, и, дождавшись, когда в движении будет большой прогал, вышли на дорогу, повернули налево и начали движение вдоль автострады навстречу движению потока. Через километр появилась табличка синего цвета, на которой было написано, что до города шесть километров. Солнце периодически выходило из-за туч и настроение становилось куда лучше. Машины проезжали мимо нас с огромной скоростью. Мы понимали, что военные по дороге не ездят, значит нас тут особо не ждут.
— Парни, через полтора километра будет съезд направо, нам туда. Вроде там грунтовая дорога, она не особо грязная должна быть, пойдем по ней, она как раз в какой-то частный сектор нас приведет, там уже будем думать, — сказал я бойцам, вспоминая карту в голове. Парни ничего не ответили, и мы продолжили движение.
Через какое-то время мы оказались на перекрестке и свернули на грунтовку. Дорога там оказалась не чище, измазались по самые уши. Но выбора особо не было, шли, где уж пришлось. Пройдя какой-то частный сектор и загон с лошадьми, мы вышли на асфальтированную дорогу, к бетонным трехэтажкам, с автобусной остановкой и магазином.
— Ну хоть что-то, — недовольно произнес боец.
Мы прямиком двинулись в магазин, и по пути я постарался найти название остановки, но таблички с названием нигде не было.