Мой сводный дракон (СИ)

Мужчина сделал шаг вперёд и зафиксировал мой подбородок длинными, сильными, но неожиданно нежными пальцами. Ещё немного приподнял. Склонился так близко, что я кожей ощутила жар его дыхания.
— Зови меня Рагнар, маленькая принцесса, — произнёс он удивительно ласково. Но, не успела я обрадоваться, продолжил: — Будь послушной и исполнительной. Не дерзи старшим. Хорошо учись. Молчи.
Дёрнула головой, вырываясь из захвата, отступила на шаг, чтобы удобнее было смотреть на эту громадину.
— Я сама решаю, что, как и когда буду делать. А теперь прошу меня извинить, но вам пора. Ночь.
Кивнула в сторону спальни, не сразу поняв, до чего это неприлично выглядит. С другой стороны, куда ещё он может деться с террасы? Лестница в башне всего одна.
— Если ты так настаиваешь, — мягко проговорил Рагнар, направляясь на выход.
Он шёл неспешно и плавно, уверенно, расслабленно. Под загорелой, бронзовой от последних закатных лучей кожей перекатывались мышцы. От линии тёмных волос до копчика, едва прикрытого полотенцем, ползла вязь рун.
Уф!
Обалдеть, конечно, братик.
С другой стороны, если так выглядят учащиеся академии, может, стоит на неё взглянуть? Одним глазком, так сказать. Для общего развития.
Домой торопиться не стоит. Возможно, здесь интереснее, чем в интернете. Магия, в конце концов. Отчим уверен, у меня есть к ней способности, даже обещал, что они быстро проклюнутся, стоит лишь напитаться энергией этого мира.
Я дала братцу время одеться и убраться из моих владений, даже посидела немного на террасе, хоть и не расслабилась до конца. Мысль, что Рагнар может приходить и уходить, когда ему вздумается, совсем не нравилась. Возможно, стоит вернуться в свои официальные покои, туда он вряд ли посмеет заявиться. И там я под защитой отчима.
Сумерки я не любила и поспешила вернуться в башню, не приняв окончательное решение, как поступить. С одной стороны, спальня безопаснее. С другой — без света я запросто могу свернуть шею, если оступлюсь на крутой лестнице, где и днём было темно, местами без узких окошек приходилось идти на ощупь.
Отчим категорически запрещал домашним мне помогать с освещением, неустанно повторяя, что без острой необходимости я не начну пользоваться силой. Я злилась, потому что телевизора в Эрмиде не было, книгу почитать не могла, выучить что–нибудь полезное — тоже. И я не любила темноту! А в безлунные ночи она была густой и тягучей, словно смола!
Добрые служанки взяли надо мной шефство и каждый вечер приносили в спальню наполненные светящимися лепестками хрустальные чаши.
— Для приятного аромата, — поясняли они, заговорщически улыбаясь.
И сейчас я поняла, как был прав отчим. Может, я уже могла бы создать крохотный светлячок и вернуться к себе. Теперь же приходилось ночевать в открытой вторжению братца башне.
Закрыла двери на террасу, активировала артефактом защиту, непривычно моргнув от яркой вспышки.
— Странно, — удивилась неожиданному эффекту. — Разрядилась эта штука, что ли?
Поморгала, пытаясь адаптироваться к царящей в спальне темноте, и пошла в ванную, пока окончательно не стемнело. Наскоро приняла душ, надела пижаму и, заплетая на ходу волосы в косу, отправилась в постель.
Занятую врагом!
  
Глава 2
 
Замерла, затаила дыхание, не в силах поверить, что в моей кровати лежит сводный братец собственной персоной.
Сгустившиеся сумерки не позволяли разглядеть его лицо, но я видела тёмный силуэт на белоснежной глади и будто нарочно брошенное на прикроватную тумбу полотенце. Подозреваю, то самое, с единорогами.
Будто я не догадалась, что такого рода красавчики не спят в пижамах. Намёки он мне делает.
Выдохнула.
— Пока не заслуживший уважения старший брат, не соблаговолите ли вы пояснить свои действия младшей сестрёнке? — спросила, изо всех сил стараясь выделять поменьше яда. Получалось плохо. Буква «с» в каждом слове превращалась в недовольное шипение.
 
— Ты мне не сестра.
И снова этот спокойный голос уверенного в праве творить любую дичь мужчины. Как же бесит–то, ужас. Но выхода нет, придётся налаживать контакт. Ради мамы. Ради отчима, который так много для нас сделал.
— Настаиваю на обратном, — произнесла мягко. И поделилась искренне: — Всегда хотела старшего братика, так что не порть ребёнку праздник.
— Ты не ребёнок. Несмотря на это странное одеяние с детским рисунком, — добавил он с интересом в голосе.
— Попрошу не оскорблять мою пижаму, это подарок лучшей подруги. В моём мире люди спят в удобной и приятной телу одежде, — пояснила, стараясь не ссориться с новоявленным родственником.
— Теперь ты в Эрмиде, здесь нет одежды для сна. Кожа должна напитываться магией беспрепятственно. Раздевайся и ложись, так уж и быть, поделюсь силой.
Рецепторы взорвались восторгом. Кожа загорелась, заполыхала. Дыхание участилось.
Но язык оказался не менее проворным и сразу отреагировал.
— По–братски? — ляпнула ехидно.
Мысленно дала себе пинка. Нельзя вестись на провокации. Особенно неприятным оказалось поведение собственного тела. Бесстыжее.
Нет, я всё понимаю, брат оказался невероятно сексуальным красавцем, но характер — бр–р–р! Такого не перевоспитать. И это его: слушайся, веди себя хорошо, молчи.
Что он там говорил вообще?
Мозг отказывался полноценно анализировать ситуацию, но всё же пока трепыхался.
— Я не испытываю братских чувств. Иди сюда.
— Бегу–тороплюсь! — фыркнула, разворачиваясь на пятках и направляясь к шкафу. — Поняла, что спорить с тобой бесполезно, лучше вернусь в свои покои. Рискуя жизнью, между прочим.
— В замке безопасно.
— Да что ты говоришь! — хмыкнула, накидывая на плечи плащ до пят. — Пока–пока. Неприятных тебе снов в моей постели. Завтра я попрошу его светлость выселить тебя отсюда официально.
Жаль, не видела лица братика. Интересно, от него хоть раз в жизни сбегали девицы посреди ночи?
Мысль была забавной, но я не улыбалась. Предстоял непростой путь по неосвещённой винтовой лестнице, и я уже начинала бояться.
— Остановись, — раздалось так близко, что я замерла парализованной мышью. На плечи опустились горячие руки. — Я чувствую твой страх. Что тебя пугает?
— Не твоё дело! — Нет, ну а что? Я трусиха, но гордая.
— Моё. Ты находишься под покровительством рода Фогрейв, — проговорил он так, словно это всё объясняло.
Дёрнулась в сторону, освобождаясь от захвата, с неприятием думая, что маневр удался лишь потому, что он позволил. Он слишком силён. И готов эту силу применять.
Вместо волны страха по телу прокатилась огненная лавина.
Да ну что такое?
Почему я так остро на него реагирую? Он не первый и не последний красавчик на моём пути. И наверняка даже в этом мире есть куда менее неприятно–властные экземпляры!
— Меня пугает то, что ты без приглашения пришёл в мою башню, считаешь нормальным забираться в постель собственной сестры и не желаешь понимать, в насколько неудобное положение ты меня этим ставишь.
— Меня ты не боишься, — проговорил он, обжигая дыханием щёку. — Ты дерзкая, строптивая, непослушная маленькая девочка, у которой дрожат колени от… одного вида темноты, — закончил он жёстко. — Собирайся. Проведу до галереи.
Нервно сглотнула.
Руки тряслись, губы дрожали. Я в жизни не испытывала столько эмоций по отношению к одному человеку! И никак не могла его разгадать. Пока.
Но раз готов провести, пусть.
— А лампы зажжёшь? — спросила, не совладав до конца с паникой.
— Желаешь рассмотреть всё, что не удалось на террасе? — ехидно осведомился мужчина.
Выбор усложнился.
Обнажённый мужчина или темнота.
Кстати, почему Рагнар обнажён?
— А где твоя одежда? Ты ведь вряд ли пришёл сюда без неё? — уточнила, делая шаг в сторону, но не поворачиваясь к бесстыжему провокатору. А то включит свет внезапно, предстанет во всей красе, а мне потом красней и заикайся. А неправильно отреагирую — у него будет повод подшучивать до конца дней.