Когда закончится август (ЛП)

Это его обязанность-сделать так, чтобы ты чувствовала себя в безопасности и была любима, а он делает чертовски дерьмовую работу. Он не понимает, как ему повезло, что у него есть ты. Мой отец убил бы за такую дочь, как ты.
Я протерла глаза и улыбнулась. — Неужели?
— Да. В конце концов у него родились два грубых сына, но он всегда хотел маленькую девочку.
— Он может удочерить меня, — засмеялась я. — Не-а. Тогда бы было неловко от того, что я влюбилась в своего сводного брата. Это было бы странно.
Он на мгновение закрыл глаза.
— Я шучу, — сказала я. Я не шутила. Ноа обмакнул палец в шоколадную глазурь и приложил его к кончику моего носа.
И снова этот момент, проведенный с ним, стал для меня самым счастливым.
Глава двенадцатая
Ноа Я все больше осознавал тот факт, что мое время на озере ограничено.
Недвижимость была официально выставлена на продажу, и сегодня самые первые потенциальные покупатели отправлялись на экскурсию.
Я закончил убирать на кухонном столе, чтобы поднять с пола клетку с морскими свинками. Их клетка была немного неприглядна для посетителей, но они были чертовски милые. Я так и не принес их обратно к Хизер. Наверное, я сошел с ума, взяв их к себе навсегда, но я все больше привязывался к их маленьким грызущим задницам.
Я сказал Хизер, чтобы она дала мне знать, когда кто-то придет посмотреть дом, чтобы я покинул лодочный домик во время показа.
Поэтому, когда она позвонила мне ранее, чтобы сказать, что кто-то договорился о встрече, я поехал в местный мебельный магазин с распродажей, чтобы убить время.
Одной вещью, которая отсутствовала в лодочном домике, было место где могли бы сидеть люди. Я подумал, что было бы неплохо для потенциальных покупателей, если бы там появился маленький диван — что-то другое, чем просто кровать, чтобы сделать пространство похожим на дом, а не на огромную спальню. В домике почти не было пространства ни для чего другого, но появится достаточно места, если я сдвину кровать определенным образом. Мне также пришло в голову, что одна из главных причин, по которой я никогда не приглашал Хизер внутрь, заключалась в том, что там не было удобного места, чтобы мы могли сидеть вместе, кроме кровати. Добавив предмет мебели, я мог бы пригласить ее внутрь, не чувствуя себя неловко.
Я взял в мебельном магазине маленький диванчик и погрузил его в кузов своего грузовика.
Когда я вернулся в лодочный домик, демонстрация уже закончилась. Я мог сказать, что они уже были внутри, потому что стул был не на своем месте.
— Как все прошло? — спросил я морских свинок.
Я достал из холодильника нарезанные огурцы и накормил своих пушистых друзей палочками для еды. Это всегда успокаивало меня.
Потом я вернулся к грузовику и поставил диванчик в углу комнаты, прямо напротив телевизора.
Плюхнувшись на него, я вспомнил, что у Хизер сегодня выходной. Я подумал спросить ее, не захочет ли она прийти и посмотреть фильм.
Почему от одной мысли об этом мой пульс учащается? С того самого утра, как я поймал ее на том, что она шпионит за мной, я не мог избавиться от этого чувства. Каким бы безумным и неуместным все это ни было, ее небольшая наблюдательность с тех пор несколько раз входила в мои фантазии. Я больше не мог войти в душ, не представив ее за окном, подслушивающей или даже наблюдающей, пока я занимаюсь делами. Все это было довольно странно с самого начала, потому что в то время как она думала, что я трахался с Кирой в душе тем утром, я на самом деле думал о ней. Чертовски иронично.
В тот день я тоже чуть не испортил всё. Хотя я не собирался действовать в соответствии со своими импульсами, мне почему-то нужно было, чтобы она поняла, что ей не нужно беспокоиться обо мне и Кире. Как бы хреново это ни звучало, даже если бы у меня был интерес к Кире-а у меня его не было — я бы никогда не причинил Хизер вреда, пока я здесь.
Мне нужно было, чтобы она знала это, и в процессе я потерял контроль над своими чувствами, когда прикоснулся к ней — плохое действие, которое, вероятно, смутило ее. В последнее время я старался вести себя как можно более “нормально”, чтобы обратить вспять все смешанные сигналы, которые я посылал ей в тот день.
Отчасти это означало не избегать ее и не вести себя по-другому.
Поэтому я полагаю, что это может быть аргументом в пользу того, чтобы пригласить ее сегодня вечером посмотреть кино.
После получасового хождения туда-сюда я взял телефон и набрал ее номер.
— Привет, Ноа, — ответила она.
— Ты сегодня здесь?
— Ну да. В чем дело?
Почему я потею? — Хочешь посмотреть кино?
— Это странно… — сказала она.
— Что тут странного?
— Ты приглашаешь меня войти в лодочный домик. Ты никогда этого не делаешь.
Ни хрена себе. — Ну, теперь у меня есть место, где мы можем посидеть.
— Что ты имеешь в виду?
Потирая висок, я сказал: — Я купил маленький диван, — я намеренно воздержался от употребления слова "диванчик".
— Ты это сделал?
— Я подумал, что было бы неплохо, чтобы он был. Ну, знаешь…для показа.
Правильно. Для показов. Была одна-единственная причина, по которой я купил этот чертов диван, и она не имела ничего общего с комфортом. Я хотел провести с ней больше времени, прежде чем мы разойдемся в разные стороны.
Иногда ночью было слишком душно, чтобы сидеть на улице со всеми этими комарами. Даже если у нас не могло быть ничего, кроме этой платонической дружбы, я хотел быть рядом с ней в течение короткого времени, которое у нас осталось. Она делала меня счастливым.
— Ты не должен был этого делать.
— Все нормально. Я купил его на распродаже.
— Ну хорошо, фильм звучит здорово. Тедди может прийти? Он стоит у двери и виляет хвостом. Я думаю, он хочет тебя увидеть.
— Да, Толстоголовый тоже может прийти.
С тех пор как появились морские свинки, пёс пару раз заходил в лодочный домик. Казалось, он больше не беспокоился о них, потому что лай прекратился.
— Ладно. Мы сейчас придем, — сказала она.
Едва открыв дверь, я пожалел, что пригласил ее к себе. Хизер выглядела очень красивой-слишком красивой, чтобы просто смотреть кино. На ней было розовое платье на тонких бретельках, почти не оставлявшее места воображению; сквозь ткань просвечивали соски.
Иисус. Это плохая идея. — Почему ты так нарядилась? — спросила я, когда собака прыгнула на меня.
— Это мое первое официальное приглашение в лодочный домик. Я решила, что это особый случай, — рассмеялась она. — Нет. Я была на детском празднике у одной из официанток ранее. Они проводили его в задней комнате у Джека Фоули.
Я с облегчением кивнул. — Понимаю.
Она подбежала к новому дивану и села. — Мне нравится. Он такой плюшевый и удобный!
Ее платье немного задралось, когда она положила свои стройные ноги поперек дивана. Она была грациозна, даже когда небрежно бездельничала.
Да. Не знаю, что я курил, думая, что с ней здесь не будет проблем.
Толстоголовый подбежал к ней.
— Тедди тоже одобряет, — сказала она, садясь, чтобы освободить ему место. — Какое у тебя настроение?
Лечь на тебя. Я судорожно сглотнул. — Что ты имеешь в виду?
— Что ты хочешь посмотреть?
— О… Вообще-то я об этом не думал. Что насчет тебя?
— Что-нибудь легкое и смешное без секса, чтобы я не краснела, глядя на это вместе с тобой.
Чертовски хорошая идея. — Ладно.
Но пока она сидела, наслаждаясь новым предметом мебели, я не мог отвести от нее глаз. Эти соски, пронзающие ее платье, дразнили меня.
Как же мне хотелось впиться в них зубами, попробовать на вкус ее кожу. Что со мной не так? Обычно я лучше контролировал свои мысли — возможно, не в душе, но, по крайней мере, в ее присутствии.
Но сегодня я не мог их остановить. Возможно, то, что я так долго держал все в себе, в конце концов свело меня с ума. Я представил, как она распростерлась подо мной, крича от удовольствия, когда я входил в ее тугую маленькую киску. Я представил себе свой член у нее во рту.