Мир для его сиятельства. Пограничник (том 2) (СИ)

Мы возьмём этот долбанный замок. Как есть возьмём. Ибо это вопрос силы. А мы сильнее чем гарнизон Каменной Переправы, причём значительно. Ибо даже Цезарь признал, что маленькие ослики тоже являются частью силы, отнюдь не только легионы.
* * *
Настроение — хуже некуда. И только одна юная рыжая особа пыталась его изменить, носясь туда и сюда с разными идиотическими идеями вроде поймать полевого суслика и зажарить на ужин, или наловить кузнечиков, замариновать и «будет отличная приправа к мясу, особенно копчёному». Ну, мне они казались таковыми, сама же сеньорита, насаясь как на своих двоих, так и верхом, их считала вполне серьёзными и важными. Не выдержав, подъехала:
— Граф, ну пожалуйста! Тут столько зайцев! Ну пусть кто-то из них даст лук — пострелять?!
— Ты умеешь стрелять? — усмехнулся я, не в силах злиться на такое поведение. Дитя-дитём, как тут злиться можно?
— Не положен боевой лук крепостным. — А это под руку прокомментировал Марко. Ехали мы без флага, но он всё равно по привычке держался рядом.
От его слов взяло зло, правда, не на него, а на систему в целом, а потому через силу, но сдержался, гнев усмирил. А ещё я задал вопрос, на который не было ответа, и теперь вопросительно выгнул брови, ожидая оного.
— Да. Мы же из предгорий, — чуть взбледнув и отступив на шаг, произнесла «дитё», впрочем, не опуская раболепно голову. И когда научилась? Почувстовала во мне слабину, вот и выделывается. Но и тут злиться я не мог. — Земля у нас не так родит, как восточнее и севернее. И мы добываем дичь для герцогского стола. И всяких зайцев можем. И сусликов. У нас у всех, кому дают право охотиться, в доме коптильня есть. И дрова сосновые для копчения каждый месяц завозят.
То, что подсознание переводит мне, как «суслик», тут размером с нутрию, и с такими же острыми зубами.
— У нас всяких грызунов много, — пояснила она. — От них полям и виноградникам убыток один. Вот грызунов и разрешают отстреливать, особенно в сезон.
— А ну дай ей лук! — скомандовал я Марко. — Посмотрим, что может наша дочь охотника.
Свой лук я не взял, не чувствуя угрозы. Да и… Если рядом не будет пары десятков опытных воинов, мне лук не поможет. А если будут — мне он нафиг не нужен. Всё же военнач должен работать головой, а не мечом махать. А ещё я стреляю просто ужасно, даже хуже Рикардо, хотя и он стрелял отвратительно.
Марко, под недовольное сопение, свой агрегат протянул. Естественно, мы на расслабоне, лук в данный момент представлял собой просто выгнутую палку с вытянутыми вперёд рекурсивными рогами. У парней, как и у меня, луки были композитными дорогущими. Но и служили они в графской личной сотне — тут надо соответствовать.
Слезли с коней, я напрягся, навалился всем весом и нацепил на рога тетиву. Жёсткий, далеко бьёт, наверное! Но одновременно и тугой очень, не под детскую руку. И хоть лук с собой я не взял, но стрелы на коня были кем-то рачительным и продвинутым предусмотрительно приторочены. Степи, дети приграничья, тут это норма. Вынул из тула противокольчужную, с иглообразным наконечником, протянул ей.
— Давай. Пока просто покажи, как далеко бить будешь. — Махнул в сторону вдаль.
Девчонка очень старалась, но лук оказался слишком тугой. Еле смогла натянуть его до половины. Потом стрелка вырвалась, щёлкнув ей тетивой по пальцам. Девчонка расплакалась, облизывая ушибленный палец:
— Не получается! Кольцо надо. И… Послабже.
— Лук надо попроще, — перевёл Лавр. Все отроки тем временем подъехали, встав кто дальше, кто ближе, наслаждаясь шоу. Я нахмурился, думая, как поступить. Ничего не придумав, честно спросил:
— Парни, где в этих краях СЕЙЧАС можно приобрести нормальный лук под её руку? У нас в посёлке-городе уже есть оружейники?
— Как не быть! — усмехнулся Марко. — Раз есть воины и оружие, быть и оружейникам. Но пока не наши, аквилейские.
— Непорядок! — пробурчал я, но скорее картинно, как леший-дед из мультика про домовёнка Кузю.
 
— Они, граф, того… Кто по лукам — не совсем в посёлке, — подсказал старший отряда Лавр. — Парни баяли, туда перебрался лучник, морда наглая. Там деревня, дома, удобства. Бабы под боком…
— Чего ж не перебраться, деревня-то недалеко! Миль пять если от города, — поддержал один из отроков.
Наша компания, я, парни и девчуля, ехали одни. Наёмники свинтили почти сразу после важного разговора, лишь кратко взглянув и поцокав языками, что это Йорик и братва удумали. Сама же братва осталась у башни, заниматься подготовкой к будущему штурму — некогда им, жаркая пора настала. Нас осталось пятеро, не включая девчонку, но я, почему-то, ничего не боялся, несмотря на то, что места тут сейчас людные, и случайного народа хватает.
— Бабы под боком… Мудро поступил, уважаю умных людей, — весело хмыкнул я и посмотрел на солнце — главный источник впемени в этом мире. Ещё не вечерело, но и давно за полдень. Жара спала, но до ночи далеко — самое время путешествовать.
— А погнали! — залихватски улыбнулся я, почувствовав, что не хочу видеть все эти рожи в поселке нового города. Я общался только с самыми-самыми: прелатом, легатом, принцессой и ключевыми купцами. Ну ещё и с презентованными по знакомству Йориком наёмниками. А там остались бургомистр Аквилеи, с коим даже словом не успел перемолвиться, несколько шишек городского магистрата, а главное, целая толпа купцов из собственно Аквилеи, Картагеники, Мериды, Бетиса и даже из столичной Альмерии. Ну, может и ещё откуда, но я пока это не определил. Всех пригласил сюда по делу — предложить стать инвесторами будущего города, его будущих производств. И видеть сейчас их местами наглые, местами кислые, и непременно жаждущие меня поиметь рожи не хотелось от слова «совсем». Обязательно, но не сегодня. Или попозже, к вечеру, когда напьюсь и о делах говорить не время. А сейчас и правда, погоняю спринт до соседней деревни, посмотрю тутошние СВОИ владения. Через время все окрестные деревеньки либо сольются в пригород нового города, либо исчезнут — хоть глянуть, что мы там потеряем в результате урбанизации.
Да, не прогадал, ехать под вечер с ветерком по широкой степи — одно удовольствие.
Деревенька оказалась так себе. Самая обычная, я таких уже много десятков видел, если не сотен. И как и сотни других в нашем регионе обнесена крепким бревенчатым тыном с башенками за валом и рвом, с крепкими-прекрепкими воротами. Отличия от остальных были внутри — тут, в ближнем конец, у самого тына, стояли в рядок совсем недавно поставленные с десяток разной направленности пыхтящих дымком мастерских. Впритирочку друг к другу, опираясь одной стеной на тын — экономия места.
Лучника нашли быстро, спросили что есть готового на продажу, а Лавр пошёл к соседним домам — спросить насчёт накрыть нам пожрать. За деньги, естественно — я хоть и барин, но не надо крестьян понапрасну разорять. Мы даже не представились, чтобы избежать треволнений старосты и его ходьбы за нами с нытьём и докладом. Есть сильно хотелось, я по сути и не завтракал толком, а таверны в дерене не было. Как и церкви, и иной инфраструктуры.
— Ну, вашмилость! — расшаркался и растёкся юшкой мастер, признав во мне главного в отряде и притом имеющего достаточное для хороших покупок количество денег, но чуть-чуть ошибшись со статусом. — Только под заказ! И ждать неделю. Нету у меня охотничьих! Вот просто нету! Я по боевым, вашмилость. И боевые мои до самой Саррагосы известны. Все хвалят. А кто не хвалит — пусть в рожу мне плюнет! Не стану отвертаться!
— Что ж ты, приехал в новый город, а охотничьего не захватил, — «попенял» я. — Ладно, тут воины, и много. И всем луки нужны. Но тут же и местные есть. А в степи одного чёрта только не водится.
— Местным не нужно, нет права бить зверя, — потеряв страх, просветил меня Марко. Впрочем, он при мне давно уже играл роль «плохого умника», подсказывающего то, за что другие схлопочут. Такого надо при себе держать обязательно. Кто-то для такой цели шутов держит, а я, вот, этого парня. С которым прилюдно друг другу морды били и одну на двоих барышню еб… Приходовали. Которая всё ещё его жена, между прочим. — А от степняков отбиваться — каждый себе сам делает, какой может. Тут дорогие покупные не нужны, из говна и палок делают, лишь бы эффективный. Сломается — новый изготовят.