Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя (СИ)

Рейнард откинулся на тюфяк, заложил руки за голову и принялся думать, хоть перед внутренним взором раз за разом вставало бледное в темноте лицо герцогини и ее яркие покусанные губы. Губы твердили, что он убийца, а потом, в сонном полубреду… он закрывал глаза и видел, как они молили о пощаде, и с них срывались совсем другие крики.
Она ведь наверняка умеет бросать не только колкости… и дышать совсем иначе. Хотелось сбить с нее спесь, увидеть растерянность и то, как она сдается. Давно он не помнил в себе таких диких мыслей, это сводило с ума. Она враг. И это еще хлеще заставляло кровь кипеть.
Но спустя два дня, когда снова пришла ночная темнота, герцогиня вернулась. Не одна, с ней было двое стражников.
– Расскажи мне, – произнесла она измученно.
Рейнард поднялся и подошел к двери. Ему нужно выбраться отсюда, а она зависит от него и будет делать то, что он скажет. И лучшим выходом будет отвести её прямо туда, где всё и закончится.
– Придется показать. Если ты выдержишь.
Герцогиня после долгого колебания всё же кивнула, оглянувшись, впрочем, назад. Будто искала чьей-то поддержки, но пришла одна и не знает, как быть.
Дверь отперли, но стражники были настороже, готовые при малейшей опасности схватится за оружие. Рейнард только пожал плечами – он не собирался с ними биться.
Побледневшая герцогиня стояла с маленькой лампой в руке, ярким горели только ее алые губы и светлела в темноте кожа. Простоволосая, одетая в черное. Она отступила спиной к стене и сверлила Рейнарда отчаянным взглядом, но кажется, и правда была готова на всё.
– Выдержу. Мне нечего терять...
Вот как? Он остановился возле нее, взглянул еще раз сверху вниз. Что-то в ней было особенно цепляющее, в том, как она смотрит. Он окинул взглядом изгиб талии, стройные ноги, обтянутые узкими штанами по местной моде, высокую грудь под туникой, которую подчеркивал корсет. И ещё помнил силу, с которой Найрин вырывалась из его хватки, когда он поймал ее в лесу, помнил мягкое шерстяное платье и упругий живот под его пальцами.
Сейчас же её вид и вызов, который она каждый раз бросала, распаляли в Рейнарде совсем другие желания, кроме мести и застарелой ненависти. Содрать эти чёрные траурные тряпки и увидеть ее настоящую. Наваждение просто. Герцогиня молодая, явно полная страсти женщина. И сдалось ей то чудовище – покойный герцог?!
– Мы пойдем одни. Без стражи.
– Чтобы ты от меня избавился без свидетелей?
– Если ты так считаешь, зачем пришла?
Рейнард сложил руки на груди. Леди Найрин раздраженно отвела взгляд, посмотрела на стражников, снова на Рейнарда, не в силах решиться на это безумие.
– Ты расскажешь всё. – Она провела рукой с лампой и кивнула стражникам, чтобы те послушались. 
– Пусть так, – усмехнулся он. – Хочешь правду – будет тебе вся правда.
Герцогиня обошла его и замерла, уставилась прямо в глаза:
– Ты можешь поклясться, что не причинишь мне вреда и дашь вернуться?
– Клянусь, – бросил он без раздумий.
Она уйдет с его дороги сама, когда узнает всю правду. Или... повернётся иначе.
Он забрал из рук герцогини лампу, отодвинул стражников, замерших в нерешительности, и отправился по ступеням наверх, уводя одному ему известным ходом, который тянулся подо всей крепостной стеной.
Еще метров пятьсот, и они увидели тонкие полосы света, который пробивался сквозь щели потайного выхода. Пришлось потрудиться, чтобы открыть порядком заржавевший механизм. В лицо наконец-то дохнуло свежестью и свободой. Они вышли за пределами замка на дальнем склоне в лесу, среди бурелома и непроходимой чащи.
– И что, любой может вот так проникнуть внутрь? – спросила герцогиня будто даже с любопытством.
– Нет, только тот, кто знает устройство механизма, – оглянулся он на нее. – А это я.
Леди Найрин смотрела на него в упор, потянулась невольно к правому боку. Даже меч герцога с собой потащила, будто хочет еще раз сразиться не на жизнь, а на смерть, или готова биться за свое право на замок.
– А твоя сообщница? Кажется, она не рада, что ты оставил ее там.
 
Рейнард вздохнул. Придется найти способ отплатить Бреннану, чтобы тот покинул эти земли, потому что сражаться с бывшим наставником не хотелось смертельно. В конце концов, Рейнард на своей шкуре прочувствовал, как безысходность толкает на эту дорогу и как сложно с нее сойти. Зря Лиса пошла с ними.
– Я часто разочаровываю женщин.
Рейнард оставил лампу у входа, затушив фитиль, поднялся и посмотрел на спутницу, которая явно вздрагивала от его близкого присутствия. Еще бы! Доверилась опасному преступнику, лишь бы не сойти с ума.
– А я перестала очаровываться мужчинами, – отозвалась леди Найрин, глядя на него и ежась от холодного ночного воздуха.
По ее белой коже пробежали мурашки. В этой герцогине оказалось странное сочетание решительности и слабости. На мгновение он снова увлекся рассмотрением будущей спутницы в полумраке, прикидывая, что же победит.
Не очаровывается! Надо же.
– Что ж, – Рейнард взглянул на нее с интересом, – тебе же лучше.
  
Глава 21. Разбойник или сын герцога?
 
– И далеко ты собрался меня вести?
Я оглянулась на очертания замка позади, которые скрадывал рассветный сумрак. Когда Эльд узнает, что я сделала, будет вне себя от беспокойства. Но меня душила его забота и безвыходность одновременно. Его неуемная великая любовь не могла меня спасти, и если я не смогу снять проклятие, то скорее сойду с ума.
А может, Эльду и нужна такая я – беспомощная и зависимая от него, чтобы он мог защищать и опекать вечно. Я же чувствовала в этом великий обман, потому что не любила и не могла полюбить.
– Ты хотела узнать всё. – Рейнард сделал уже несколько шагов дальше в лес. – Вот и узнаешь. Идем, если не передумала.
– Если это поможет избавиться от проклятия…
Рейнард закатил глаза и направился куда-то прям сквозь чащу. И как правда я на это решилась? Несмотря на происхождение, он разбойник! И убийца, хоть твердит обратное. И ему ничего не стоит прикопать меня где-то в лесу, чтобы не мешала захватить замок.
Я обхватила рукоять меча и пошла вслед за ним. Если так и будет, то я дорого продам свою жизнь этому бандиту, пусть и не мечтает…
Правда, похоже, Рейнарду было мало до меня дела. Он шел вперед, наслаждаясь долгожданной свободой, смотрел по сторонам в поисках чего-то, даже посвистывал, пока не привел меня на берег шумной узкой реки. Мы остановились. Шумело так, что пришлось повысить голос:
– Нам нужно добираться туда… вплавь? 
– Нет, – нахально отозвался Рейнард и принялся без малейшего смущения стягивать с себя рубашку, глядя мне в глаза.
Плечо было перевязано окровавленной тряпкой – моя работа. Надо же, даже стало не по себе. Но Рейнард не обращал на рану внимания, стянул перевязь. На груди у него висел круглый медальон с каким-то рисунком, цепь спускалась низко, а тело у него оказалось такое, что сложно было заставить себя отвернуться.
Вот черт! Я обычно спокойно отношусь к мужским торсам, но Рейнард был сложен невероятно гармонично. Ловкий, подтянутый, с крепкой, но не накачанной в зале грудью, с сильными руками и плоским животом без выраженных кубиков, но с соблазнительно проступающими мышцами, которые вдруг захотелось потрогать.
 
– Тогда что ты делаешь? – Я попыталась смотреть ему в глаза, но этот демон принялся снимать с себя и остальные части одежды, расстегнул кожаный ремень. У него оказались узкие крепкие бедра, и широкие плечи на их фоне выглядели еще внушительнее.
– Собираюсь искупаться.
– Мог бы предупредить!
Казалось, еще немного, и он поманит меня за собой. Щеки предательски загорелись, хотя я даже думать не думала!..