(Не)покорная жена (СИ)

– Пятьсот? – прошептала одними губами, не веря в услышанное. 
– Пока сумма не будет выплачена, господин Волков останется в судебных подвалах, – судья пристально посмотрел на меня. – А если деньги не будут собраны за неделю, то преступника, убившего магического зверя в расцвете лет, ожидает смерть. Увести подсудимого. 
Никита побледнел, но не проронил ни слова. 
Только его вывели из зала, как Эдуард Эльдарович подозвал меня жестом. 
– Виктория, вам несказанно повезло, – мужчина поигрывал деревянным молотком, то опуская, то поднимая. – Могли бы стать соучастницей, но Волков взял всю вину на себя. Рассказал всё как было, согласившись на магическую клятву. 
– Кто сообщил о волке? 
– Виктория, поймите, я не могу вам рассказать. Человеку, который видел преступление и донёс властям, положена награда и сохранность имени в тайне, – он наклонился вперёд, пухлые щёки дёрнулись. Понизив голос, ухмыляющийся судья почти зашептал: – Но какие перспективы открываются для вас, моя дорогая Виктория. 
Я отпрянула, поняв, что такой огромный штраф и последующая за ним смерть… Неужели в этом виновата я? Расслабилась, не подумала, что, начав собирать редчайшие травы, сама стала лакомым кусочком. Можно сказать, кто мной будет владеть, тот заимеет курицу, несущую золотые яйца. И первым в очередь встал Коленцев. 
Что же мне делать? В распоряжении всего неделя. 
– Я могу увидеть своего жениха? – спрятав бушующие эмоции, тихо попросила судью. 
– Разрешаю, – смилостивился тот. – Виктория, не расстраивайтесь, вас никто не обвиняет, скоро всё закончится. После смерти Никиты договор исчезнет, вы будете свободны и сможете найти покровителя… 
Судья запнулся. 
«Тебя, что ли, жадный наглый хомяк?! Да чтоб ты облысел вконец и постоянно вонял как скунс!» – подумала я, пытаясь сохранить спокойное выражение лица. 
– Воды? Виктория, ваше лицо стало красным. Может, Кудрю позвать? – фальшиво озаботился Коленцев. 
– Не нужно, господин судья. Мне бы Никиту повидать. 
– Да, да, иди. Эй ты, – он подозвал охранника. – Проводи госпожу Викторию Ламарк в подвалы, я разрешаю десятиминутное свидание с женихом. 
– Спасибо, – поблагодарив, вышла из зала. 
В подвал заходить было неприятно и боязно. Побывав тут раз, возвращаться совершенно не хочется. 
– Вика, ты почему пришла? – Никита схватился руками за толстые прутья решётки. 
– Ты зачем признался? – дождавшись ухода охранника, набросилась на жениха с вопросами, от злости сжимая кулаки. 
– Другого выхода не было, тот, кто притащил шкуру, дал магическую клятву, что всё видел, она была принята. Коленцев чуть не слюнями исходил, тыкая магическим документом мне в лицо. 
– Кто?! Кто такой шустрый? Ты видел имя в документе? 
– Не видел, оно было магически скрыто, – качнул головой Никита. 
– И что теперь делать? У тебя есть знакомые, друзья, к кому я могу обратиться? 
– В столице есть, но туда добираться долго, и мне запрещены встречи и общение со старыми знакомыми. 
– Никита, послушай! Если я достану нужную сумму и освобожу тебя, ты расторгнешь договор со мной? Попробуешь найти другую няньку, служанку, будущую мать твоих детей? 
Что я несу? Надо же было ляпнуть последнее про детей. 
– Вика, ты понимаешь, что это за сумма? Её никогда не собрать. Я не могу тебе такого пообещать. 
– Никита! У тебя нет выбора. Ты должен отступить! Я не пойду за тебя замуж не по любви, по приказу. 
Во мне боролись два чувства: жалость и злость. Да, мне было жалко и Никиту, и детей, но попав в чужой для меня мир, я и дня не чувствовала себя в покое, уюте, не была защищена. Судья и Никита в первый же день обвели меня вокруг пальца, плохо соображающая женщина подписала магический договор. 
Вот ведь упёртый! 
– У меня другое предложение, – приблизившись к клетке, вгляделась в его красивые глаза. – Если я нахожу деньги, то ты разрываешь договор, – Никита что-то хотел сказать, но я запечатала ладонью его рот. – Дай договорить. В ответ на такой шаг я остаюсь с вами. Если тебе до такой степени нужна именно я, так завоюй меня, влюби в себя. Покажи, что достоин быть моим любимым мужем. Но если у тебя не получится влюбиться или я не полюблю, то мы расходимся. 
 
Никита задумался, его тёплое дыхание окутывало мои пальцы, смутившись, я отдёрнула руку. 
– Согласен, – кивнул он. 
– Вижу в твоих глазах сомнение и обречённость. Ты ещё не знаешь мой упёртый характер. Вывернусь, но сделаю как обещала. Не забудь свои слова, когда откроется эта клетка. 
– Время вышло, – неожиданно появился охранник. – Свидание окончено. Уходи, травница. 
Оказавшись на улице, вдохнула полной грудью. Как же хорошо быть свободной. 
И всё же, кто нас видел в лесу? Главным подозреваемым, конечно, был Кирьян. Он и его жена слишком нагло себя ведут. Но даже если я узнаю, кто нас сдал, что это мне даст? Какую выгоду? Я и так не собиралась работать с ними. 
А если это не они? Тогда рядом ходит ещё один неугодный для нашей семьи человек. Как же узнать? 
  
Глава 30. Я этого не делал
 
Домой вернулась расстроенная и потерянная. Что я должна сказать детям про отца? Нужно ли им маленьким переживать за него? Но опять же, если не скажу, то на улице им быстро сообщат. 
Оказавшись с детьми дома, посадила их за стол, налила чай, достала орешки в сахаре и приступила к рассказу. 
Конечно, без подробностей, постаралась смягчить. 
– Поэтому ваш папа побудет одну неделю в судейском доме, пока я собираю в лесу травы. 
Боялась, что сейчас придётся вытирать детские слёзы, но ребята оказались сильнее, чем я думала. 
– Без магии магического волка победил? – Андрей посмотрел на Леночку. – Я непременно буду таким же сильным, как наш папа. А ты, Леночка, такой же красивой, как Вика. Только не плачь, – шепнул он сестре на ухо, – папа скоро вернётся. Правда, Вика? 
– Я в этом уверена, – произнесла в ответ, запрещая себе даже думать иначе. 
– Наш папа очень сильный, да и в судебном доме отдохнёт от работы, – Леночка, спрятав слёзы, попыталась найти позитивные моменты в заточении отца. 
Несколько часов провела в изучении самых редких и дорогостоящих трав. Сделав закладки на нужных страницах, раз за разом возвращалась к ним, чтобы наверняка запомнить картинку. 
Солнца медленно ползли в сторону горизонта, когда я собрала корзинку с едой, смеркалось. Надеясь, что смогу передать ужин Никите, отправилась к судейскому двору. 
Дети же вызвались помыть посуду, накормить подросших птенцов и напоить Вишневского. 
Прибыв на место, постучала в закрытые ворота. 
– Чего надо? – одна створка приоткрылась, на меня уставилось недовольное лицо охранника. – Судейские домой ушли, если не случилось преступления, то приходите утром. 
– Уважаемый господин охранник, мне бы жениху ужин передать, – в чужую ладонь скользнули медные монетки. 
– Ужин? Показывай, – впустив внутрь, мужчина закрыл ворота. Вот как чувствовала, что не вся еда дойдёт до Никиты, положила с запасом. – Да куда ему так много? – жадные глаза охранника рассматривали ужин. 
– Угощайтесь пирожками, – предложила мужчине, надеюсь, улыбка вышла искренней. – Вам приходится целый день и ночь стоять на страже порядка, наверное, и поесть некогда. 
– Это точно, – он взял три пирожка и, подумав, произнёс: – Иди корми своего жениха, а я пока чай попью, будет у вас минут двадцать. 
Он проводил меня к подвалам и открыл дверь. 
– Виктория? – Никита соскочил со скамьи. – Ты зачем пришла? Где дети? 
– Кормить тебя пришла, а дети дома с Вишней, – мои слова заставили жениха успокоиться и выдохнуть. – Ты ужинал? 
Он кивнул, но тут же произнёс: 
– Кусок хлеба да воду дали. 
– Вот же редиски, – пробормотала себе под нос. – Ешь, не торопись, я подкупила охранника деньгами да пирожками, у нас есть минут двадцать.