Баллада об Угнетателе (СИ)
— Ну да, я для того её и велел построить, чтоб всегда, чтоб бесперебойно, чтоб расходы на логистику окупили первичные затраты на её постройку.
— То есть ты знал⁈ Ты всё с самого начала знал! Это невероятно!
— Знал, знал. Успокойся. Я продумал все моменты, поэтому был уверен в правильности того, что делаю.
— Жорж, деревянная дорога не просто новое слово в строительстве, она еще покажет себя. Пройдут годы, и все грузы в Мерсалии будут оставляться по деревянной дороге, я точно говорю.
— По железной. Когда выделка железа станет настолько дешёвой, что рельсы можно будет делать из стали, тогда да. Но это произойдет не завтра. И не на нашем с тобой веку.
А чуть позже ко мне на приём напросился некий купчишка из Иманта. Купцы — дело полезное, они нередко теперь не просто приезжают к нам, а пытаются заключить какие-то соглашения. Чаще всего ждут увидеть на графском троне дурачка, не понимающего в торговле и экономике. Все, кто смог меня заинтересовать, посылаются для дальнейших переговоров к Блезу, остальных я посылаю гораздо дальше. Так что уже и не всякого принимаю. Но этот из Иманта, первая ласточка, так что принял несмотря на то, что он не мог похвастаться известностью или знакомством в среде торговцев Мерсалии. И вообще, невзгоды, барыши и слава ждут как раз таких первых.
Я еще не привык к такому способу ведения переговоров и приёма гостей, когда сидишь на возвышении без ежедневника перед собой и авторучки или карандаша в руке. А если что надо записать, то надейся на писца, который стоит в полусогнутом состоянии в углу и пишет что-то. А ты такой гадаешь, запишет он суть или фигню какую. А то еще, вдруг собачек или воинов на пятиногих коняшках рисует от скуки. Я в детстве на уроках именно войны рисовал, прямо как чувствовал, куда попаду. За спиной оруженосец, за второй спиной, то есть за плечом начальник охраны, за третьим — управляющий. Раз купец на аудиенцию напросился, думаю Блез будет полезен.
Что примечательно, этот посетитель, отрекомендовавшийся как Гиём из Кале, подарков не принёс. Не странно и не обидно, но некоторые тащат всякие безделицы, чтоб порадовать меня или заинтересовать в поставках. В таком случае в качестве презента выступает образец товара.
— Что ты можешь предложить, купец? Почему ты решил, что твой товар достоин того, чтоб предложить поставки самому графу?
— Мой товар самый дорогой и хрупкий, ваше сиятельство. Это информация.
— Даже так? Уже интересно. И какого она толка, о чем ты готов поведать нам? И, кстати, почем нынче информация в столице Иманта?
— Цена самая справедливая. Моя жизнь.
— Неужели твои вести настолько дороги? Да и как я могу предложить тебе то, что твоё по праву. Я не владею жизнями своих вассалов, тем более не хозяин чужакам.
— Просто моя жизнь не настолько дорогая. В Мерсалии ей красная цена двадцать гульденов. Ну или десять, если за мёртвого.
— Хм! Это то, о чём я подумал? Покиньте меня все. Поговорим о приватном без лишних ушей. Да, купец?
— Ваше сиятельство, может не стоит так рисковать? Боюсь, это купец не так прост, как… Да и не кажется он простым.
— Хорошо, Доркин, осмотрите его на предмет наличия оружия, а потом выйдите. Гиём, или как там тебя, ты же не против быть обысканным?
— Что вы, ваше сиятельство, вы в своём праве. — И он демонстративно расставил руки, облегчая ощупывание.
— Доркин, ты ноги пропустил. Внутренняя сторона бёдер, голени — везде может быть подвешен клинок. Раз уж взялся обеспечивать безопасность, так ощупывай тщательно. Поясницу проверь, пояс. Кстати, он сам может быть смертоносным оружием.
— Ваше сиятельство знает толк в скрытом оружии. — Осклабился «купец».
— Так что у тебя есть на продажу, любезный мой Гиём? — Продолжил я беседу, когда мы остались вдвоём. — Не теряйся и рассказывай подробно. Время у нас есть.
— Как вы догадались, я ранее принадлежал к уже несуществующей теперь конторе наёмников «Бойцы удачи». Ваш изящный ход поставил всех моих товарищей в неловкую ситуацию.
— А ты из неё вышел через границу. Ожидаемый ход.
— Да, ваше сиятельство. Поскольку я был одним из руководителей, а не пешкой, пришлось сменить не только имя, но вообще всё: привычки, род деятельности, интересы и круг общения. Казначей умер, родился купец Гиём, к которому ни у кого не было никаких вопросов. Так я думал. А недавно меня отконвоировали к безымянной персоне и буквально не оставили выбора. Как опытному наёмнику мне поручили организовать покушение на вашу жизнь и заплатили пять тысяч денариев аванса.
— Говоришь, что не оставили выбор, а сам вместо подготовки покушения ведешь со мной переговоры. Значит, выбор есть.
— Выбор всегда есть, вы правы. В данном случае, ваше сиятельство, у меня был выбор между неминуемой смертью после покушения и неизвестностью.
— Я так понимаю, ты уверен, что тебя не оставят в живых?
— Верно, ваше сиятельство. Я как мог навел справки о заказчике, скорее всего, это один из советников короля.
— Какого именно короля?
— Ого, ваше сиятельство привыкло масштабно мыслить. Короля Георга. При этом одним из условий заказа было строжайшее соблюдение тайны и обеспечение улик, ведущих в Мерсалию.
— Ну да, после такого проще всего было бы тебя убить. Мертвецы обычно не болтливы.
— Ваше сиятельство покупает эту информацию за предложенную цену?
— Сделка! А что-то еще есть на продажу?
— Да. Прикажете показать товар? — После моего кивка повеселевший купец продолжил — Денарии, которые чеканят в вашем графстве неплохи, но не идеальны.
— Чево⁈
— Прошу прощения за дерзость, ваше сиятельство, но это так.
— Обоснуй.
— Впервые мне попали в руки почти настоящие монеты в самом Кале. Они были всем хороши и по форме, и по оттиску, и по содержанию серебра. Но при том, что рисунок на монете был потёрт и местами поцарапан, её гурт был как новенький, без замятостей. А еще монета была без обычной патины, словно её начищали перед тем, как подать мне. Она была излишне светлая на фоне других, всего чуточку, но всё же светлее.
— А Долинол причем?
— Притом, что уже оказавшись в вашем графстве, я стал чаще натыкаться на такие монеты. Уверен, кто-то чеканит их именно тут и сразу пускает в оборот. У вас же есть свой серебряный рудник?
— Есть.
Вот как так? Ведь всё продумал, всё так удачно наладил, никаких вопросов ни у кого не возникало. А тут приезжает «специалист» по всякому беззаконию и тыкает меня носом в мои огрехи. И что делать?
— И что делать? — Вслух спросил я.
— Ваше сиятельство, всё зависит от ваших целей. Или искать фальшивомонетчика рядом с рудником, скорее всего талантливого подмастерье кузнеца, а рядом с ним беглого мошенника. Или грамотно старить монеты, чтоб ни у кого не возникало вопросов. Вряд ли вы знаете, но есть вполне недорогие и эффективные составы, покрывающие серебро практически естественной патиной. И организовать не только перемешивание монет в барабане, но и их прокатку по каменной поверхности. Есть специальная технология.
— Да? Не знал, вернее не только не знал, но и не продумал эти моменты. Век живи — век учись.
— Истинно так, ваше сиятельство.
— Займешься этим? Подъемных не дам, раз ты аванс взял, а отрабатывать не собираешься. Или всё-таки будешь покушаться?
— Не буду. Но ваше сиятельство слишком беспечны. Я мог оказаться магом, и тогда…
— Не успел бы. Поверь, моя магия достаточна быстра и эффективна. И смерть была бы не в пример мучительнее.
— Как⁈ Но вы же не боевик! Вы маг-зачарователь, мы следили за вами, и очень тщательно.
— Кто сказал, что я не могу зачаровывать тело?
— Порча⁈
— Начинается! Почему всегда, когда люди сталкиваются с чем-то непонятным, они тут же орут «Порча!» вместо того, чтобы подумать головой?
— Потому что люди стараются думать пореже, ваше сиятельство. И я в очередной раз убеждаюсь, насколько неправы тогда были «Бойцы удачи». И насколько прав я сейчас. Служить вам — большая удача.