Три принца (СИ)

— Королём ему никогда не стать, — отмахнулась Алара и, прищурив глазки, многозначительно добавила. — Король есть один. И до скончания наших жизней он королём и останется.
— Не могу уследить за паутиной твоих мыслей, Алара, — я нахмурился. Эта бабёнка иногда выражалась столь витиевато и столь двусмысленно, что даже я чувствовал себя дураком.
— Мои мысли — не паутина, а всего лишь нить. Нить прямая и очевидная. Этот король — ты, милих. Только ты достоин править на этих землях. На этих, и всех, куда ступит твоя нога.
Я не нашёлся, что ответить. В словах Алары хватало зёрен истины. Я-то ведь действительно планировал не только Астризию пробудить ото сна, но и расшевелить другие континенты.
— Ладно, не буду больше ходить вокруг да около, — терпение, видимо, её покинуло. Она нахмурилась, слегка недовольная тем, что я соображаю слишком медленно. — Я окучивала тебя, милих, достаточно долго, чтобы рассмотреть ответную реакцию. Я видела, как ты на меня смотришь. Я знаю такие взгляды… Но самое важное, что я смотрела на тебя точно так же… Да, не удивляйся. С тех пор, как ты появился в Валензоне, с тех пор, как показал на что способен не всему миру, а всего лишь кучке доверенных лиц, иначе смотреть на тебя я не могла… Я видела счастливое лицо этой девк… твоей избранницы, когда она держала на руках смысл всей своей жизни. Я держала его на руках сама. Я почти испытала те чувства, которые опасалась никогда не испытать… К сожалению, не я была той счастливицей. Но ведь это не значит, что я не могу попытаться ею стать?
Я чувствовал себя неловко, ведь смысл её речей был очевиден. Понятен любому остолопу.
— Я достаточно долго размышляла, — продолжила Алара, так и не получив от меня в ответ даже мычание. — Ты крепок, умеренно привлекателен. Но самое главное — ты милих! В этих словах сокрыта твоя главная привлекательность. Ты можешь помочь каждой, как помог одной. И я хочу… и я прошу тебя помочь мне.
— Алара…
— Приближается цикл, — она торопливо перебила. — Мне необходимо знать, хочешь ли ты меня? И поможешь ли?
Задав крайний вопрос, она приблизилась вплотную, по-настоящему прижала меня к стене и провела нежными пальцами по гладко выбритым щекам. Затем прижалась молодой крепкой грудью и пахнула чарующими ароматами.
Видимо, всё получилось именно так, как она задумала. Поэтому, когда нахальная рука проделала путь от щёк к важному месту, крепкий предмет сразу устремился руке навстречу.
— Я не противна тебе, — удовлетворённо улыбнулась она. Её губы плыли совсем рядом с моими губами. — Я знаю, что могу привлекать мужчин. И умею делать их довольными. Поверь, ты не пожалеешь. Уверена, я знаю и умею гораздо больше, чем…
Остановилась она вовремя. Но всё же недостаточно вовремя, чтобы не испортить интимность момента. Я тут же вспомнил, кто меня ждёт во дворце. И к кому я испытываю не только физическое, но и душевное влечение.
Снаружи кто-то перекладывал доски. Шум моментально разделил нас двоих.
— Алара, — я отстранился, очень стараясь держать себя в руках. Ведь эта женщина внешне олицетворяла собой мой идеал. Печалило лишь то, что её офигенно-богатый внутренний мир вызывал отвращение. — Я понимаю, о чём ты говоришь. Ты говоришь, как говорили многие женщины до тебя. Ты говоришь, как королева Исида. Та тоже просила посодействовать. И я…, - я немного помедлил с ответом, ведь не хотел лишний раз распространяться о том, что вытворял в королевском дворце с женщинами, которых подсовывала королева. — И я шёл ей навстречу. Пробовал дать жизнь. К сожалению, ничего не получалось. И я не уверен, стоит ли…
— После твоего появления в Валензоне, я обменялась письмами с Её Величеством. Между нами нет секретов, — эротизм ситуации улетучился. Алара вновь заговорила снисходительным тоном. — И знаю обо всём… Но, может, она в чём-то ошиблась? Может, подбирала не таких, кто тебе нужен? Может, тебе нужна я?
Я воздержался от откровенного ответа, что такая, как она, мне точно не нужна. Но и моментально отказывать тоже не стал. В её словах, как и в словах всех остальных женщин этого мира, присутствовала логика — если получилось с одной, надо пробовать с другой. А пример с Люсиль — с женой бедолаги Томмазо ди Дио — лишь доказывал, что всё не так просто, как я думал изначально. Существует какой-то фактор, который я всё никак не могу взять в толк. Ведь у каких-то женщин получается забеременеть, у каких-то нет. Я ж пробовал с разными. И, похоже, надо просто продолжать попытки. Не существует более очевидного способа это выяснить, чем пытаться оплодотворять каждую яйцеклетку.
 
— Нет. Наверное, тут нужна особенная женщина, — больше своим мыслям, чем Аларе, сказал я.
— Я могу быть особенной! — она дёрнулась и опять прижала меня к стене. — Дай мне шанс это доказать.
Но момент был упущен. По крайней мере, сейчас.
— Ты очень красивая, Алара, — я пытался говорить дипломатично. Ведь не раз видел, как она вела себя с теми, кто осмеливался противиться её желаниям. — Поверь мне. Я видел очень многих красивых женщин. И ты явно не последняя из них… Но я точно знаю, что ничего из этого не выйдет. Не только из наших тайных или явных попыток, а из всей этой истории.
— Не отступай назад, не попробовал осадить крепость, — её бровки вновь нахмурились.
— Дело не в этом. Дело в том, что шансы зародить жизнь в твоём чреве крайне низки. Предыдущий опыт подсказывает, что это маловероятно… Но самое главное, я не хочу, чтобы о нашей связи узнал Тангвин. Результатов может и не быть, но проблем эта связь принесёт массу. Ведь утаить её не будет никакой возможности.
— Мне безразлично, узнает Тангвин или нет! — решительно отмахнулась Алара. — Он не милих. Он бесполезен. Весь мир полон таких, как он, — бесполезных, квёлых и никчёмных. Им лишь нужно, чтобы раздвигали ноги. Хотя от самих никакого проку.
— Думаешь, от меня будет прок? — быстрая смена настроения барышни начала меня раздражать. В ней словно уживались абсолютно противоположные стихии — лёд и пламя.
— Если не попытаемся, не выясним.
— Послушай, — я всё ещё пытался говорить спокойным тоном. — Ещё раз говорю тебе по-хорошему: ничего не получится. Моя женщина живёт с тобой под одной крышей. И она тоже обязательно узнает. А я не собираюсь испытывать её любовь на прочность… И я так же, Ваше Высочество, — я умышленно перешёл на формальный тон. — Не собираюсь наставлять рога тому, кто предан мне. Ты можешь смеяться, хохотать и фыркать, но доверие принца для меня много значит. Он действительно взял себя в руки, будто вновь обрёл смысл. И я хочу, чтобы он оставался таким же активным. Таким же деятельным и энергичным. И не собираюсь испытывать на прочность и его.
Алара замолчала на какое-то время. В этой женщине меня впечатляла не только внешность, но и ум. Мозги у Алары, надо признать, присутствовали. Для своего возраста она была достаточно начитанной. Грамотно складывала слова в предложения и умела убеждать. А так же рассуждать и анализировать. И если бы не чудовищный характер, без всяких сомнений я бы назвал её идеальной женщиной.
Но всё же слова, которые вылетели из её прекрасного ротика следующими, продемонстрировали, что души у неё нет.
— Мне не нужны ни твои нотации, ни внимание, ни любовь, милих, — она говорила спокойно. Но говорила равнодушным, безэмоциональным голосом. — Всё, что мне нужно — твоя небесная способность даровать жизнь. Ведь ты единственный аниран, которому это удалось.
— Хм, — хмыкнул я, потому что внезапно вспомнил интересную деталь, о которой ранее мельком упоминал Тангвин. — Не по этой ли причине ты хотела наведаться в Кондук? Насмотрелась портретов Белого Великана?
— По этой, — спокойно и легко ответила она. — О нём я много слышала, и знаю, на что он способен… Но так же знаю, на что неспособен. Потому и оставила попытки встретиться, узнав, что он такой же бесполезный, как все остальные. Ты — единственная моя надежда.
В ход пошла тяжёлая артиллерия — слёзы. Но хоть я всегда имел слабую сопротивляемость женским слезам, в этот раз не верил им ни на грамм.