История скромной провинциалки (СИ)

— Ваша рука начнёт болеть.
— А если целый день?
— Ваша рука онемеет, у вас будет сильное мышечное расстройство и паралич. Возможно, даже придётся ехать в больницу, — сказал один из студентов.
— Как, по вашему, вес стакана изменится от того что я его целый день буду просто держать?
— Нет! — растерянно ответили студенты.
— А что нужно делать, чтобы всё это исправить?
— Просто поставьте стакан на стол! — весело сказал один студент.
— Точно! — радостно ответил профессор, — Так обстоят дела и со всеми жизненными трудностями. Подумай о какой-нибудь проблеме несколько минут, и она окажется рядом с тобой. Подумай о ней несколько часов, и она начнёт тебя засасывать. Если будешь думать целый день, она тебя парализует. Можно думать о проблеме, но, как правило, это ни к чему не приводит. Её “вес” не уменьшится. Справиться с проблемой позволяет только действие. Реши её, или отложи в сторону. Нет смысла носить на душе тяжёлые камни, которые парализуют тебя." Согласна?
Ответить я не успела, заглянула проводница.
— Чай пить будете?
— Обязательно, — ответил за всех Антон.
За окном купе было уже темно, только мелькали фонари, а в купе было так уютно и тепло. Роза увлеченно раскладывала на столе еду, а я опять унеслась мыслями в детство. Мы с бабушкой каждый год ездили на море, то в санаторий, то "дикарями", какое чудесное было время…Роза уезжала в Латвию к своим бабушкам и дедушкам. Однажды, когда мне было лет шесть, я спросила у бабушки, а почему у меня нет ни дедушки, ни папы.
— Они есть, — бабушка обняла меня и посадила на колени, — Но так получилось, что они далеко. Но придет время и они вернутся. А пока мы с тобой будем читать "Волшебник изумрудного города".
И так было всякий раз, а потом я и спрашивать перестала. Когда все было съедено, чай выпит, мы переоделись в пижамы и улеглись спать.
Под стук коле я неожиданно сладко уснула и вдруг услышала легкий храп возле самого уха. Стало так страшно, что я даже пошевелиться не могла, а когда повернула голову….
— А-а-а-а-а! — на меня смотрели огромные изумрудные глаза с вертикальными зрачками.
— А-а-а-а! — от всей души поддержала меня Розита.
— Ой, б…, твою ж…, -послышался характерный стук головой с верхней полки, — Что?!
Антон спрыгнул, включил свет и осмотрел наши полки. Я прижимала к себе кота, который перепугался больше нас.
— Откуда у нас в купе взялся кот?! — строго спросил Антон, а в дверь купе уже вовсю стучали.
— Откройте немедленно! — услышали мы голос проводницы и какой-то подозрительный шум, — Иначе я сама открою!
Антон открыл, а я почувствовала себя героиней фильма "Бриллиантовая рука", когда в номер гостиницы вваливается целая толпа, а Светличная остается…можно сказать без ничего остается. Я-то хоть предусмотрительно в пижаме.
— Чего орали, как резанные? — сурово нахмурила брови проводница.
— Да, — поддержала ее разбуженная пассажирка, — Я подумала убивают кого-то.
Похоже такого же мнения были и все остальные.
— Все в порядке уважаемые, — убедительно сказал Антон, — Страшный сон приснился, — повернулся ко мне, — Да?
— Ага, — туповато кивнула, прикрывая кота одеялом.
— Успокоительное пить надо, если такие сны снятся, — раздраженно сказал пожилой мужчина в шортах и майке.
Когда дверь купе закрылась отмерла Роза, которая удивительным образом не вставила ни словечка в беседу с проводницей и пассажирами.
— Ты превзошла себя, Ксю! Где ты нашла кота и чего так орала, а?
— Ребята, простите, — с тонким подвыванием сказала я, — Но я проснулась от того, что кто-то тихо храпел мне в ухо, подумала…Да ничего я не подумала, страшно стало, а тут глаза на меня как уставились…
Кот успокоился и спокойно лежал рядом. Был он поистине героических пропорций. Рыжий, пушистый, с кисточками на ушах, лежал и урчал, как трактор.
Глава 9
— Паразит рыжий, перебудил пол вагона и урчит себе спокойно, — беззлобно сказала Роза, — Ты откуда взялся?
Котяра издал звук, отдаленно похожий на мяуканье "мррряу", перешедшее в "маааау".
 
— Да тихо ты, — погладила я кота, — А то опять весь вагон примчится.
Накаркала, в дверь постучали, но на этот раз тихо. Антон открыл, расстроенная проводница с тяжелым вздохом спросила.
— К вам кот не забегал? Через два купе от вас у бабули кот из переноски смылся, — она опять вздохнула, — Вот было у меня предчувствие, что не надо с Танькой меняться. Не моя смена-то, — пояснила она, — Вот и пошло все наперекосяк, то вы орете, перерь женщина эта в истерике.
— Успокойтесь. У нас кот, — сказала Роза, — Из-за него и орали, напугал Ксюшу, рыжий черт.
— А чего сразу не сказали? — удивилась проводница.
— А вдруг он бездомным бы оказался? — отозвалась я, — И его бы выкинули.
— Ксю у нас такая, — покрутила Розита пальцем у виска, — Ей всех жалко. Она с детства домой котят и щенков таскала, а потом мы их пристраивали.
Это было правдой, всех спасенных с улицы животных я несла к бабушке, мы их отмывали, откармливали и пристраивали. У нас постоянно жили две кошки — Маркиза и Графиня и пес Барон, все исключительно дворяне. А когда бабушки не стало, все животные очень быстро ушли за ней. А я больше никого не хотела заводить.
— Пойду, бабулю обрадую, — сказала проводница и вышла.
— Как же ты к нам пробрался, партизан? — спросил Антон, присаживаясь на мою полку. Мне как-то враз стало жарко, а когда Антон протянул руку погладить кота, и то ли случайно, а может и не случайно, положил ее на мою — вовсе стало нечем дышать, — Напугал девушек, смылся от хозяйки, хулиган, да?
Кот потянулся и потерся головой о наши, каким-то непонятным образом переплетенные пальцы. Антон посмотрел на меня и улыбнулся, в это время дверь купе открылась и зашла бабуля. Ну как бабуля, дама преклонных лет, но никак не бабуля. Она была как-будто из позапрошлого века, в длинном атласном халате, в чепце с кружевами и тапочках с помпонами.
— О, Фицджеральд, — протянула она руки к коту, — Я уже отчаялась увидеть тебя еще раз, мой дорогой.
— Фиц…, Фицджеральд? — не могла скрыть удивления Роза, еле сдерживая смех, — Ну вы и кличку придумали.
— Я ничего не придумывала, а назвала его в честь Фрэнсиса Скотта Фицджеральда, — сказала дама так, как будто все просто обязаны были знать этого американского писателя, который лично мне не нравился, — О, извините, молодые люди, я не представилась, не поздоровалась, — дама поправила чепец, — Я в такой ажитации из-за Фицджеральда. Изольда Всеволодовна Заднепровская-Татаринова.
Сказано было так, что, по-моему, мы должны были либо поклониться, либо зааплодировать.
— Очень приятно, — ответил за всех Антон, — Изольда Всеволодовна, позвольте сопроводить вас с Фицджеральдом в ваше купе. Сейчас ночь и всем надо отдохнуть. А завтра, с вашего разрешения, мы бы с удовольствием продолжили столь неожиданное знакомство.
Он подхватил кота, предложил руку даме и они вышли, как только дверь закрылась Розита расхохоталась, и я вслед за ней.
— Что это было? — отсмеявшись спросила Роза, — Явление из позапрошлого века?
— Мне кажется она актриса, или оперная певица, но я такой фамилии не помню, хотя я в оперных дивах не сильна, — заключила я, посмотрела на часы, — Два часа ночи. Весело началось наше путешествие.
Через пять минут вернулся Антон, улыбаясь и покачивая головой.
— Бабулю с котом доставил, на чай пригласил, — отчитался он, — Но она выходит в Казани, оказывается они возвращаются от подруги домой. Угадайте кто она?
— Оперная певица, — сказали мы одновременно.
— Точно! Она была примой Татарского государственного академического театра оперы и балета имени Мусы Джалиля. А кот — это все что у нее осталось, муж покинул этот мир два года назад. Детей никогда не было, ибо, как она сказала: "Искусство требовало жертв". Интересная женщина, да? — обратился Антон ко мне.