Плацдарм (СИ)

Еще минут через десять тренер объявил построение и кратко подвел итог занятия. На дилетантский взгляд Саши работа спортсменов выглядела безупречно — сам бы он и близко не смог сделать ничего подобного — но тренер, похоже, был не слишком доволен: каждому досталось на орехи. Наконец, он всех отпустил, заявив, что завтра тренировка начнется на полчаса раньше.
Когда все вышли, тренер уселся за стол, и принялся заполнять какие-то бумаги. Подойдя к нему, Саша поздоровался. Бросив на него недовольный взгляд, тренер продолжил бумажную работу. За его столом, возле стены, в застекленном шкафу стояла целая батарея разнообразных кубков. Саша не сомневался, что эта коллекция в скором времени пополнится.
Наконец, сложив заполненные бумаги, тренер посмотрел на него.
— Ну, и что мне с тобой делать?
Тот недоуменно пожал плечами.
— Видел этих? Они занимаются уже полгода по четыре часа в день. Еще через год я смогу сказать, что чему-то их научил. А теперь мне говорят… — послюнявив пальцы, от открыл папку, взял первый лист сверху, — говорят, что я должен преподать тебе курс рукопашного боя за шесть часов. Понимаешь, что это значит?
— Не очень, — признался Саша.
Видимо, смиренный ответ несколько смягчил тренера.
— Рубашку снимай, — скомандовал он.
Саша послушался.
Тренер подошел ближе.
— Сколько раз подтягиваешься?
— Не знаю, — честно сказал Саша. — В универе раз семь мог подтянуться, но это давно было.
— «Раз семь»… — передразнил тренер. — Ладно, вот что я тебе скажу. Ты легкий, лишнего веса у тебя нет, поэтому твое преимущество в ближнем бою — это подвижность и скорость. О бросках забудь, тренируй резкий удар. Поскольку ты не профессионал, твой единственный шанс — внезапность. Всю силу надо вкладывать в первый удар, потому что второго может не быть. Знаешь, куда надо бить?
— В челюсть? — спросил Саша, вспомнив фильмы про боксеров.
— Твой противник — скорее всего мужчина. Если это не рыцарский поединок, и ничего другого ты не умеешь, бей по яйцам. Иди сюда.
Тренер подвел его к низко висящей груше.
— Для этого удара особой растяжки не нужно, требуется сила и скорость. Попробуй. Туфли только сними.
Саша послушался.
— Бей, — скомандовал тренер.
Саша ударил.
— Сильнее и резче. Будем тренировать два удара: прямой разгибом голени и коленом в пах. Начни со второго, он проще. Давай, начинай.
Тренер уселся за стол и снова углубился в бумаги, изредка бросая взгляды на подопечного. Его указания сводились к двум — «сильнее» и «резче». Эти два слова он повторял время от времени, иногда не поднимая глаз от стола. Наконец, после часа непрерывной работы он остановил Сашу и подозвал его к себе.
— Ударь меня, — приказал тренер.
— Э-э-э… прямо сейчас? — замялся Саша.
— Не мямли. Просто бей. Только смотри мне в глаза.
Саша ударил так быстро, как только мог, но тренер успел поставить блок. Еще удар — снова блок. Так повторилось несколько раз.
— А ведь ты моложе и быстрее меня, — сказал тренер, — Хочешь знать, в чем секрет?
— Хочу.
— Твое лицо. Когда ты решаешь ударить, оно застывает. Опытному человеку этого достаточно, чтобы подготовиться.
— И как это исправить?
— Скрывать свои мысли. Ты должен одновременно вести разговор и выбирать время для удара.
В это раз тренер едва успел поставить блок.
— Примерно так, — одобрил он. — Что ж, может из тебя и выйдет толк…
Сашу предупредили, что на следующий день будет стрельба — сначала в тире, а потом в полевых условиях. Пистолет ТТ был ему неплохо знаком, поэтому Саша о завтрашнем дне не особо беспокоился.
Но вышло по-другому.
Глубокой ночью раздался стук в дверь. Саша открыл — на пороге стояли двое — лейтенант НКВД и профессор Громов собственной персоной.
— Александр Николаевич? — удивился Саша, — что вы здесь делаете?
— И тебе здравствуй, — ответил профессор. — Собирайся, учеба закончена.
Саша быстро оделся и собрал чемодан. На все ушло не больше пяти минут. Громов улаживал формальности, так что снова Саша увидел его уже в машине. Как только они сели, машина тронулась.
 
— Что случилось? — спросил Саша.
— Американцы опередили нас, — ответил Громов, — по разведданным, они готовы на днях запустить установку. Так что планы меняются. Операция со Штирнером начинается сегодня.
Профессор взглянул на часы.
— Ехать нам довольно долго, так что поспи. Вопросы задашь потом.
Саша послушался совета.
  
Глава 17. ИНСТРУКТАЖ ПЕРЕД ОПЕРАЦИЕЙ
 
Саша проснулся оттого, что его тронули за плечо. В первое мгновение он не понимал почему он в машине, и что здесь делает Громов, а потом вспомнил: из-за американцев операцию со Штирнером придется начать раньше срока.
— Приехали, — сказал водитель.
Машина остановилась возле длинного двухэтажного здания. В предрассветных сумерках Саша разглядел надпись над широким крыльцом с бетонным козырьком «Военная академия командно-штурманского состава ВВС Красной Армии». Он сообразил, что они приехали в Монино. У входа их встретил капитан в форме НКВД и провел через контрольно-пропускной пункт. Майор, сопровождавший их от разведшколы, распрощался.
— Сюда, пожалуйста, — распорядился капитан, открывая дверь с надписью «Первый отдел». Он вошли в просторную комнату с портретом Дзержинского на стене и длинным столом с задвинутыми под него стульями. Оставив посетителей одних, капитан вышел.
— Твоя легенда максимально близка к реальности, — не теряя времени, начал Громов, когда они уселись за стол. — Ты аспирант первого года физфака МГУ, тема твоей диссертации ориентировочно звучит так: «Взаимодействие электромагнитных волн различного частотного диапазона с ионосферой Земли». Понял?
— Неплохо, — одобрил Саша, — через ионосферу мы выходим на плазму, так? И по легенде я жду помощи от Штирнера в ее изучении, верно?
Громов, кивнув, взглянул на часы и прислушался — не идет ли кто? В коридоре пока было тихо.
— Вопросы?
Саша представил, как он разговаривает со Штирнером и рассказывает о себе.
— А кто мой научный руководитель? — спросил он.
— Молодец, правильный вопрос, — одобрил профессор. — Видно, чему-то тебя успели научить. Твой руководитель — доцент Кругликов Владимир Сергеевич. Он действительно работает на физфаке, звезд с неба не хватает и поэтому мало кому известен за пределами физфака. В разговорах можешь вскользь заметить, что его научный уровень, на твой взгляд, не очень высок, поэтому тебе и нужна помощь со стороны.
— Ясно. — Саша кивнул. — А он в курсе, что у него появился такой аспирант?
Громов пожал плечами.
— Не знаю. Детали операции мне не докладывают. Не думаю, что ты в ближайшее время увидишься c Кругликовым.
Саше показалось, что профессор хочет еще что-то добавить, но колеблется. Наконец, после короткой паузы он сказал:
— Думаю, тебе надо знать, хотя я не должен этого говорить. Американцы уже запустили прототип, позволяющий передавать в параллельный мир небольшие предметы.
— Потрясающе, — только и мог сказать Саша и тут же сообразил: — Как они установили связь без помощи с той стороны? Это противоречит нашей модели!
Громов пожал плечами.
— Тем хуже для модели. Нам известно, что испытательной камере был предмет. После проведения эксперимента предмета в камере не оказалось.
— И это все? — удивился Саша. — Ну, мало ли что с ним случилось? Почему американцы решили, что им удалось установить связь именно с победившей Германией?
— Потому что был еще один эксперимент. Сначала камера была пустой, а потом в ней оказалась та самая карта, закрашенная коричневым от Европы до Урала.
— А как же расчеты Ильи? Они ошибочны?
— Скорее, область их применения ограничена. Возможно, если речь идет о большом коридоре, через который могут проходить войска, требуются усилия с обеих сторон. Но, если надо передать небольшой предмет, этого не нужно.