Когда закончится август (ЛП)

Глава первая
Хизер — Ты уже видела парня, который заехал в лодочный домик?
Я только вернулась домой в наш домик у озера после того, как сопровождала маму на встречу с доктором этим утром. Моя подруга Крисси оказала мне услугу и встретилась с нашим новым арендатором, чтобы отдать ему ключи, пока меня не было.
Я покачала головой. — Нет.
Крисси улыбнулась от уха до уха.
— Что это за взгляд такой? — я спросила.
— Он… интересный.
Я подняла бровь. — В каком смысле?
Она хихикнула. — Я думаю тебе стоит узнать это самой.
Это могло означать только одно из двух: либо он был невероятно красив, либо, возможно среди нас жил психопат.
Последние несколько лет, моя семья сдавала в аренду перестроенный лодочный домик на озере Уиннипесоки — самое большое пространство воды в Нью-Хэмпшире. Располагается у подножья Уайт- Маунтинс, и является популярным местом для туристов, которые ищут выход из города. Местные говорят, «Когда ты здесь, ты “во времени озера”».
Сейчас в доме жили только мама и я, и мама не работала, поэтому доход от лодочного домика был важен, чтобы мы могли оплачивать наши счета. Зимой, иногда, он оставался свободным, в основном домик был постоянно забронирован в тёплые месяца и даже ранней осенью. Иногда люди арендовали его на неделю и на другой срок.
Домик на самом деле был не очень большим, поэтому обычно его арендовал один человек, а не семья. Этот последний парень забронировал его почти на три месяца, до конца августа — на всё лето.
Такое произошло впервые.
— Так с ним всё улажено? — я спросила.
— Да. Он показался порядочным парнем в целом. Много не говорил и был вежливым. Он был в солнцезащитных очках, поэтому я не смогла взглянуть ему в глаза. Они обычно говорят много о человеке, ты знала?
Я знала, что его зовут Ноа, так как я записывала информацию о его кредитной карте и быстро провела небольшую проверку данных. Но в остальном, я не много знала о нём — Ноа Каваллари из Пенсильвании с картой виза и чистым досье.
Я никогда на самом деле не пересекалась с нашими гостями. Когда я была младше, моя мама строго запрещала мне взаимодействовать с кем-то, кто оставался в лодочном домике — вы знаете, в том случае, если они окажутся нехорошими людьми. И теперь даже будучи взрослой, я предпочитаю держать дистанцию по привычке.
Частью сделки аренды лодочного домика является уборка — любезно предоставленная мной. Я прихожу, обычно в обед, застилаю постель и кладу свежие полотенца, как в отеле. Также у гостей есть доступ к стиральной машине и сушилке в подвале основного дома, и они могут войти в прачечную через отдельную дверь, воспользовавшись ключем. Таким образом им не нужно заходить в наш дом.
Внутри лодочного домика обустроена мини-кухня, что позволяет арендаторам готовить свою пищу. В домике была одна комната и ванная комната. Также в домике были окна со всех сторон, что делало комнату светлой и открывало вид на окружающее озеро.
— Как Элис поживает сегодня? — спросила Крисси.
— Доктор собирается скорректировать её лекарства снова. В общем, не лучший и не худший её день.
Всё было настолько хорошо, насколько можно было ожидать, когда речь шла о моей маме, которая находилась в и вне психиатрических больниц годами, всё зависело от серьезности её эпизодов.
Мама страдала от клинической депрессии. Она боролась с ней всю свою жизнь, но она обострилась когда умерла моя старшая сестра пять лет назад. Опал была на десять лет старше меня. Она была психически нестабильна и убежала из дома. В течении тех лет, что мы с ней не виделись, она глубже ушла в свои мысли и в конце концов лишила себя жизни.
Потеря сестры была самым тяжелым что случилось в моей жизни.
Мама больше не была собой с тех пор. До смерти Орал, мама могла контролировать свою депрессию настолько, чтобы функционировать.
Больше нет.
Крисси ушла на смену в больницу, оставив меня одну в спальне. Я выглянула в окно и посмотрела на лодочный домик. Пока здание было нашей собственностью, оно располагалось позади главного дома, ближе к озеру. Приходилось идти вниз по дороге из гравия, чтобы добраться туда.
Кроме его блестящей, черной машины, припаркованной на расстоянии, я вообще не видела никаких признаков нового гостя. И меня это устраивало. Я подожду до завтрашнего обеда и рискну пойти туда, чтобы убраться. Обычно жильцы покидали домик к обеду.
На протяжении дня, я заботилась обо всём вокруг. Потом, пять ночей в неделю, я работала официанткой в местном пабе под названием Джек Фоли. Это были масштабы моей обыденной жизни с тех пор, как депрессия моей мамы усугубилась. Кому-то приходилось следить за всем, и я была победителем этой ответственности по умолчанию.
Дом у озера — наша главная резиденция — и маленький лодочный домик, принадлежали маминой семье годами. После того, как умер мой дедушка, он всё оставил моей маме, своему единственному ребенку. С тех пор как всё выплатили, у нас больше не было ипотечного кредита. Это было замечательно, учитывая факт, что я была единственной кто работал. И всё же, мне нужно было просто сохранить дом, и также накопилось много чего, что требовало ремонта.
Я не хотела казаться занудой, когда дело касалось моей жизни. Я была за многое благодарна. Жизнь возле озера была одним из этого.
Пусть даже в некоторые дни я чувствовала себя Золушкой, за исключением злых сестер, безмятежная красота этого места, часто всё компенсировала.
*** На следующий день, казалось будто берег был чист. Машины арендатора не было, и это было идеальным временем, чтобы взять свежие полотенца и наведаться в лодочный домик и убраться там.
Мой сенбернар, Тэдди, подумал, что я беру его на прогулку, поэтому он подошел к двери. Я подумала, что могу взять его с собой.
Обеденный воздух был липким. Размытые лучи буквально слепили меня пока я шла с тремя полотенцами разных размеров, зажатыми под моей рукой и ведерко принадлежностей для уборки висело на моем запястье.
Перед входом в дом, я сразу почувствовала его одеколон. Мужество витало в воздухе. Черная мужская куртка была перекинута через стул, и большой нераспакованный чемодан был открыт на полу. Дорогие с виду часы находились на ноутбуке.
Его постель уже была заправлена. Вероятно он не видел части сообщения, в котором говорилось об услугах горничной, и возможно он был аккуратным человеком и не мог ждать.
Пёс прыгнул на кровать.
— Слезай, Тэдди!
Следующее, что случилось, это дверь ванной резко открылась. После этого всё произошло слишком быстро. Моё ведерко упало на пол, когда я уставилась на Геркулеса, стоящего только в обернутом маленьком полотенце на бедрах. Моя челюсть отпала.
Тэдди начал гавкать.
Глубокий голос Ноа пронзил меня. — Какого черта здесь происходит?
Его волосы были влажными. Я глотнула пока мои глаза прошлись по всей его длине вниз, а потом обратно вверх. Я не была уверена почему потеряла свою способность мыслить. Я просто была шокирована увидеть его таким: практически голым с капельками воды, которые катились по его скульптурному торсу.
Он не должен быть дома. Он вывел меня из транса. — Есть ли причина почему ты пялишься на меня, вместо того, чтобы уйти?
Эм… потому что ты чертовски горяч? Я резко повернулась лицом к двери. — Я просто пришла прибраться здесь. Извините. Я вернусь позже.
Споткнувшись, я выбежала так быстро, что оставила все свои принадлежности для уборки, которые разлетелись по всему его полу.
Я подумала, что оставила Тэдди тоже, но к счастью он побежал за мной.
Я видела мужчину всего несколько секунд, но теперь я понимала почему Крисси улыбалась вчера. Он был потрясающе красив с классическими, точеными чертами и прекрасной щетиной на лице. Он был действительно высоким, также, вероятно самым мужественным мужчиной из всех, кого я видела за долгий период.
Он также был грубым. Это было понятно. Но горячим. Темные волосы, поразительное тело…он выглядел на тридцать с небольшим.