Одна дорога из Генуи (СИ)
Кокки обнял ее за плечи и поцеловал в щеку.
— Ну что, зажжем Тортону, фрау Рыжая Фурия?
Марта покраснела и улыбнулась.
Глава 37. 14 декабря. Битва при Казальночето.
Золотой обоз движется со скоростью телеги, а преследователи раза в два быстрее, и они точно знают, куда надо ехать и кого там искать. У Максимилиана остались считанные часы форы. Постумиева дорога ведет в Тортону, где сидит французская или профранцузская администрация, и новости об ограблении Рыцаря Королевы в Генуе там уже знают.
Макс намерен свернуть при первой возможности, и у него есть карта с дорогами, но без рельефа. Пункт назначения — Вогера, единственный город на маршруте, где можно получить помощь. В течение дня можно успеть.
Преследователи потерпели двойное поражение. Отряд Луи полностью разгромлен, марсельских солдат не осталось, а сам Луи убит. Но в Серавалле место сбора с отрядами Фабио Моральи и Андре де Ментона, которые уже на подходе.
Рассвет. Овада.
Де Ментон поднял свой отряд на рассвете. След оказался ложным, и в Оваде ни обоз, ни эскорт не появлялись. Не так уж сложно проверить город, когда у тебя людей под рукой больше, чем в городе постоялых дворов. Тогда маршрут Овада-Гави-Серавалле. Пара часов в гору до Гави, напоить коней и быстро спуститься в долину.
Полтора часа после рассвета. На полпути до Тортоны
Максимилиан обогнал колонну.
— Стой!
— Тпррру! — натянул вожжи Птичка.
— Здесь есть дорога на восток, не заезжая в Тортону?
— Далеко на восток, мессир?
— Вогера.
— Не хотите, чтобы в Тортоне получилось как в Борго-Форнари? — Птичка сам не видел, что получилось в Борго-Форнари, но за ужином Бруно и Джованни поделились подробностями.
— Там будет хуже, — вздохнул Максимилиан.
Стоило ожидать, что застава на въезде в приличный город не чудит, как Маккинли, а привычно проверяет въезжающих и собирает пошлины. Особенно, когда возчикам нечего сказать о происхождении груза и очень не хочется его показывать. Макс не задумался своевременно о легенде для прохождения застав, потому что рыцарей заставы не досматривают, а обозы он никогда не водил. В Вогере можно идти с письмом от коннетабля сразу к Сансеверино, в деревнях по пути застав не ожидалось до самого Пиццигеттоне, а про Тортону он просто забыл. И не вспомнил бы, если не Борго-Форнари.
Конечно, можно было и проскочить. Учитывая, что Постумиева дорога — главная транспортная артерия в этих краях, никаких стражников не напасешься, чтобы проверять вообще все грузы. Но как раз поэтому на заставах сидят люди, знающие местные реалии и проверяющие в первую очередь подозрительных и необычных. Да и после Борго-Форнари рисковать с заставами уже не хотелось.
— Где-то здесь поворот на Сареццано, — Птичка не первый раз возил грузы, которым противопоказаны досмотры.
Макс посмотрел на карту, подаренную коннетаблем. Да, есть ниточка дороги и Сареццано.
— Сворачивай.
Два часа после рассвета. Серавалле.
Мальваузен утром убедился, что оставил раненых в хорошем состоянии, взял коня и продолжил погоню.
Почему не вчера? Потому что ему сначала не дали раненые. Потом вместе с более-менее стоящими на ногах солдатами пришлось ругаться с крестьянами насчет похорон и платы за все-все-все. Оказалось, что с трупа Луи крестьяне успели стащить кошелек с дукатами и сделали вид, что так и было. Потом пришлось допрашивать крестьян насчет особых примет обоза и сопровождающих. А также насчет особых примет тех, кто убил Луи и забрал телегу с золотом.
За одной телегой в Геную или за тремя из Генуи? Конечно, за тремя. Тем более, что в Серавалле место встречи с Фабио и де Ментоном.
Фабио Моралья с отрядом без происшествий доехал до Гави. В каждой деревне он спрашивал по тем описаниям, которые принес гонец от де Ментона, про обоз и трех всадников. А еще про Птичку и Терцо. Ничего. Утром он, как приказал де Ментон, оставил одного человека в Гави и выехал в Серавалле. Час пути, а никого пока что нет. Второй час. Один человек?
— Ден?
— Фабио, наконец-то!
— Где все остальные? Отбили золото и вернулись в Геную?
— Луи и Гийом убиты. Солдаты убиты или ранены. Нормально сижу в седле только я.
— Грабители развернулись и дали бой?
— Старший рыцарь с мальчишкой-оруженосцем развернулись и дали бой. Остальные уехали вперед. А еще застава в Борго-Форнари отобрала у них одну телегу. Мы взяли ее с собой, и ее у нас забрали еще какие-то разбойники.
— Еще какие-то? Из Генуи?
— Да. Ехали за нами.
— Плохо дело. Если в Генуе прошел слух, что триста тысяч дукатов увозят без большой охраны, за нами могла и не одна банда в погоню пойти, — Фабио заметно вздрогнул, — Надеюсь, этим одной телеги хватит, а остальные за эту же телегу передерутся. Можешь сказать какие-нибудь приметы? Я сейчас отправлю пару человек вслед за ними в Геную, а потом вернусь и всех разыщу. В Генуе от меня никто не спрячется.
— Могу.
Мальваузен вкратце пересказал описания, полученные от крестьян. Фабио, похоже, кого-то или узнал, или заподозрил. Или тех, что уехали с телегой в Геную, или тех, что продолжили погоню.
— Ждем Рыцаря Королевы или продолжим погоню до Тортоны?
— Продолжим. Пусть догоняет.
Четыре часа после рассвета. На подъезде к Тортоне.
Преследователи доехали до того места, откуда видны крепостные стены Тортоны. Никакого обоза не увидели, посмотрели краем глаза на даму с кавалером на верховой прогулке, развернулись и поскакали обратно, расспрашивая местных, не проезжали тут обоз из трех телег с тремя рыцарями.
Преследуемый обоз утром точно выехал из Кассано-Спинолы. В Виллальвернию обоз въезжал, а потом куда-то подевался. Оказалось, что свернул на восток.
— Черти. Обходят Тортону, — прокомментировал Фабио, — Вогеру тоже обойдут, там им делать нечего, там Сансеверино, верный рыцарь короля, и заставы у него не хуже, чем в Тортоне.
— Тогда куда они собрались? — спросил Мальваузен.
— Или в папскую Пьяченцу, где всем плевать на короля и королеву. Или через переправу в Парпанезе в Милан к Колонне. Скорее второе, потому что двое рыцарей одеты как немцы, но в миланских доспехах. С ними другие люди, говорящие по-немецки, и имперский боевой воз.
— А остальные? Рыцарь с саблей, корсиканцы, негры? — на постоялом дворе в Кассано-Спинола дали подробное описание.
— Судя по всему, пираты. Почему бы рыцарю императора не нанять пиратов, чтобы пограбить короля Франции?
— Почему бы пиратам не сбежать от него с золотом? — усомнился Мальваузен.
— Было бы куда сбежать, они бы сбежали. Но у этого золота земля горит под ногами, а вода, судя по тому, что за дело взялся Дориа, горела бы еще сильнее.
— Допустим. Погнали?
— Погнали. Отстаем почти на три часа, но можем догнать через полтора. Только что мы будем делать, если догоним? У нас даже одного рыцаря нет.
— Кажется, теперь есть. Это не наш рыцарь там пылит?
Пылил вдалеке действительно Андре де Ментон со своим отрядом. Стражник из отряда Фабио, оставленный в Гави, сказал, что ничего интересного на верхней дороге нет. Стражник, оставленный в Серавалле, сказал, что все интересное на нижней дороге.
— Докладывайте! — приказал рыцарь, не тратя время на приветствие.
— Они свернули на восток. Не хотят входить в Тортону, — ответил Фабио.
— Парпанезе или Пьяченца? — спросил рыцарь с таким видом, будто кто-то знал ответ.
— Да, — ответил Фабио, имея в виду «совершенно верно, или Парпанезе, или Пьяченца».
— На сколько отстаем? — де Ментон уже знал о судьбе Луи и отбитой телеги золота. Мог бы поругаться на тему, как, кому и почему просрали семьдесят пять тысяч дукатов. Но не стал. Поругаться вообще никогда не поздно, даже когда годы пройдут. Другое дело погоня. Здесь иногда и минуты решают.