Мой сводный дракон (СИ)

Хотя шутник из него так себе, судя по всему. Но это не точно. Может, пока он слишком недоволен появлением мачехи и её наглой дочери.
Улыбнулась. Да я веду себя с ним, как паинька!
— Ты действительно не знаешь?
Слышу в его голосе искреннее удивление. Неверие. И несмотря на кромешную темень знаю — он не отрывает взгляда от моего лица.
— Нет. Ни одному нормальному человеку в голову не придёт избавляться от одежды с концами. Ты или разыгрываешь меня или… я не знаю, что можно предположить. Какие–то местные нюансы?
— Занимательно.
Какое красноречие! Всё объяснил, рассказал. Чудо, а не родственник!
И оставаться с ним наедине совсем не хочется. Пора делать ноги.
— Я могу отдать тебе свой плащ и переодеться в платье, — предложила великодушно. — Так ты спокойно вернёшься в свои покои.
Вспыхнула дюжина магических огней, освещая комнату мягким желтоватым светом. Демонстрируя, что мой немногословный собеседник уже облачился в любимую форму одежды — банную.
В этот раз его бёдра обнимало махровое белое полотенце с тонкой серебряной полосой. Нет, чтобы выбрать милое розовое с пончиками, я бы разрядила обстановку шуткой.
— Ты готова? — спросил он, игнорируя моё предложение.
— Да, пойдём.
Легко сбежала по лестнице, но остановилась на границе света и тени, дожидаясь брата, от которого мурашки по коже.
Реакция собственного тела на присутствие мужчины сильно смущала. Я не их тех девчонок, что падают в обмороки или теряют голову при виде накачанного красавца. Почему же рядом с ним я превращаюсь в комок противоречивых эмоций? И ведь он прав: не боюсь его ни капли, хотя чувствую угрозу.
Прошло несколько мгновений, но Рагнар так и не появился на лестнице. Я не знала, что и думать, стоит ли возвращаться или попытаться перебороть детский страх и спуститься самостоятельно, как вдруг свет исчез. Я оказалась в кромешной тьме.
Тело парализовало. Я замерла, боясь даже дышать, закрыла глаза. На висках выступили крохотные капельки влаги.
— Рагнар! — пропищала, ненавидя себя за слабость, с которой не могла справиться.
— Я здесь. Дай мне руку и пока не открывай глаза.
Его спокойный тон, уверенность, звучащая в каждом слове, заставили протянуть ладонь навстречу его руке.
— Включи свет, — попросила шёпотом.
— Нет. Теперь ты Фогрейв, Алессаль. Ты не имеешь права быть слабой даже наедине с собой. Это неприемлемо. Сейчас ты пройдёшь со мной за руку в кромешной тьме, завтра я буду идти с тобой рядом, послезавтра пойдёшь одна. И будешь ходить до тех пор, пока не справишься, или я не возьму тебя в академию.
— Я туда не рвусь, — буркнула недовольно.
— Тогда сиди дома, изучай танцы и этикет, этого достаточно, чтобы выйти замуж.
— Я не собираюсь замуж! — рявкнула недовольно и открыла глаза. Ничего не увидела. Но крепко сжимающая мою ладонь рука придавала уверенности, пусть и принадлежала не союзнику. — Тем более, в вашем мире. Я вообще хочу домой. У меня там даже парень есть!
Запал закончился так же быстро, как вспыхнул. Я вновь ощутила, как липкий страх проникает за пазуху. И первой сделала шаг вниз, предлагая и Рагнару начать движение.
— Парень — это жених? — поинтересовался братец подозрительно нейтральным голосом, но с места не сдвинулся.
— Не совсем жених, — не смогла соврать я. — В моём мире девушки не бегут сразу замуж, они учатся, работают, путешествуют, достигают своих целей, а затем, если посчитают нужным, находят достойного партнёра и выходят замуж.
— Звучит, как деловой план. Девушки Эрмида мечтают выйти замуж по любви, — неожиданно мягко произнёс мужчина, наконец, продолжая спуск. — Желательно за дракона.
— Кого? — Я поперхнулась и захихикала. Из–за волнения смех звучал истерично, звонко и немного по–дурацки, но остановиться не могла. На глазах выступили слёзы. — Драконов не существует, — проговорила убеждённо. — Даже если бы они существовали, какой резон девушкам выходить замуж за ящеров? Они богаты и красивы? Или им не нужно гладить рубашки?
Я вновь расхохоталась, с удивлением понимая, что мы прошли половину пути, а я до сих пор не рыдаю, забившись в уголок. Впрочем, здесь ни уголка, ни возможности порыдать — не при свидетелях ведь разводить панику. И с таким огромным и сильным мужчиной мне вряд ли что–то может угрожать. Разве что сам мужчина.
 
Я не ждала ответа на вопрос, поскольку воспринимала беседу только как средство отвлечься и сгладить непростой путь. Однако Рагнар со свойственной ему обстоятельностью продолжил:
— Драконы женятся только по любви, потому бесконечно уважают и берегут своих жён. Среди людей подобная верность и преданность семье встречается не часто.
— Звучит действительно впечатляюще, — без интереса проговорила я. — Лучше расскажи про академию и то, чем в вашем Эрмиде может заниматься деятельная и не желающая выходить замуж девушка.
Голос под конец дрогнул — мы дошли до очередного узкого окошка, из которого совсем немного просочился свет, оживляя темноту движением.
Я знала, что это игра света и теней, что моё воображение дорисовывает тьме различные очертания, а на самом деле здесь безопасно и пусто, башня защищена магией отчима и присутствием брата, за которым, при необходимости, я могу спрятаться, как за каменной стеной. Чувствую это.
Но…
Страх ледяной рукой сжимает сердце, впивается в шею мёртвой хваткой, лишая воздуха разгорячённые лёгкие.
Тело парализует.
Замираю столбом. И… лечу на Рагнара, который сделал шаг вперёд в прежнем ритме, не ожидая, что его спутница внезапно превратится в истукан.
Врезаюсь в мощное тело, прижимаюсь носом к обнажённой коже, вдыхаю непривычный аромат с тонкой нотой любимого мыла. Сильные руки поддерживают за талию и не отталкивают.
Потряхивает от пережитого ужаса и воспоминаний детства так, что я не в состоянии даже прошептать извинения. Зубы стучат. По щекам бегут крупные капли, чтобы, сорвавшись, скользнуть остывшей влагой по его коже.
Он разворачивает меня, спиной прижимает к холодной каменной кладке.
— Если хочешь избавиться от темноты используй магию. Повторяй: «Аэшесс–та!»
— Аэшесс–та, — безвольно прошептала я, не открывая глаз.
— Резко. С интонацией. И с двумя ударениями: аэшЕсс-тА! — повторил он настойчиво. — Давай, трусиха, дерзай.
— Я не т–т–трусиха, — заикаясь, словно меня вытащили из ледяной воды, ответила ему.
— Докажи. Можешь дополнительно разрезать воздух сверху вниз, это помогает. Я не шучу. Движение тоже даёт энергию.
Рагнар сделал шаг назад, давая пространство для маневра, и я едва не шагнула к нему, боясь вновь остаться один на один с темнотой.
— Аэшесс–та! — рявкнула, разрезав пространство, как было велено. Однако искра не вспыхнула, тем более не явился приличный магический фонарь. Повторила ещё дважды. Без результата.
— Ты не открылась миру и не пустила магию по венам, — сделал вывод мужчина. — Пойдём дальше.
— Зажги свет, — попросила по–человечески, споткнувшись на первой же ступени.
— Нет. Если он тебе нужен, зажги сама.
Взмахнула рукой и, вложив злость, ярость, гнев на стоявшего рядом упрямца, выдохнула заветные слова. В полуметре от меня, на уровне носа, зажёгся крохотный светлячок. Малюсенький, размером со спичечную головку. Но магический и… мой!
— О, — выдохнула я. — Мамочки, получилось! Рагнар, ты видел? Ой, не гаснет. Ты видишь его? Получилось!
Я едва не запрыгала от восторга. Порыв броситься вредине на шею задавила в зародыше, но за руку Рагнара взяла. Что ни говори, а света от моего микрофонарика с гулькин нос, и темнота никуда не делась, хоть и немного отступила.
— Поскольку ты у нас теперь при освещении, я, пожалуй, поднимусь к себе и досплю остаток ночи, — ехидно проговорил братец, при этом никуда не дёргался, так и держал мою руку. Да и голос был совсем не злой и не грубый.
— Размечтался! Теперь объясни, как мне сделать его большим и заставить лететь впереди, — попросила нетерпеливо.