Измена. Месть подают холодной (СИ)

В холле повисает немая пауза, и я первая спешу к лучшей подруге, с которой провела не один счастливый день как в академии, так и в доме дель Монроков.
Она заключает меня в крепкие объятия, затем отстраняет и критично осматривает.
– Ну ты и отощала, Вилле! Никто не следит за моей невесткой, что ли? – негодует она, строго глядя на мать и брата. Пока они в оторопи, Руби невозмутимо продолжает наседать: – Почему меня никто не встретил? Я тащила эти проклятые чемоданы на своём горбу!
– Рубия, – оживает Аделаида. – Мы не ждали тебя.
– Опять игнорировали мои письма? – спрашивает Руби, деловито пихая мокрый плащ в руки Кендлика. – Иногда мне кажется, вы только и ждёте, пока я сдохну на границе!
Она заливисто хохочет, что заставляет Эйвана и Аделаиду нервно переглянуться, с трудом навешивая на лица натянутые улыбки.
– А у нас будет что-то типа обеда? – доносится её голос уже из гостиной.
– Ой, тётя Руби приехала! – слышу восторженный вопль Ингвара.
– Мамочки, как ты вырос, мой любимый племяш! Иди сюда, защекочу! А что тётя тебе привезла?
– Ух ты, настоящий кинжал!
Мы с Аделаидой наперегонки мчимся в гостиную, чтобы уберечь юного дракона от подарков боевой тётушки. Дом наполняется шумом и смехом, а я впервые за долгое время вдыхаю свободно.
Вечером, когда я уже поцеловала Ингвара на ночь, возвращаюсь в свою спальню и вижу отблеск янтарных глаз раньше, чем успеваю зажечь свет. Руби забралась на постель с ногами и требовательно смотрит на меня.
– Рассказывай! – восклицает она.
– Я? – переспрашиваю недоверчиво, присаживаясь рядом. – Руби, мы не слышали от тебя новостей полгода! Аделаида уже ждала похоронку!
– Ой, пусть не надеется, – фыркает Руби. – Она всё думает, что моя смерть смоет позор с семьи.
– Всё вовсе не так, – вздыхаю я. Руби иронично поднимает брови.
– Так или не так, а дочь, выбравшая военную службу вместо замужества – пятно на лице любой приличной семьи в Ристайле.
– Ты бы куда лучше прижилась в Дахрааре.
Она поджимает губы, отворачивается, сминая край платья.
– Нет, в Дахрааре меня тоже не ждут.
Неловко замолкаю. Я никогда не спрашивала, что произошло между Руби и моим братом – это слишком личное. Но нельзя не заметить, сколь глубокие раны они оставили друг другу. Их отношения давно позади, но Руби предпочла не выходить замуж, а Винс так и не женился, несмотря на то что страна ждёт наследников.
Спешу перевести разговор, чтобы не мучить Руби мыслями о прошлом. Я знаю, какими они могут быть тяжёлыми.
Не знаю, как это происходит, но мирная беседа заканчивается тем, что я изливаю Руби все свои горести. Она внимательно слушает и про обострение болезни, и про ссоры с Эйваном, и про измену, которая перечеркнула для меня всё.
Когда поток слов иссякает, Руби молча встаёт и направляется к двери.
– Куда ты? – недоумённо спрашиваю я.
Она поворачивается, и в свете ночника блестит лезвие ножа.
– Как куда? – изумляется она. – Иду отрезать своему брату…
– Руби!
– Руби отрубит, не переживай.
Мне еле удаётся остановить её, но вот утихомирить её гнев не под силу и вечным ледникам Дахраара.
– Лисса! – громко возмущается Руби. – Да я помню её подростком! Как мог он затащить её в постель? И ты ещё удерживаешь меня от справедливой кары!
– Постой, сейчас важно другое, – торопливо шепчу я. – Мне нужно в Академию, но по какой-то причине и Аделаида, и Эйван жутко не хотят меня туда отпускать.
И снова иронично приподнятые брови.
– По какой-то причине? – переспрашивает она, чуть не хохоча. – А ты не знаешь?
Озадаченно хлопаю глазами.
– Ты правда не знаешь, – хмыкает Руби. – Ох, это будет весело.
– Ты говоришь загадками.
– Ладно, расслабься: я поговорю с матушкой и братцем так, что они готовы будут сами доставить тебя в Академию, лишь бы ты забрала меня с собой на пару дней. А теперь, с твоего позволения, я отправляюсь спать. Так спешила домой, что даже не отдыхала по пути толком.
Она потягивается, словно в подтверждение своих слов. Я снова непонимающе щурюсь.
 
– С чего ты вдруг так спешила? Мне казалось, тебе хорошо на морской границе.
– Драться с пиратами невероятно занимательно! – оживлённо кивает она. – Но когда мне пришло послание о том, что мою лучшую подругу нужно срочно спасать, я тут же оставила все дела и примчалась.
– Послание…?
– Да, интересное письмо. После твоего рассказа я не совсем уверена, кто его послал и почему. Не вяжется что-то.
С загадочной улыбкой Руби вытягивает из рукава сложенное вчетверо письмо. Я беру его, разворачиваю и читаю:
«Вилле совсем плохо, в ней нельзя уже узнать ту драконицу, с которой ты плечом к плечу билась во время драконьих войн. И чем дальше, тем хуже. Если ты не приедешь в ближайшее время, боюсь, она совсем сляжет. Ей нужна твоя поддержка».
Теперь и у меня в голове многое не вяжется. Ведь это несомненно почерк…
Лисанны.
  
Глава 7. Окно в прошлое
 
Несмотря на глубокую осень, в кои-то веки выглянуло солнце. Я приподнимаю шторку кареты, чтобы посмотреть, как зазолотилась природа.
Моё сердце наполняет волнение за Ингвара, которому предстоит провести без меня три дня. Но я доверяю его учителям и гувернанткам, к тому же, мой мальчик умён не по годам. Да и Аделаида, насколько отвратительная свекровь, настолько же любящая бабушка. Сыну ничего не грозит.
Руби устроила настоящий разнос. Она не соврала: Эйван был готов пойти на любые условия, лишь бы дорогая старшая сестра оставила его в покое. Возражения Аделаиды он легко заткнул, даже не выслушав мать, настолько у него болела голова после разговора с сестрой.
Не могу удержать улыбку. Даже если в Академии мне не помогут, я рада просто вырваться из дома на время, оставив позади заботы и размышления об Эйване и поступках Лисанны. Эта передышка мне просто необходима.
С Руби дорога проходит легко и приятно. Она травит байки о своих сражениях с пиратами на морских границах Ристайла, иногда мы пускаемся в воспоминания об учёбе в Академии или о том, как мы это самую Академию обороняли. Во время драконьих войн её нейтралитет пытались нарушить, и студенты, мы в том числе, отстояли священные стены храма знаний.
Кажется, это было в другой жизни. Сейчас я не смогла бы и копьё удержать.
Даже прыжки через порталы не кажутся утомительными. Кучера сменяют друг друга, а мы с Руби спим прямо в карете, не тратя время на ночёвки в тавернах.
И уже на рассвете я вижу очертания стен Академии, что размахом больше напоминает город. Она словно утопает в облаках, раскинувшиеся вокруг горы служат её надёжным укрытиям, а шпили множества башен будто пытаются дотянуться до солнца.
Я и забыла, какое это величественное место.
Мы поднимаемся по мраморным ступеням прямо к гостеприимно распахнутым воротам. Всюду слышится смех и гомон сотен студентов. Воспоминания захлёстывают меня с головой, но не следует сейчас предаваться им: у нас много дел и не так много времени.
Прежде всего нам нужно получить временный пропуск на свободное пребывание в Академии, потому мы сразу идём в приёмную ректора. Сам он не нужен нам, не стоит дёргать главу Академии по таким мелочам, а вот его секретарь должен озаботиться приёмом гостей.
В коридоре Руби натыкается на знакомого преподавателя, который узнаёт бедовую драконицу, вечно встревавшую в переделки. Оставляю её перекинуться парочкой слов с пожилым драконом, а сама захожу в приоткрытую дверь приёмной, предварительно постучавшись.
И каково же моё удивление, когда за широким столом я вижу знакомое лицо. Ну просто неделя встреч какая-то!
– Тиора? – изумлённо восклицаю я.
Бывшая одногруппница и соседка по комнате поднимает взгляд от папок с документами. Завидев меня, она тут же оставляет их и вскакивает.
– Вилле! С ума сойти, сколько лет сколько зим!
Мы неловко, но радостно обнимаемся, с интересом разглядывая друг друга.