Ник и другие я (СИ)

Ворон сглотнул и прогнал воспоминания Парры чуть глубже. Продышался, приводя себя в порядок. Расслабился. И вновь погрузился в воспоминания, бережно сохраняя в своей памяти образ Ви. Просто так. Потому что красивая. Потому что сильная – столько лет после инициации в хомофила выдержать и не сорваться, пить кормильцев не убивая при этом.
…Кем приходится Сэм, так впечатлившая сразу двух лордов, миссис Росси-младшей? 
– Твою же мать… 
– Запах одинаковый… 
Эпизод с душеедкой – это неожиданно. И еще большей неожиданностью оказались последние воспоминания:
…судя по всему, ты столкнулся с сестрой Ник по имени Сэм… 
…ты стал отцом… 
Ворон задумчиво еще раз пробежался по воспоминаниям – Сэм больше нигде не всплывала. Он аккуратно уложил Парру на диванчик, вкладывая в руку бутылку с виски. Типичный «перепил». Потому и голова будет болеть по утру. Ничего, Дейдра утешит. 
Ворон встал и пошел прочь, доставая служебный интер:
– Это Ворон, Хозяин. 
– Слушаю, – отозвался Перес.
Ворон быстро отчитался – знал, что интеру нельзя сообщать откровенные подробности:
– Девушку зовут Сэм, она сестра Ник Росси. 
Перес резко выдохнул, словно его ударили под дых:
– Семечка… Только этого не хватало… Таааак…. Никому ни слова, Ворон. Никому. 
– Так точно, – коротко ответил Ворон – он знал, что этим все и закончится. Ни слова, потому что семья, а семью не предают. 
– Живо в ночной магазин «Товары для дома и семьи» на Цветочном бульваре – она там отметилась. Я вышлю стражей за ней, твоя задача – замести следы. Её там не было. И еще… Столкнешься с ней – ликвидировать на месте. Ясно?
– Так точно. – хмуро отозвался Ворон. Оказывается, и семью предают. Он убрал интер в карман брюк. Отчаянно захотелось яблок. Купить их, что ли? Как раз в магазин идет. Да, там и купит. Ароматных зеленых яблок, как раз их сезон начался. 
Уже в магазине обнаружилось, что Парра все же стал отцом – просто так молочные смеси не покупают. А еще малыш Парры болен – серьезно болен, иначе эта Сэм не крала бы тяжелый антибиотик. 
Ворон, стирая память пожилой кассирше и охраннику, возмущенному кражей из аптечного сектора, хрустко укусил за бочок зеленое яблоко, сплевывая сердцевину с крупными семечками. Точно, то, что нужно. Медик, привезшая новую упаковку лекарства взамен украденной, только ошеломленно смотрела на вампира:
– Вам плохо не будет?
Ворон качнул головой:
– Мне будет исключительно хорошо!
Ей не обязательно видеть, как его будет рвать за углом магазина этим самым яблоком. 
Утеса не рвало – у него только дико болела голова. И потому визита Бланки в гримерку он предпочел избежать – зашел в душ, смывая чужие запахи. Бланку закрытая дверь душевой не остановила. Она дернула её на себя, ломая замок, и оперлась на дверной проем, рассматривая голого Утеса под струями воды, исходящими паром. 
Он обернулся к ней:
– Присоединишься? 
Она присоединяться не захотела, несмотря на неприкрытое неудовлетворенное желание Рика. Утесом его прозвали злые языки не зря. Правда, кое-кто утверждал, что это все же за боевые навыки. Как же! 
Бланка тихо уточнила:
– Это мне за Линелито месть?
Утес, намыливая методично грудь, фыркнул:
– Во-первых, для тебя он Росси. 
Бланка снова повторила, в этот раз чуть громче:
– Линелито!
– Росси!
Бланка прищурилась, но промолчала. 
– А во-вторых, – продолжил Утес, упираясь руками в стенку душевой кабины, так что мышцы на спине напряглись. – Я предупреждал тебя перед вечеринкой: полезешь к Лину – между нами все кончено. Ты не вняла предупреждению. И между нами все кончено.
– Ты же понимаешь, что, как ирбис, я лучший для Линелито выход. 
Он даже обернулся на неё:
– Ты же понимаешь, что это далеко не так. Лин женат, причем счастливо.
– Она человечка!
Утес вздохнул, наливая шампунь себе на ладонь, и поправил:
– Она не человечка. – Кем была Ник на самом деле, говорить он не собирался. – Она человеческая девушка. 
– Как ни назови – нам она не чета. Лин оборотень, ему выбирать пару между своих.
 
– Ты – не своя. И Лин однолюб.
Бланка пожала плечами:
– Значит, я, как представитель моногамного вида, ему подойду идеально. 
– Ирбисы не моногамы. – Утес нахлебался воды, пока смывал шампунь с волос и принялся отплевываться. 
– Я могу быть верной. Это ты, Рик, так этого и не понял. Не моя вина. 
Утес выключил воду: 
– Бланка, отстань от Лина, а? Хочешь, поженимся – только не лезь к Лину.
Она подала ему полотенце и пошла собирать его одежду, все же это был её Рик:
– Как мелодраматично, но уже поздно. Эта человечка всем доказала, что Лин альфа, и сейчас на первого среди лигров, второго среди тигров и, быть, может, первого среди львов, началась охота. И я лучший выход для Лина. Его же человечка только после родов, ей месяц, если не меньше, не до мужа будет, а вы, альфа-самцы, даже день без секса не можете. 
Утес буркнул, натягивая белье:
– Еще как можем. Это я просто праздновал свободу от тебя. И, Бланка, предупреждаю, как друг… Не лезь к Лину. Ник от тебя даже костей не оставит. 
– Пригласи его в гости, а? Ты, я, Лин… Ты же об этом мечтал?
Он тихо выругался себе под нос и, опустив голову вниз, принялся надевать джинсы:
– Я мечтал немного о другом. Ты, я и еще одна девушка. 
– Фрррр… Можно подумать, это что-то меняет.
– Не вешайся на Лина и не лезь к нему. И поблагодари Жердя, что он еще не все твои выкрутасы показывал Ник. 
Бланка кивнула:
– Поблагодарю, только… Лин будет мой, Рик. Это лучше, чем какая-нибудь блудливая тигрица. 
– Небеса, когда вы сидели по домам и занимались домашними делами, вы были лучше!
– А это обидно, Рик. 
– Бланка, последний раз – не лезь… – он принялся искать свою футболку.
– Человечка ему не пара. 
Утес взял со вздохом протянутую Бланкой футболку:
– Ты ошибаешься. В этом плане люди лучше. От них хотя бы не ждешь ударов в спину.
– Ну-ну… Сходи к своей Джил… Тебя такой удар в спину будет ждать – обратно приползешь, Рик. Я серьезно… А еще лучше – не ходи к Джил. Расстанься с ней по интеру – так будет не больно.
– Бланка…
Она поправила его мокрые волосы:
– Дурачок, я же любила тебя когда-то. Я серьезно о твоей Джил. Позвони и расстанься первым. И еще… Может, я и дура… Может, и блудливая кошка, но… Каждый должен жить со своим. Оборотень с оборотнем. Человек с человеком. Вампир с вампиром. Иначе такой кавардак получается… Рик… Я хочу лишь лучшего для своего ребенка. А лучший – твой Росси. И он будет мой. А когда-то меня устраивал и ты. Если бы не блудил налево и направо, наверное, и до сих пор бы устраивал.
Она пошла прочь из гримерки, игнорируя случайно забытое блондинкой из обслуги белье.
– Ну твою же мааааать, а… – выругался Рик и не внял предупреждениям Бланки. Он направился к Джил. Она была единственная, кто принимал его в любом состоянии и настроении, кто никогда не предавал и не осуждал. Она просто была. Она просто грела, а он грелся возле неё. 
Вот и этим утром… Она позволила себя обнять, прижаться к её податливому телу и долго-долго мурлыкать, словно он вновь благополучный котенок, у которого есть семья. 
– Джииииил…
– И тебе доброе утро, котяра! – она потрепала его за волосы, отступая в сторону. – Завтракать будешь?
Он потянул её от входной двери в сторону спальни – ему было отчаянно хреново:
– Если только тобой…
Она не пошла за ним. Её ладонь выскользнула из его пальцев:
– Ты знаешь, который час?
– Неа, – признался Рик, еще не успевший прийти в себя после выходок Бланки этой ночью. Надо же… Друга… Лина решила увести из семьи и ни грамма не раскаивалась. Рику было стыдно за поведение Бланки перед Лином. Хорошо еще, что Ник ничего не знала, лежа в больнице. И не узнает, Рик постарается позаботиться об этом.