Отраженный кошмар

– Тоже мне оправдание, – вмешался Кит. – И тебе еще не нравится, когда я описываю зеваку детектива. Ну, что еще?
Стив покрутил сигарой.
– У меня есть большое желание притащить сюда Блейка и задать ему парочку вопросов.
Кит фыркнул:
– Могу представить, что он тебе скажет. Держу пари, это будет покрепче, чем: «К чертям собачьим».
Хлопнув Кита по плечу, Стив попросил:
– Не морочь голову, Кит. Что ты на самом деле думаешь?
– Я бы вела себя очень осторожно, – вмешалась Фиона. – Сейчас все думают, будто ты не ищешь другого преступника. И если ты привезешь сюда Блейка, то он раскричится, вы-де не даете ему спокойно жить, ведь вы сами признали, что дело закрыто. А скажешь, что расследование продолжается, встревожишь настоящего убийцу, который пока знать ни о чем не знает.
– Но ведь вы можете опровергнуть показания Блейка, – возразил Кит.
– Не думаю, что он сообщит тебе что-то полезное, – покачав головой, задумчиво произнесла Фиона. – Ему есть что терять, если он в самом деле видел убийцу. – Она стала загибать пальцы. – Во-первых, он рискует привлечением к судебной ответственности за сокрытие важных для следствия данных. Во-вторых, он теряет возможность шантажировать убийцу, если тот ему известен. В-третьих, он лишается своих тайных фантазий. В-четвертых, он теряет симпатию общественности, которая уже принесла ему кучу газетных денег и, возможно, принесет еще больше в виде компенсации от Министерства внутренних дел.
– Значит, ты бы оставила его в покое? – спросил Стив.
Фиона наморщила лоб.
– Я не сказала ничего подобного. Но я бы не стала его допрашивать.
Стив улыбнулся.
– С другой стороны, если он будет ехать по Кингс-Кросс со скоростью тридцать одна миля в час, то дорожная полиция может остановить его и поинтересоваться, не пьян ли он…
Изобразив печаль на лице, Кит покачал головой.
– Это будет посягательством на его личную неприкосновенность.
– Ну, если как-нибудь половчее… Когда он вернется, я с него глаз не спущу.
– Чем черт не шутит, – одобрительно кивнула Фиона. – Может быть, он и в самом деле приведет тебя прямо к убийце.
Стив нахмурился.
– Бывало и похуже. Поверь, если Фрэнсис Блейк что-то скрывает, ему от меня никуда не деться.
  
Глава 25
 
Стив переставил телефон и что-то записал в блокнот. Рано утром он разговаривал с офицером из «Гарда», который вел дело об убийстве Джейн Элиас, и теперь ждал ответного звонка. Офицер обещал перезвонить как можно быстрее, однако не преминул заметить, что только в кабинете Элиас сотни писем и тысячи записок. Там уже работала группа следователей, значит, он перезвонил бы, если бы обнаружилось письмо, напоминающее по содержанию письма, полученные Китом, Джорджией и их коллегами.
В сущности, есть письмо или нет, не имеет ни малейшего значения. Джейн Элиас могла его выбросить или сжечь. Никакого письма не было найдено рядом с трупом, и «Гарда» не получила никакого письменного уведомления от убийцы. Связи между автором писем и убийцей Джейн Элиас установить не удалось. Стив мог обрадовать друзей хорошей новостью и жалел, что никто не приберег такую же для него.
Он зевнул и от души потянулся, так что хрустнули кости. В девять часов вечера в Нью-Скотланд-Ярде было еще много народа. Большинство из тех, кто не работает в ночную смену, как отметил Стив с сожалением, смешанным с жалостью к себе, куда ниже его по званию, однако он тотчас напомнил себе, что, вероятно, почти у всех есть семьи. Уже довольно давно Стив поставил на себе крест. Страдая от страстной – без взаимности – любви к Фионе Кэмерон, Стив не смог устроить свою жизнь, как это сделали многие из его приятелей, достигнув тридцати лет.
Ему пришлось сублимироваться в работе, а когда в один прекрасный день он понял, что связывавшей его с Фионой дружбы ему вполне достаточно, его жизнь уже была налажена таким образом, что у него не оставалось ни времени, ни энергии на новые отношения. Но потом он все же призадумался.
 
Многие из друзей, лет двенадцать назад устроившие свою семейную жизнь, опять жили в одиночку. Но почти все вскоре вновь обзаводились семьями. Наверное, и в тридцать восемь не поздно подумать о личной жизни. Не исключено, что и для него настало время сказать «прощай» одиночеству. Если Фрэнсис Блейк действительно решил настаивать на компенсации от Министерства внутренних дел, то он, Стив, вполне может стать высокопоставленным козлом отпущения. Провал злосчастной операции с подсадной уткой все еще не исключал для него скорого и неограниченного отдыха. Ему было известно, если начальство постановит переложить вину на его плечи, то самое меньшее, что ему грозит, это оказаться там, где его умение и навыки никогда не будут востребованы. А когда нет работы, есть много свободного времени. И его надо не убивать, а холить и лелеять.
Хорошо бы найти убийцу Сьюзан Бланчард. Если прелести семейной жизни пока виделись Стиву лишь в мечтах, удовлетворение от хорошо сделанной работы было известно ему в реальности, он испытывал его не единожды и знал, что никогда им не пресытится.
Вздохнув, Стив закрыл папку с делом Фрэнсиса Блейка. За неделю он перечитал ее не меньше дюжины раз, однако у него не возникало ощущения, будто он что-то упустил, и интуиция не подсказывала ему, что делать дальше. Жаль, совет Фионы не совпал с тем, чего ему больше всего хотелось. А хотелось ему усадить загоревшего на отдыхе и высокомерного Блейка на свидетельское место и организовать на него атаку. Все же Фиона права. Для допроса у него лишь одно основание – желание лишить покоя ненавистного ему человека.
Стив вспомнил о Фионе, и его ярость несколько поутихла. Если бы они могли работать вместе, он бы не был теперь в тупике. Эта мысль пробудила воспоминание, и Стив бросился к себе в кабинет. В самом начале расследования Фиона набросала приблизительные черты убийцы и несколько предполагаемых направлений поиска. В наступившем вскоре хаосе Стив забыл о существовании этой бумажки и вспомнил лишь накануне, когда Фиона сама заговорила о ней.
Перебирая документы, Стив напряженно пытался вспомнить, куда засунул нужную бумажку. Пересмотрев все еще раз, он обнаружил ее. В правом верхнем углу папки прочитал написанное черным фломастером: «Предв. ФК», – и радостно улыбнулся. Папка была совсем тоненькой, поэтому он не заметил ее в первый раз. Стив нетерпеливо открыл ее и принялся читать, как всегда, аккуратный отчет Фионы без упоминания имен, ибо она не совсем доверяла университетскому компьютеру.
 Дело SP/35/ФК 
 И жертву, и место преступления можно характеризовать как «объекты низкого риска». Жертвой стала «респектабельная» замужняя женщина, гулявшая в парке со своими сыновьями-близнецами, в кругу которой нет людей с криминальным прошлым или настоящим. Место преступления довольно людное, там постоянно кто-то есть или проходит мимо, и нет ничего такого, на что можно было бы отвлечься от происходящего в непосредственной близости. Преступление было совершено утром недалеко от главной аллеи. Хэмпстед-Хит считается одним из самых безопасных парков в столице, он сравнительно хорошо охраняется полицейскими, и на его территории не совершались какие-либо серьезные преступления, включая куплю-продажу наркотиков. 
 Это означает, что преступник пошел на очевидный риск, совершая убийство, и говорит или о сравнительно высоком уровне его самоуверенности и искушенности, или о дерзком пренебрежении последствиями. 
 При анализе природы преступления становится очевидным, что оно не было совершено под влиянием сиюминутного порыва. Оружие – нож с длинным лезвием – было принесено преступником; нападение имело место на одной из двух легко достижимых, но почти невидимых извне полянок, что говорит о преднамеренности совершенного преступления, особенно если учесть свидетельские показания 1276/98/STP, из которых следует, что преступник явился в парк, имея средство отступления, то есть велосипед. Таким образом, я склоняюсь к мысли, что мы должны искать очень уверенного в себе мужчину.