Путь наемника (СИ)
Совесть принца, до этого твердившая, что он и сам мог бы взять шефство, тут же успокоилась, хоть и продолжила тихо ворчать на задворках души. Сам Ник был с ней отнюдь не согласен. Впрочем, с совестью редко бывает по-другому. Она для того и нужна, чтобы подавать голос, когда зачерствевший хозяин свернул с пути добродетели.
На третий день, как и обещал Малем, к наемникам присоединились маги.
Вопреки обыкновению, отряд остановился не ближе к заходу солнца, а когда небесное светило успело преодолеть чуть больше половины своего ежедневного прогулочного маршрута. Соколы, до этого двигавшиеся на север, как раз добрались до развилки, где одна часть дороги начинала забирать западнее, к центральным королевствам, а другая — в противоположную сторону, где вдали, за горизонтом, скрывались волшебные леса Эльфхейма.
Сержанты, проехавшись вдоль фургонов, скомандовали ставить лагерь и, гусеница каравана, свернув с дороги, начала закольцовываться, принимая привычную форму ночной стоянки. Детей тут же отправили в ближайший лесок за хворостом, женщины принялись готовить еду, а мужчины возводить шатры и ставить палатки.
— Не забудь расчесать Вердикту гриву. — напомнил Никаниэль слуге, отдавая ему поводья. — И, Золан, не смей давать ему сухарей, пока не попасется!
— Как скажете, господин штрейс! — бодро отозвался мальчишка, с восторгом глядя на Ника. В его больших карих глазах, выглядывающих из-под вихрастого чуба, явственно читалась мечта тоже получить должность офицера раньше, чем проклюнется первая борода.
— Чего прикажете, господин штрейс? — передразнивая, спросил Малем, когда Золан увел коня к другим лошадям, пасущимся на лужке возле леса. — Водички? Стульчик? Опахало? Может отполировать ваш меч?
— Себе отполируй. — устало отмахнулся Никаниэль, а стоявший неподалеку Ангс прыснул в кулак. — Я говорил ему не называть меня «господин», но его так отец приучил, и теперь хоть ты тресни!
С восточного ответвления дороги послышалось лошадиное ржание и вскоре из-за поворота выехали три кареты. Вроде той, в которой ехал Варден Мейсис, но украшенные побогаче и с личным гербом на каждой. Первая была выкрашена в ослепительно-белый цвет, вторая в черный, третьей же достался оттенок только что пролитой крови.
Все это великолепие наверняка смотрелось бы весьма и весьма внушительно, если бы не толстый слой дорожной пыли, налипший за время пути по самые окна. Неужели господа маги не смогли придумать способ от нее избавиться?
А сомнения в том, что это именно они, развеялись, стоило дверцам открыться и выпустить на свет трех людей, одетых в причудливые мантии с множеством ремешков и кармашков. Причем цвет одеяний совпадал с цветом кареты владельца.
Не говоря ни слова и не обращая внимания на множество любопытных взглядов, маги прошествовали к шатру Мейсиса, безошибочно определив его по развевающемуся на ветру флагу. Разве что ковровую дорожку не постелили. Если бы из источаемого ими пафоса можно было печь хлеб, то Соколом пришлось бы срочно завести еще парочку телег под продовольствие. Хотя, Нику показалось, что некто в красной мантии так и норовил сорваться с чинного шага на бег и преодолеть последние метры вприпрыжку.
— Пойдем, подслушаем! — шепнул принцу на ухо Малеммил. В его широко распахнутых глазах пылал огонь восхищения и щенячьего восторга.
— Малем, тебе тридцать лет, что ли? — не поддержал энтузиазма друга Никаниэль. — Какое «подслушаем», дитятко, окстись. Ты еще предложи клад в лесу поискать.
Однако, влюбленный в магию эльф, не дослушав глас разума, махнул рукой и, завернув крюк побольше, помчался к ставке капитана.
Пропустив обед и едва не опоздав к ужину, вернулся Малеммил лишь когда начало смеркаться, а Ник уже всерьез подумывал отправиться спасать друга. Не иначе его поймали и заподозрили в шпионаже.
— Пойдем. — настойчиво зашептал Малем, потянув принца за локоть.
— Отстань. — отмахнулся Никаниэль. — Смотри, Тавр уже зелень в рагу крошит, скоро готово будет.
— Пойдем, говорю, дурной! Они сейчас тренироваться будут.
— Кто «они»? — не понял Ник.
— Да маги же, поцелуй тебя кфхан! — раздраженно прошипел Малеммил, заплевав другу половину лица.
Никаниэль уже и думать забыл о человеческих магах, посвятив выдавшееся свободное время тренировке с мечом а затем и медитации. Меж тем, глянуть на людскую магию было, как минимум интересно, а как максимум — полезно. В конце концов, нужно знать возможности потенциального противника.
Так утешал, вернее убеждал себя Ник, лавируя среди деревьев и стараясь не упустить спину Малема из виду. Маги забрались довольно глубоко в лес как раз, скорей всего, чтобы им никто не мешал, а может и чтобы никому не навредить. Кто знает, на что они способны. Хотя, судя по первому впечатлению, не похоже, что их заботят жизни просто плебса.
Треск молний и запах горелого Никаниэль услышал до установления прямого зрительно контакта. Замедлившись, друзья стали пробираться осторожнее и вскоре оказались на краю обширной поляны, в центре которой возвышался здоровенный валун, похожий на торчащий из земли окаменелый палец древнего гиганта.
Именно его и выбрали мишенью облаченные в мантии фигуры, посылая в цель заклинание за заклинанием. В руках маги держали увесистые фолианты, со страниц которых на распев зачитывали магические слова и фразы, разобрать которые не удавалось из-за грохота взрывов.
Ветвистые молнии, шары огня, куски земли, едва видимые глазу воздушные вихри — все это раз за разом врезалось в ничем не повинный булыжник. Казалось бы тот должен был давно уже рассыпаться, но держался не хуже зачарованного дварфами мифрила.
Да и маг в белом не особо усердствовал. За все время, что Ник следил за тренировкой, тот не запустил по мишени даже вшивого плевочка, хотя тоже усердно листал страницы и бубнил что-то себе под нос.
Кфхан разбери это человеческое колдовство.
Зачем они вообще говорят что-либо вслух, когда есть специальные магические узоры, которые и нужно напитывать взятой из пространства силой? Никаниэль неожиданно вспомнил, что люди не умеют черпать ману из воздуха. Так как же они тогда запустили уже столько заклинаний?!
Словно услышав его мысли, маги захлопнули книжки и устало опустили руки. Они выглядели так, будто весь день таскали на себе огромный рюкзак с камнями. Ник прекрасно знал это чувство. И его плечи тоже.
— Вот это да… — завороженно прошептал Малеммил, разглядывая отдыхающих чародеев. — Эти трое явно сильнее всех, что я когда-либо видел. Вот бы и мне так…
— Ну так иди и попросись в ученики. — без всякой задней мысли предложил принц.
— А что толку? — обреченно вздохнул Малем. В этот момент он был совершенно не похож на самого себя. Обычно такой решительный, смелый, уверенный в себе, он выглядел как попавший под дождь щенок, которого забыли пустить в дом. — Я же эльф. Людская магия, она… Эй, ты куда?
Ником двигало сразу несколько мотивов, но в первую очередь он хотел хоть как-то помочь другу. Пусть у того и не было таланта к магии, но принцу казалось, что если Малему дадут хотя бы на мгновение прикоснуться к колдовскому таинству, то это уже заметно поднимет ему боевой дух. Помнится Малеммил говорил, что мечтает увидеть магическую академию, потрогать ручку ее двери… Так какого кфхана?
Ну и в целом не мешало бы познакомиться с могущественными соратниками. Офицер он или погулять вышел?
Поэтому Никаниэль решительно выскочил на поляну, поднял руку в дружелюбном приветствии и, натянув на лицо лучшую из своих улыбок, произнес:
— Добрый вечер, уважаемые, а вы не обучите нас магии?
Глава 41
Конечно, Никаниэль не рассчитывал, что чародеи тут же радостно распахнут свои объятия и примут их в долгожданные ученики, но и столь пренебрежительной реакции он тоже не ожидал.
Маг в белом, не удостоив Ника и взглядом, молча направился в сторону лагеря. Обладатель же черной мантии и вовсе посмотрел на принца, словно на содержимое деревенского сортира, кишащее червями и личинками навозных мух. Эльфу даже невольно захотелось отряхнуться и привести себя в порядок.