Ведьма Агнета
Проша ходил за мной и по углам что-то лапкой собирал и с громким хрустом лопал. Решила посмотреть, что же у него там такое. Первым был небольшой паучок с головой, похожей на человеческую. Это существо пыталось убежать, быстро перебирая лапками и что-то вереща, но кот его поймал и схрумкал. Второе было похоже на черно-фиолетовую ящерицу с мышиным хвостом. Остальные находки кота не разглядывала. Видно, осели в доме после приходящих постояльцев, притаились и ждали подходящего момента. Дымом их выкурила, а Проша подъел всех, надеюсь, что всех.
Открыла все окна, пустила свежий воздух. Каждый сезон пахнет по-особенному, даже ранняя весна отличается своим ароматом от апрельской весны. В комнаты ворвался запах талой воды, земли, прелых листьев и свежести. В кухню продефилировала первая муха, которая была благополучно поймана Прошей. Скоро и комары с мошкой появятся.
На готовку не было сил, поэтому просто смешала творог, яйца, манку с сахаром, добавила замороженной смородины и отправила все это в духовку. На ужин будет запеканка.
Отправилась к козам, девочки мои сосредоточенно подъедали пробивающуюся травку на огороде. Увидели меня с ведром и нехотя пошли на дойку. Такие смешные, характер, кстати, у них покладистый. Я-то всегда думала, что козы хулиганки и драчуньи, а тут мне, видно, повезло, три раза сплюну, чтобы не сглазить.
Постояльца что-то моего видно не было, может, уработался и уснул. На обратном пути с молоком завернула к нему. Он сосредоточенно домывал баню, о как его на труд физический пробило.
– Грязно у вас, не могу в грязи жить, да и баньку хотел затопить, если вы не против. Давно в бане не парился. Когда молодой был, все мечтал дом свой иметь, чтобы там баня была, огород, виноградник, чтобы вино свое ставить, коньяк делать. Коттедж построили по Машиному проекту, баня для нее – фу, виноградник – тебе что, делать нечего. Так и махнул на это все рукой. Засеяли все газоном, посадила она розы, да беседку с мангалом поставила, – он тяжело вздохнул.
– Ну, теперь в бане, благодаря вам, чисто. Дрова в дровянике, там же, кажется, и топор есть. Если что, наколите сколько надо. Прежде в бак воды не забудьте налить. Через полчаса запеканка творожная будет готова, если хотите, могу суп для вас погреть или обедешную картошку.
– Я вчерашнее не ем, и то, что в обед сегодня ел, тоже не ем. А от молока сейчас не откажусь, – заглянул он ко мне в ведро.
– Суп не вчерашний, а позавчерашний, погрею, будет сегодняшним, – налила ему в стакан молока.
– Нет, спасибо, обойдусь запеканкой, – отказался он от такого заманчивого предложения. – Вкусное какое молоко. Коровье? – отпил он немного из стакана.
– Козье, – усмехнулась я.
Он одобрительно кивнул и допил оставшееся молоко. Я ушла колдовать на кухню, а он остался в бане муд-рить с печкой. Остатки утрешнего и свежее вечернее молоко отправила на сыр. Дочь в своей новой комнате расположилась прямо на полу и что-то там рисовала, периодически заглядывая в ноутбук.
– Мам, я тут переночую?
– На чем? Кровати-то нет, кресло тебе, может, раскладное сюда притащить?
– Не хочу на кресле, оно пахнет неприятно. Может, на полу? Буду спать, как буддийские монахи, на коврике, – она улеглась на голый пол, изображая, как будет тут спать.
– Давай диван из кабинета сюда затолкаем, тогда я буду ночевать в зале, – предложила я.
– Ладно, не надо, что мы его туда-сюда тягать будем. Пару-тройку ночей-то я и в зале посплю.
Вот озадачила меня Катюшка с кроватью, это же за новой мебелью надо в город ехать.
Согрелся чайник, поспела запеканка. На ужин явился постоялец.
– Воды в бак залил, печь растопил, через час-два баня будет готова, – отрапортовал Константин. Первый раз за весь день он улыбался, явно был доволен собой.
– Молодец, садись, чай сейчас пить будем с творожником, – в ответ улыбнулась я.
На стол поставила в пиалушке сливок, варенья яблочного и домашней сгущенки, выбирай, что хочешь, или ешь так. Положила всем по кусочку запеканки в тарелки, налила чай, уселись ужинать.
– Ой, вкусно-то как. В детском саду всегда запеканку любил, хоть она и кисловатая у них была. А тут и сладкая в меру, и с легкой кислинкой, и с ароматом смородины. Чудесная вещь, – произнес Константин, облизывая ложку.
– Ну, хоть в чем-то угодила, – улыбнулась я.
– Вот только кот ваш как-то на меня смотрит странно, – кивнул он на кота, который забрался на стул и внимательно следил за каждым движением гостя.
Проследила за его взглядом, и мурашки поскакали по всему телу, начиная от затылка, и закончили свой ход где-то в районе пяток. Вокруг шеи гражданина обвилась маленькая черно-зеленая змейка, ее хвост уходил куда-то в тело. Периодически она поднимала свою головку и шипела в сторону Проши. Я протянула руку к ней, и она попыталась меня ужалить. Константин испуганно отшатнулся от моей руки. Со стороны это выглядело весьма странно, кроме меня и Проши эту дрянь никто не видел.
– Мошка около вас летает, – пояснила я.
– Ну да, весна на дворе, просыпаются разные насекомые, – кивнул он, уплетая второй кусок запеканки.
Сложно было отвести свой взгляд от змейки, а она заметила, что зрителей у нее больше стало, и продолжила уже шипеть и в мою сторону.
– Константин, как вы себя чувствуете?
– После вчерашнего? Если сравнивать с тем, что раньше у меня было, то просто замечательно. Ну а в молодости бывало и лучше, – отпил он чаю.
Встал, помыл руки и ополоснул за собой тарелку с чашкой.
– Пойду баню проверю. Вы мне полотенце не дадите какое-нибудь? – спросил он. Выглядел товарищ весьма бодро.
– Да-да, сейчас, – выдернула полотенце из стопки, предназначенной для постояльцев.
Он ушел, а я была просто в растерянности от увиденного.
– Проша, это же что-то нехорошее? Да? – спросила я кота.
Он одобрительно мявкнул. Решила не полагаться на мнение кота и посмотреть на картах. Таро подтвердили мои опасения, тут и угроза здоровью имеется, и смертельная болезнь, и крушение всех планов. Вот как бывает у человека: и бес сидит, и сущность какая-то, а может, и порчу кто навесил, товарищ-то с изюминкой запашистой. Спросила у карт, могу ли я это снять; дали добро, надо, чтобы и сам Константин этого захотел. И самой решить, надо мне это или нет.
Вдруг у меня галлюцинации начались – от полынного ли дыма или опухоль какая в мозгу образовалась и мне просто это мерещится.
Попарился в баньке
Долго думала – убирать эту гадость у него с шеи или нет. Безумство и отвага – это не ко мне, только в состоянии отчаяния могу сделать необдуманный шаг. Посмотрела, почитала тетрадки, ни к чему душа не лежит, все не то. Да и много записей, разбираться надо с каждой.
Время идет, а Константин Петрович из бани не выходит, может, сразу к себе на летнюю кухню прошел, да спать улегся. Но после банных процедур всегда пить хочется, а он такой привереда, воду из-под крана пить не будет, чай запросит. Да и спать ложиться на не застеленный диван мало приятного, не пьяный, чать. Беспокоиться начала да и потопала болезного проверять.
Захожу в предбанник, а там дым из-под двери пробивается. Открываю парилку, а там все в дыму. Это чудилко веник старый можжевеловый решил подсушить и положил его на печку. Видно, он его сначала замочил, а потом решил ароматным паром подышать и разложил его не на горячих камнях, а на печной железке. Поплохело ему от жары, да и не заметил, как отключился. Потрогала его, вроде живой, дышит.
Рядом эта гадость ползает и его во все места кусает, видно, не нравится ей можжевеловый дым, если от него отлипла. Так я по ней этим дымным веником давай настукивать.
– Ах ты дрянь такая, иди, откуда пришла, за моря да за океаны, в гнилые топи, да непроходимые места, где нога человеческая не ступает. Да что бы тебе там сгинуть во веки веков, да лопнуть от твоей жадности, да забрать с собой всю гадость, что ты Константину, рабу божьему, причинила. Знать тебя не знаю, ведать не ведую, в огне тебе гореть, земле тебя предать, водой тебя смыть, да в дыму тебя уморить. А ну, пошла, окаянная, из моего дома и с моего двора. Да будет так, все, что я сказала, все сбудется, ключ, замок, язык, да будет так.