Легион павших. IV - V Акт (СИ)

— Что ж, раз обещание давал я, мне и начинать, — Райз улыбнулся.
— Нет. Пусть он начнет, — возразила Кара.
Райз предполагал, что в этот раз Къярт опустит часть деталей своей биографии. Но тот излагал одно за другим, едва ли не теми же фразами: сперва нелицеприятная история о его жизни до того, как ему стало известно о надвигающейся на его планету катастрофе; затем — о еще менее приятных событиях, последовавших за этим известием.
А из парня получился на удивление хороший рассказчик.
Кара слушала, не перебивая, только время от времени хмурила брови и щурила глаза, отчего в их уголках появлялись тонкие, изящные морщинки.
Къярт замолчал, когда за окном рассвело, а в комнате витали нити серебристой взвеси.
— Мне очень жаль, — дипломатично произнесла Кара. Поверила ли она хоть во что-то из услышанного? — Твою сестру. И вообще.
— Если у тебя нет вопросов, я пойду.
Къярт посмотрел на дверь, как на недостижимый путь к спасению.
Вопросов не было, но только у Кары.
— А что же насчет твоих похождений в этом мире? — одернул его Райз. Последние пару часов он сидел, подложив под локоть подушку и вальяжно вытянув ноги, оставив Къярту место на самом краю. — Если уж играть по честному, то ты должен рассказать все, что произошло до того момента, как мы случайно столкнулись с Карой во всеми забытой деревеньке, и все пошло наперекосяк.
— Не в этот раз, — отрезал Къярт и поднялся со своего места.
Кара перевела вопросительный взгляд с него на Райза.
— Нет, ничего такого, из-за чего ты отказалась бы с ним разговаривать, — заверил тот. — Он просто стесняется. Видишь ли, я не все время находился рядом, и Къярт не стал упускать своего счастья и…
— Ты угомонишься когда-нибудь или нет?
— А ты мне прикажи, — Райз хохотнул.
Къярт безнадежно покачал головой и вышел, закрыв за собой дверь. Далеко он, конечно, не ушел — его комната была через стенку, но Райз уже был доволен собой: пусть напарник забивает голову мыслями о фурии, чем о тех, кого не смог спасти.
— Тебе тоже лучше отдохнуть, — сказал Райз. — Сегодня вечером пересадка в Руфероне, выспись к тому моменту.
— Кто-то должен следить за Осмельдом.
— Этим кем-то буду я, — он улыбнулся. — Отдыхай, Кара.
Проскучав в своей комнате до полудня и перекусив в обществе проснувшегося Къярта запеченной в сливах уткой, Райз отправился спать.
Пересадка в Руфероне прошла без сучка и задоринки. Правда, пришлось задержать поезд, отбывающий в Коуфлад, чтобы перецепить грузовой вагон с гривами и лошадьми. Под честное слово, что те не покинут вагон, им было позволено въехать на территорию города.
Поезд в Коуфлад имел вид еще более представительный, чем угларский. Как никак, его маршрут пролегал с запада на восток через центральные земли Союза, в том числе с остановкой в столице — Афраксе. Но, несмотря на весь лоск выкупленного вагона, он не стоил того, чтобы ломить цену вдвое.
— Что, тоже хочешь послушать? — спросил Райз, когда поезд выехал из Руферона, а Кара появилась на пороге его комнаты в сопровождении Къярта.
— Я обязан проследить за тем, чтобы ты не привирал.
— И как ты только можешь так плохо обо мне думать?!
В этот раз Къярту и Каре достались свои собственные, глубокие и мягкие кресла. За окном мелькал промозглый, потрепанный поздней осенью пейзаж, но по эту сторону было тепло и сухо. От сидений и обивки кресел пахло дорогим парфюмом, а сквозь закрытую дверь доносился ненавязчивый перебор арфы музыкантом, приглашенным для развлечения уважаемых гостей. Вряд ли он ожидал, что в итоге ему придется развлекать охотников, не слишком похожих на представителей знати, но просто взять и уйти, оскорбив тех, кто позволил себе выкупить целый вагон, он не решился.
Когда все приготовились слушать, Райз осознал, что не знает, с чего начинать, и что, собственно, говорить. Прежде ему не доводилось рассказывать о своем прошлом. Что было важным, а что незначительным? Попытки отыскать ответ приводили к тому, что все в итоге или казалось суетой сует, или же не оставалось ничего, что допустимо было не упоминать. В итоге Райз отбросил размышления, собственное отношение к перессказываемым событиям и ограничился банальным изложением фактов. Подбираясь к последним дням своей прошлой жизни, он упрочился в мысли, что все эти рассказы о давнем — изначально дурацкая затея, которую он окончательно испоганил. Мотнув головой, он не без труда разделил свое восприятие ситуации и навязанное проклятием, и поставил в изложении точку.
 
— Что насчет того, что было после? — как бы между прочим поинтересовался Къярт. — Твоя версия недавних событий куда занимательнее моей.
— Неужто ты целый день вынашивал этот подлый план?
— Конечно. Глупо было приходить не подготовившись.
— Глупо было вообще совать палец в дверь. Но раз таково твое желание, то возьми и сам расскажи Каре, что было после. У тебя даже лучше получится: можешь изложить в ролях.
Къярт смерил Райза тяжелым взглядом.
— Знаю, грязный удар, но ты первый полез.
— Если хочешь, я сама могу спросить его, — предложила Къярту Кара. — Помнится мне, кто-то обещал «ответить честно на любой вопрос».
— И не совестно тебе так открыто заключать союз с некромантом? — с укоризной в голосе спросил Райз.
Кара с невозмутимым видом пожала плечами.
  
— 16 -
 
В Коуфладе никто и никогда не знал о голоде, что грозил Непраду. Обладатель обширных пахотных черноземов и дремучих лесов, он мог прокормить в одиночку добрую половину Союза и еще продать остатки соседям. Нарядные трех- и четырехэтажные дома, принадлежащие семьям потомственных землевладельцев, заняли три холма, в ложбине между которыми расположился исполин. Точно усталый воин, преклонивший колени, он стоял опершись на нечто, напоминающее серп. Его лицо — отполированный камень, лишенный каких-либо черт — было обращено к земле.
Причин задерживаться в городе не нашлось, и дорога повела на юг, к белеющим вдалеке верхушкам эсшенских гор. На улице стоял первый месяц зимы, но холода еще не успели добраться сюда, слишком занятые захватом непрадского полуострова. Но осень, не та, что с позолотой на деревьях и солнечными, расшитыми летучей паутиной днями, а промозглая, порванная ветром, рождающая единственное желание — забиться в нору и не высовываться до весны, все еще была здесь. Къярту холод был нипочем, Каре не позволило выказать слабость чувство собственного достоинства, а Райз находил прелестной и такую погоду. Хлещущий в лицо и толкающий в спину ветер будил воспоминания о былых днях, когда Райз мог не только ощущать на себе буйство воздушной стихии, но и повелевать ею.
Охотники такой стойкостью и воодушевлением похвастаться не могли. И когда Осмельд привел их к охотничьей сторожке, забравшейся в расселину меж двух скал плоскогорья, что предваряло горный кряж, они выдохнули с облегчением.
— Сколько нам еще тащиться? — спросил Хаук, когда они все собрались вокруг разогревающихся на огне коуфладских консерв.
— Мы на месте, — ответил Осмельд и бросил на Райза короткий взгляд. — Вход в сокровищницу здесь. Под очагом, — он посмотрел на пламя. — Если разобрать его, там будет дверь.
— Ты был здесь раньше? — спросил Къярт.
— Нет. Мне рассказывали, как найти сокровищницу. Это и склад и убежище на случай, если понадобится скрыться.
— Есть что-то, что нам нужно знать? — Райз внимательно посмотрел на Осмельда.
Тот ответил не сразу.
— Когда я открою дверь, все охранные заклятия будут сняты. Никакой опасности.
— Отлично. Вильма останется с нами. Для гарантий.
— А какие гарантии у меня?
— Твое примерное поведение и примерное поведение остальных — лучшая гарантия.
Когда поленья в очаге догорели, Шии-то, принявшее облик сурового вида здоровяка, разгребло угли и разобрало камни, обнажив покрытую пеплом круглую плиту два метра диаметром. В самом ее центре находилась крошечная выемка, словно от удара штырем — удара достаточно сильного, чтобы от нее в стороны разошлась густая сеть трещин.