Ведьма Агнета
Змейка надулась, как воздушный шарик, да вылетела из бани. Тут-то ее Проша и словил да схрумкал.
– Ох, Проша, ешь ты всякую гадость, я же на нее чего только не наговорила. Смотри, не заболей, – покачала головой, смотря, как кот дожевывает змеюку.
На болезного гражданина водой побрызгала, не стала на него много лить, а то скопытится у меня еще в бане, а мне потом как ей пользоваться. Задышал ровно, глазки открыл, смотрит на меня удивленно.
– Где я? – спрашивает.
– В преисподней. Вставай давай потихонечку, а то ишь тут развалился, муди раскидал по полу. Кто же с похмелья-то парится, это вот надо до такого додуматься, – бурдела я, приподнимая его тушку.
– Агнета, вы же весь жар выпустили, дверь открыли, – сказал он мне укоризненно.
– Хорошо, что ты дух не испустил с таким жаром и дымом, – покачала головой, помогая ему подняться.
Сунула ему полотенце, чтобы прикрылся, да вывела в предбанник.
– Сиди тут, сейчас я тебе чаю сладкого принесу.
Сбегала домой, налила чай травяной в самую большую кружку, добавила пару ложек сахара. Захожу, сидит на диванчике, полотенцем обернулся, смотрит на меня.
– Агнета, я, когда там на полу лежал, видел всякое.
– Что видел? – спросила я.
– Что меня змей огромный сожрать хочет. А потом пришла женщина в черно-белой одежде и била его какой-то странной штукой. Змей вылетел, а его какое-то страшное существо сожрало, – и смотрит так на меня внимательно.
– Как это понять – черно-белые одежды?
– Ну, она поворачивается, то у нее одежда черная, а то повернется – белая.
– Странно это все, от жары и от дыма, наверно, привиделось. Ты бы, Константин Петрович, после деревенских каникул к врачу сходил бы, сердце и печень проверил. Не шутят с этим. Ну, и с алкоголем завязывай давай.
Он отпил немного чая.
– Вкусный он у вас, с травками, – зажмурился.
– Постельное белье принести? – спросила я.
– Постельное надо, и книгу мне какую-нибудь можно почитать? – попросил он.
– Одевайся и в дом заходи, все выдам, – скомандовала я.
Зашла в дом, достала из шкафа в дальней комнате белье да подушку с одеялом. Вынесла в кухню и положила на табуретку.
– Мам, там тебе дядя Сережа звонил и еще какой-то Виталик, я не стала трубку брать, – вышла Катюшка из комнаты.
– Хорошо, – сказала я и отправилась искать свой телефон.
Пишу одному и другому в Вайбере: «Что хотел?». Тут же звонок от мужа.
– Привет, Агнета. Что делаешь? Как дела? Как настроение? Сказала, через три часа свободна будешь, вот звоню, – голос весьма бодрый.
– Привет. Козий сыр делаю. Настроение отличное. Я вещи оставшиеся хотела забрать, а то ходят в квартиру всякие, потом придется зимнее нам с Катюшкой покупать.
– Агнета, да ладно тебе, поиграла в домик в деревне и хватит, возвращайся. Я вот вернулся, и ты приезжай. Хочешь, я за вами приеду? – спросил Сергей.
– Сережа, мне тут хорошо, я тут дома. У меня тут и курочки, и козочки, и кот вот появился, и Маруське тут больше нравится, чем в городской квартире. Катюшка уже обустроилась. Да и стыдно мне мешать тебе личную жизнь налаживать. Я же мешаю тебе пить да гулять.
– Променяла меня на коз с курами, – засмеялся Сергей. – Давай я к тебе приеду, поговорим, все обсудим. Только я, наверно, завтра не смогу, что-то тяжело я стал отходить от пьянок. Сердечко барахлит, и температура подскочила.
– Чаю себе завари, попей, легче станет, – ответила я, жалко мне его горемычного. – Ключи-то нашел?
– Нашел, в коридоре на полу валялись. Виталик ничего тебе не говорил? – в голосе послышалось напряжение.
– Говорил, какая я классная и что в жены бы меня взял хоть завтра, – смеясь, ответила я.
– Вот козлина, а еще друг называется, – усмехнулся Сергей.
– Агнета, а где можно книгу взять? – услышала я голос Константина из коридора.
– Сейчас, – ответила я в трубку и господину алкоголику.
– У тебя там мужик, что ли? – спросил муж.
– Сосед зашел за книгой, – прошла я в зал и знаком поманила Константина.
Показала ему на книжный шкаф, жестом объяснив, чтобы он брал все, что нравится. В зале стояли приключенческие книги и многотомники классических авторов. Вся литература, не предназначенная для чужих глаз находилась в кабинете.
– Ты это, прости меня, не обижайся, – опять завел пластинку Сергей. – Ой, мне кто-то звонит, попозже поговорим. Хорошо?
– Ага, до связи, – ответила я и отключилась.
Константин взял что-то из «Капитана Блада», захватил белье и пожелал спокойной ночи. Я ответила тем же и закрыла дверь за ним. Маруська грустно на меня смотрела.
– Что, собачка, соскучилась по хозяину?
Она тяжело вздохнула и отвернулась.
Порча
Потрепала псинку за ушком. С Прошей они общий язык нашли, могли на полу вместе, свернувшись в единый комок, спать. С едой тоже разобрались, не отбирали друг у друга.
– Мам, а что ты с дядей Сережей совсем не разругаешься? Что он все тебе названивает? – спросила Катюшка.
– Есть несколько причин не делать этого. Во-первых, мы с ним прожили десять с лишним лет, и он всегда относился к тебе и ко мне хорошо, до последних событий. Во-вторых, в квартире остались наши с тобой вещи, картины, вышивки, книги. Если я с ним разругаюсь, то, как ты думаешь, что он может с ними сделать? Живем с одним человеком, а уходим совершенно от другого. Ну и, в-третьих, вдруг в будущем он мне понадобится, – закончила я свою речь.
– Ну да, если он выбросит наш с тобой зимний гардероб, то придется довольно крупную сумму отдавать за одежду и обувь, – задумалась дочь.
– И я о том же. Согласись, не такой уж он и плохой человек, если бы не особенности его организма, с которыми я больше не могу и не хочу мириться.
– Мамуль, я тебя поняла, – чмокнула меня Катюшка в щечку, и пошла дальше рисовать своих анимешных героев.
Запиликал телефон, кто-то усиленно забрасывал меня сообщениями. Пара сообщений была от Виталика, извинялся, что не приехал в гости, как обещал. Он случайно выпил шампанское и вино, а потом отполировал все это с соседом самогонкой. Посмеялась над его «случайно», этого и следовало ожидать. Пожелала ему скорейшего выздоровления.
Семь сообщений пришло с незнакомого номера. Гражданка мужа забрасывала меня гневными словами, требовала, чтобы я оставила его в покое, забыла о нем и занялась уже своей личной жизнью, а то она за себя не ручается. Она писала и писала, телефон не успевал принимать ее сообщения. Ответила ей, чтобы она забирала мужа, если, конечно, он к ней пойдет, а затем отключила аппарат. Не готова я принимать этот бред на ночь глядя.
Доделала все дела и улеглась спать. Половину ночи снилась какая-то женщина, которая долбилась в стену. Вот как панночка в «Вие» со всего разлета об стену ударялась, так и та дама в моем сне. Платье у нее длинное кремовое, волосы средней длины черные, худая. Смот-рю на нее и думаю, больно, наверно, так долбиться, стена каменная прочная, не пробьешь, а она все ее пробить пытается всем своим телом.
Утром на улице солнышко, птички поют. Так салатика сырного захотелось, аж слюна потекла при мысли о нем. Все продукты в доме есть, только майонеза не хватает. Поставила яйца вариться, три на салат, а четыре на завтрак. Вода сразу как-то сразу мутной стала, хотя я их помыла. Ну, мало ли, может, реакция какая с водой. Ушла утренние процедуры проводить. Вернулась, вода кипит, а все яйца сверху плавают, как будто они пустые.
Сунула их под ледяную воду, немного остудила и принялась чистить. В них не было желтка, притом во всех. Его словно кто-то вытянул – белок был, а вот на месте желтка пустота. Меня аж передернуло, собрала все почищенные яйца, три штуки отдала Проше, три Волку, а одно оставила. Значит, салат буду делать без яиц.
Зашла к курочкам, поменяла им водичку, насыпала дробленки, собрала снесенные за ночь яйца. Открыла им дверь, пусть погуляют. Пошла к козам, там все, как всегда. Подоила и с ведром в дом отправилась. Принесла молоко, а оно у меня на глазах свернулось и затухло. На поверхности начала образовываться плесень. Подхватилась и понеслась с этим добром на улицу.