Ведьма Агнета

Пассажирка начала материть его, но все же вылезла. Встала на остановке и стала растерянно озираться.
– Куда же мне идти?
– Туда, – махнул куда-то в сторону водитель.
– Я заплатила.
– На твои двадцать рублей, которые были сверх, и иди пешком, – сунул ей в руку мелочь мужчина.
Я зашла к Марине в магазин за хлебом. Немного поболтали с ней. Она мне рассказала, что к батюшке какая-то девица приехала, и он с ней живет теперь. Посмеялась и вышла на улицу. Мадам стояла на остановке и кому-то пыталась дозвониться, громко матерясь на всю улицу. Прошла мимо нее.
– Эй-эй ты, как тебя там, – услышала я позади голос.
Прибавила шаг.
– Слушай, у меня сумка тяжелая, я не дойду пятнадцать километров. Давай я у тебя переночую, а завтра мой за мной приедет и заберет меня, – бежала она за мной следом и кричала.
– Почему он сейчас за тобой не приедет? – остановилась я и развернулась к ней лицом.
– Потому что он пьяный, лыка не вяжет, – она ругнулась матом.
– Нет, – ответила я и пошла домой дальше.
– Почему? – удивилась она.
– Потому.
– Слушай, у меня же деньги есть, я заплачу. Пусти хоть в сараюшку, – она чуть не плакала.
Женщина полезла куда-то в закрома своих штанов. Вытащила дорогой кожаный кошелек, который совсем не вязался с ее внешним видом. Порылась там и вытащила пятисотку.
– Вот, – она протянула их мне.
– Нет, – мотнула я головой.
– Мало, что ли? – она смотрела на меня с испугом, в глазах стояли слезы.
– Нет, – опять я ей отказала.
– Ну, давай я что-нибудь сделаю, сготовлю, я готовлю вкусно, или в огороде грядки вскопаю. Ну, и деньги, – она тряхнула купюрой.
Мне стало ее жалко, почему-то вспомнила, как я по деревне металась, и никому до меня не было дела.
– Хорошо, – мы дошли до моего дома.
Она сунула мне в карман ветровки деньги, поставила свой баул на лавочку около дома, достала из него пол-литровую бутылку пива.
– Вот и ладненько, – подмигнула она мне и профессиональным ударом открыла крышку поллитровки.
– Будешь пить, оставайся здесь. У меня дома не пьют, – повернулась я к ней.
– Да ладно тебе. Обиделась, что ли? Так у меня еще есть, я тебя сейчас угощу, – поставила она бутылку на лавку и стала рыться в сумке.
– Ты меня не поняла? Оставайся здесь, – повернулась я и стала открывать калитку.
– Так куда же я его дену, оно же открытое? – возмутилась мадам.
– Вылей вон под тем деревом, – кивнула я на одинокое дерево на пустыре рядом с заброшкой напротив моего дома. – Скажи – в дар богам, на благо моего выздоровления.
– Ты чего, ку-ку? – она посмотрела на меня как на умалишенную. – Ладно, ладно, как скажешь. Что-то мне не хочется ночевать на улице.
Она взяла бутылку и пошла к дереву. Перевернула ее и стала выливать содержимое под деревом.
– В дар богам, на благо моего выздоровления, – крикнула она и засмеялась.
Откуда-то появился Волк и стал жадно лакать пиво, выливающееся из бутылки.
– Ты это видишь? Собака пьет мое пиво. Конечно, стоит-то оно сотня за пол-литра, еще бы от него отказываться, немецкое.
Она все вылила и смотрела на Волка, а он смотрел на нее.
– Какая собачка хорошая, давай я тебе курник дам. Я такие курники напекла.
Мадам кинулась к баулу, а Волк остался сидеть на месте. Она принесла ему выпечку. Он аккуратно взял ее из рук и принялся есть.
– Какой ты хороший, – она стала его гладить, когда он все дожевал. Наклонилась к нему, а он сначала уткнулся в ее плечо, а затем высунул язык и зацепил несколько жирных мух у ее лица. С хрустом и аппетитом принялся их жевать.
– Ой, он лизнул меня, лизнул, – засмеялась женщина.
По забору бегал Проша и громко возмущался несправедливостью этого мира. Конечно, там столько вкусного досталось волку, а он, бедный и несчастный маленький котик, совсем голодный.
Женщина встала, отряхнулась и пошла к своему баулу.
– Меня Ира зовут, – представилась она.
– Агнета. Идем, я тебя в твои пенаты провожу.
Она шла за мной и все восхищалась собакой. Определила ее в летнюю кухню. Вторая пятница подряд и у меня снова незваные гости.
   
Переменчивое настроение
 
Проводила Иру в летнюю кухню, показала ей, где лежит постельное белье, стоит посуда, находится душевая в бане и туалет на участке. Сказала, что продукты может убрать в старенький холодильник, только пусть включит его. Предупредила, что я его не мыла, если ей надо, то пусть помоет. Она села на диван, погладила его руками.
– Хорошо здесь, тихо. Может, чай попьем? У меня курники есть, я их сегодня пекла, варенье с собой привезла, – заглянула она мне в глаза.
– Чай попьем, если хочешь, ешь курники, а я от печеного воздержусь, – ответила я. Честно говоря, ее вид не располагал к аппетиту.
– Может, через час захочешь? Я пока просто воды попью, сушняк гложет. В порядок себя приведу, а то воняет от меня, как от мыши потной, – выдала она.
– Давай через час в беседке чай попьем, – согласилась я и пошла в дом.
Переоделась с дороги и отправилась в душ, сегодня было жарко. С ужином решила не заморачиваться: омлет и бутерброды с сыром. Все же есть преимущество в маленькой семье, не нужно придумывать и готовить первое, второе и компот. Поставила чайник и вышла на улицу. Ира уже спешила в беседку, неся свои курники, варенье и конфеты к столу. Она сняла свою дурацкую кофту, смыла размазанный макияж и поменяла майку на чистую.
– После душа человеком себя почувствовала, – просияла она, раскладывая снедь на столе.
Ее «мухи» летали на некотором расстоянии от головы и от лица, но все равно вызывали у меня неприятные ощущения в желудке. С той стороны, где Иру лизнул Волк, их не было. Проша ходил за ней по пятам. Я принесла сковородку с омлетом, хлеб, сыр и салат с солеными огурцами. Катюшка притащила тарелки и вилки.
– Ой, у тебя дочь есть? Красивая какая, вся в маму. А муж где? – поинтересовалась Ирина.
– На работе, – пожала я плечами.
– А я своего выгнала, или он сам ушел, я так и не поняла, – ответила она, усаживаясь на лавку в беседке. Позади нее на спинке устроился Проша. Он сосредоточенно ловил «мух» лапкой и отправлял их в розовую пасть.
– Какой у тебя котик хороший, большой, правда, необычный. Что за порода? – она попыталась почесать его за ушком, но он увернулся.
– Мейн-кун, – ответила я, раскладывая омлет по тарелкам. Гостья от него не отказалась.
– Вы курнички-то ешьте, – придвинула она пакет с выпечкой поближе к нам.
Катюшка мотнула головой, я поблагодарила Ирину и отказалась. Дочь я приучила не есть чужую еду. Мужа, кстати, тоже этому учила, не есть и не пить у людей, которых плохо знаешь и в которых не уверен.
– Я холодильник помыла. Сейчас поужинаем, и я летнюю кухню тоже помою. Там вроде чисто, но мне хочется для себя чистоту навести. Может, в огороде чем помочь? Пока светло, можно и там покопаться, – предложила она свою помощь.
– Не нужно. Сама завтра грядками займусь, – ответила я, дожевывая салат с огурцами. – А ты к кому приехала? – поинтересовалась я.
– Ты его не знаешь. Его Женя зовут, у него есть козы, две собаки и два кота. Дом большой, правда, не-ухоженный, там ремонт надо делать. Вот приехала мерить стены, потом в городе обои куплю и привезу. Жаль, что сейчас на автобусе ездить приходится. Права отобрали за пьянку.
– Ты его спасать приехала, что ли? – поинтересовалась я.
– Нет, он хороший, вот только работу найти не может, деревня же, и жена поэтому от него ушла.
– На что же он живет?
– Мама-пенсионерка денег подкидывает, я вот привозила продукты и курево ему. Жена иногда бывшая заходит, что остается от обеда, заносит, ну и сын взрослый иногда помогает, – в голосе слышны были нотки оправдания.
– Как хорошо мужик устроился, молодец! – воскликнула я. – У нас тут ферма есть, работники требуются постоянно. Так что не хочет твой крендель работать, вот и все. А мужа чего выгнала?