Война жреца. Том I (СИ)

— В любом случае, мы должны быть в Пите, — сказал я. — Там творится что-то неладное, а опыт подсказывает мне, что Кватт не будет воевать с гонгорцами, а сразу пойдет дальше, на восток. Ведь тут теперь осело большинство магов континента.
С этим спорить было бесполезно. Любой человек с головой на плечах и минимальным пониманием политики Таллерии осознавал, что Кватт предпочтет войну с небольшими восточными государствами длительной и упорной рубке с обширным Гонгорским Королевством. Даже если исключить фактор магиков, война с гонгорским престолом — дело на десяток лет. И еще непонятно, хватит ли у Кватта прямо сейчас сил забороть центральное государство Таллерии.
Пите встретил нас угрюмой столичной зимой. Вообще зима тут, на берегу моря, мне нравилась не слишком сильно. Очень сыро, стылый, с порывами ветер, непонятный мокрый то ли снег, то ли дождь и всеобщая серость. Весной и летом тут было намного приятнее. Неизменными оставались две вещи — гам в доках и рыбная вонь. Вот это в Пите присутствовало круглый год.
Мы сняли небольшой, но уютный дом в среднем городе, на самой окраине. Были мысли вообще поискать квартиру в городе нижнем, но так как нас было теперь трое, то решение это оказалось не слишком здравым. Главная проблема — мытье.
Кстати, о мытье. Путешествовать с магом огня, который знает, что делает, оказалось охренеть как здорово! У нас всегда была теплая вода на обтереться, костер разжигался из любого гнилья или сырых веток, а котелок на суп или чай вскипал моментально. Риса первое время немного смущалась использовать свою магию в таких бытовых целях, но увидев мой искренний восторг — а помучались мы в свое время с сырыми дровами с Лу немало — разошлась во всю мощь. Девушка неплохо владела своими силами, так что умудрялась даже просушивать сырую одежду. Правда, для этого ее приходилось сворачивать комом. Как я понял, Риса просто фокусировалась на центре горы тряпок, формируя базовую часть заклинания огненного шара, то есть поднимала температуру в конкретной точки, но не доводя все до возникновения плазмы. Работа эта была ювелирная, но ведь чему-то же учат в академии семь лет?! Вот, оказалось, именно такому и учат.
Но даже способности Рисы не уберегли бы нас от клопов, сквозящих окон и необходимости плескаться в тазиках, так что было принято решение снять дом. По легенде мы трое — торговые представители из баронства Тиббот, интересуемся поставками из Ламхитана или бартером на металл. Структуру хозяйства Амера я помнил хорошо, не думаю, что за десяток лет что-то серьезно изменилось. И даже если Риса раскроет себя как мага огня, всегда можно сказать, что на работает с металлами барона. Ну а что? Именно маги огня вместе с магами земли активнее всего занимались материаловедением и поиском новых сплавов. Вот только бессистемность подобной работы и привязка к магии делали все их продукты штучными. Если бы этим занимались обычные люди, я уверен, в этом мире уже давно бы появился чугун и упругие сорта стали. Возможно освоили бы выплавку чего-нибудь посерьезней, например, сплавов с хромом или работу с алюминием. Но чего нет, того нет.
Кроме маленькой бани в нашем новом доме был и небольшой задний дворик, огороженный высоким деревянным забором. Отличное место, чтобы проводить тренировки, в том числе и с использованием магии. Там мы наконец-то и начали полноценно гонять Рисанриэль.
— Нет! Нет! Нет! — Риса в очередной раз ушла в верхнюю стойку, и, хоть ей не хватало роста, попыталась пробить мой блок из-за уха, — сколько раз я говорил! Риса! Тебя так похоронят!
Девушка была очень настойчива и даже яростна, но откровенно отказывалась признавать свои слабые стороны в бое на мечах.
Сейчас мы тренировались с полуторными клинками. Для всех было очевидно, что за меч Рисанриэль возьмется только в крайнем случае. Учить девушку работать со щитом было бесполезно — ее просто сомнут и собьют с ног более массивные противники. Так что ее выбор — длинный меч и, по возможности, нижние атаки, которые ей в силу роста было проводить проще, а противнику — тяжелее парировать. Ну, в теории.
 
Девушка отскочила от меня, сдувая с лица мокрую прядь темных волос.
— Но ведь до тебя еще дотянись! — угрюмо ответила Риса и была в этом права.
— Ладно, давай, атакуй еще раз и я покажу, что произойдет, — ответил я, перехватывая поудобнее тренировочный клинок.
Магичка опять вышла в верхнюю стойку и попыталась нанести мне удар в голову под углом сорок пять градусов. Я поймал ее меч на свой клинок, довел до гарды и, практически входя в клинч, жестко ударил корпусом в грудь. Риса от удара повалилась на пятую точку, больно отбив задницу о промерзшую землю.
— Все! Убита! Тебе нельзя подпускать противника так близко! Еще раз! Прощупываешь, парируешь и только потом — удар в ноги или корпус из средней стойки! Давай!
Зазвенела сталь.
Хоть Лу и показала девушке основные стойки, поставила плечи и научила правильно, по-боевому двигаться с мечом в руках, представления Рисы о фехтовании выбить из нее было непросто. Максимум, что видела Рисанриэль — тренировки и сражения на дуэльной площадке Академии. Там молодые волшебники, которые метили в боевых магов, больше рисовались друг перед другом, чем на самом деле практиковались в ратном деле. Реальный бой — это несколько жестких ударов с попыткой сбить противника с ног, а не танец вокруг друг друга. В эстетическом фехтовании можно отработать связки ударов, стойки, прочувствовать собственное тело. Но на самом деле реальный бой на мечах, топорах или копьях — это стремительное лишение жизни своего противника. Если он, конечно, не закован в латы с головы до ног, но таких полных доспехов я тут особо не встречал. В основном бойцы предпочитали легкие нагрудники, наручи и поножи, чтобы оставаться достаточно мобильными в случае, если в тебя полетит огненный шар или ледяная стрела от магика, что скрылся за строем солдат неприятеля.
— Да тебя не пробить! Ты ждешь моих нижних ударов! — взбесилась волшебница, а в ее глазах полыхнул магический огонь.
— Так в этом и суть! Научишься хотя бы не проигрывать мне — одолеешь большинство мечников. Или ты забыла, кто меня учил?
Риса была в курсе, что бою обучали меня гвардейцы короля — элита, по местным меркам. Справиться с этими бойцами даже опытному солдату было непросто, не говоря уже о вчерашнем архивариусе, который всю жизнь провел среди свитков и книг.
Это избиение продолжалось изо дня в день. Иногда мы с Лу менялись, но как справедливо заметила богиня, вряд ли жизнь сведет Рису с кем-то настолько же легким и быстрым в открытом бою. Если ей и придется сражаться, это будут более тяжелые и высокие противники-мужчины.
У нас с богиней начались и собственные тренировки, точнее, эксперименты. Мы наконец-то добрались до фолианта о ментальной магии, но пока прочесть его не удавалось. Я посылал на него потоки магии, касался посохом, пытался найти книгу в бездне — все тщетно. Страницы оставались пусты. Ничего путного не смогла добиться и Лу. В итоге в нашем доме велось сразу два неравных сражения: Риса пыталась побороть меня в бое на мечах, а я пытался побороть проклятую книгу, которую принесла с собой девица. Пока счет и там и там был приблизительно равный.
Вынужденное бездействие давило на нервы, ведь Орвист все это время находился под арестом. Иногда в наш дом заглядывал Ирдис, но каких-то хороших новостей вор не приносил. Единственное, что обнадеживало — подозрительная активность в здании торгового представительства и посольства Ламхитана. Южане отказались жить при дворе, предпочитая отдельное здание с оградой за пределами дворцового комплекса. Все же их ксенофобия никуда не делась, а жить бок о бок с двором и прочими послами было выше их сил. Так что за последние годы они отгрохали себе собственный «уголок южной культуры», где сосредоточили все официальные контакты с престолом. Там велись дела с купцами, там же, в соседнем здании, что стояло на выделенном земельном участке в верхнем городе, находилось и посольство.