Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя (СИ)

  
Глава 20. Клянусь
 
Стражники потащили было пленника прочь, но Рейнард успел улыбнуться. 
– Что же теперь? – спросил он, пока удалось ненадолго вырваться. – Ваша с мужем власть прямо пример жестокости всем обитателям замка. Следовало завершить дело покойного герцога – т-так сказать, из уважения.
Рейнард смеялся, он знал, что она ни за что бы не убила. Он видел испуг в ее глазах, видел дрожащие руки – она лишь притворяется сильной и жесткой. Герцогиня подошла к нему впритык, так близко, что окутала своим сладким запахом. Заглянула в глаза и бросила дерзко:
– Не тебе судить! Ты мог прийти с миром.
Темные волосы растрепались, глаза, подсвеченные огнем, полыхали так же ярко, как в первую встречу. А кто-то говорил, что герцогиня слабое и безвольное существо. Но он видел, как пламя пляшет на металлических вставках ее доспеха и как отчаянно она бросалась в бой.
– Никто не считается с забытыми и безоружными. Я знаю, что такое доказывать право на жизнь.
Рейнард поджал губу, пытливо глядя в её лицо. Стражники еще туже стянули руки за спиной, и он отвернулся. Эльдгерд, глава стражи, передал остальным Майлис, которая еще слабо брыкалась, и приказал отвести их обоих в темницу до дальнейших разбирательств.
Стражники однако обращались с ним сдержанно и смущенно: вдруг он и правда тот самый Тэмхас? Эти люди не могли его знать, они пришли с Эльдом.
– Почему ты не убил её, пока мог? – прошипела Лиса с искренним негодованием, пока их вели вниз.
– Она мне ещё пригодится.
– Она заняла твое место по праву… Как она может тебе пригодится?!
– У нас есть кое-что общее.
– Неужели? – брови Лисы насмешливо скакнули вверх, хотя губы кривились от обиды за себя и негодования. – И что?
Он взглянул на неё и приподнял брови.
– Например, проклятие.
Лиса фыркнула, но замолчала. Их посадили в разные камеры, узкие, темные, с земляным полом, уходящим вниз. Но они были в темнице не одни, в камере напротив и чуть дальше зашевелился еще один мужчина. 
Рейнард знал, что покойным герцогом мало кто был доволен. Стоило ожидать, что он казнил и наказывал всех без разбора, и если леди Найрин хочет казаться такой же… Это даже забавно.
Ему дали чистых тряпок перевязать рану, которая еще кровоточила. Сегодня Зверь напился его крови, но вряд ли будет доволен. Убить его не посмеет, он тоже нужен ему живым. Рейнард сел на трухлявый тюфяк, набитый соломой, и приготовился ждать.
Ночь подошла к концу, сменилась тусклым днем, Лиса за стеной ворчала и ждала возвращения Бреннана, но Рейнард был терпелив. И даже на удивление не чувствовал злость на рыжую, он давно знал, что всё сложится, как надо. Может, это нашептывал Зверь?
В темнице снова настала непроглядная темнота и тишина, лишь слышались шаги стражников. Они даже еду отдавали как псам, через узкую щель, закрытую сейчас металлом – камеры уходили вниз, чтобы пленники видели лишь ноги и смотрели на хозяев замка снизу вверх. Рейнард вспоминал, как пробирался в это подземелье, когда был совсем маленький, ему было лет восемь и до дрожи хотелось взглянуть на настоящую тьму. Ужасы, которые рассказывала нянюшка по его просьбе, только щекотали нервы и дразнили, и однажды он спустился вниз, где сидели по приказу отца убийцы и преступники.
Он даже прошел тогда мимо клеток с заключенными и рискнул смотреть в их злые, ненавидящие лица. Кто-то крикнул ему, что однажды за ним придет Зверь, и что герцог, его папаша заплатит за свои грехи. Но Рейнард знал, что отец никогда не был жесток. Ошибок не прощал, но несправедливо жесток – нет. И именно при нем эти земли процветали, как никогда. Пока демон не поднял свою голову и снова не потребовал плату…
 
На следующий день еду принес один рослый стражник, склонился вдруг к узкому окну и проговорил тихо:
– Я помню вас, Ваша Светлость, лорд Рейнард Тэмхас. Вы живы, это чудо!
Рейнард подошел ближе и с разглядел в тусклом свете стражника лет пятидесяти. Волосы у него были забраны назад, черты лица крупные, и Рейнард с трудом угадывал что-то знакомое. Все-таки тринадцать лет немалый срок.
– Меня зовут Роберт, я служил здесь в темнице тоже, может, вы уже и не помните, но я вас узнал. – Он протянул сквозь решетку сверток с чем-то вкуснопахнущим. – Простите, что так вышло. Мы вынуждены подчиниться герцогине, ее муж присягнул королю.
– Спасибо, Роберт. – Он кивнул, поймав взгляд стражника. – Это важно. Я восстановлю справедливость.
– Мы любили вашего отца, Ваша Светлость. Здесь мало кто остался с тех пор... До сих пор не верится, как всё повернулось. 
Судя по всему, прямого приказа сторожить пленников Роберт не ослушается, но полезным быть может – если слухи о его воскрешении разойдутся за пределами замка.
Прошел еще день, наступила глубокая ночь, и Рейнард чувствовал, что Зверь снова придет по его душу. Но и не только по его...
Из забытья и бреда вырвал тихий шум шагов. Рейнард повернулся, привстал и подошел к решетке. Он чувствовал теперь эту странную связь между ними, и знал, что герцогиня не выдержит первая. Тень упала на решетку, и он увидел её лицо в полумраке: бледный овал, темные, почти черные глаза. 
Удивительно, похоже, что одна, без своего верного пса Эльденгерда. Измучилась настолько, что сбежала тайком прямо к опасному бандиту? 
– Говори, – шепотом приказала она, боясь, видимо, разбудить остальных пленников.
– Что угодно говорить? Тебе просто нр-равится мой голос? – таким же шепотом отозвался он.
Она легко оскалилась, рассматривая его в темноте пристально и настороженно, словно он мог укусить ее через решетку и утащить за собой в бездну.
– Ты сказал, что знаешь, как снять проклятие.
– Знаю.
– Как ты можешь быть с этим связан?
– Слишком м-много вопросов от той, кто посадил меня за решетку.
– Ты пришел сюда убивать! – воскликнула она тем же шепотом и покачнулась, схватилась за решетку.
Рейнард хмыкнул.
– Так мы не договоримся.
– Что ты от меня хочешь? – Ее глаза гневно сузились, но преимущество на его стороне.
– Не знаю. Проще было тебя уб-ить, но я почему-то не убил, – Рейнард вздохнул. – А теперь увижу, как Зверь мучает тебя. Не знаю, почему проклятие пришло только сейчас, но это начало. Скоро ты узнаешь, что такое настоящий Зов и сила демона. Еще немного и уйдешь вслед за мужем. Как когда-то погибли его жены. Я могу дождаться, пока ты сойдешь с ума или умрешь.
– Ты издеваешься, – выдохнула она разочарованно.
– Зачем мне тебе помогать?
– Я могу приказать тебя пытать… – сказала она растерянно, будто эта мысль, пришедшая ей только сейчас в голову, была чуждой.
– Понимаешь ли, герцогиня, – Рейнард подался вперед и усмехнулся, – Зверь дал и мне силу. Ты ничего не сможешь мне сделать.
Герцогиня помолчала, по-прежнему стоя перед решеткой. На мгновение в груди шевельнулось что-то человеческое. На ней и правда всего лишь малая часть вины ее мужа, но из-за этого он не собирается отказываться от своей жизни.
 – Я могу рассказать об избавлении. Но ты должна будешь меня освободить. Зато останешься жива.
– Как я могу тебе поверить? Ты обманешь…
 
Теперь в ее взгляде осталось только отчаяние. Странно всё повернулось. У нее не было проклятия при первой встрече, но, похоже, гибель герцога это изменила, и теперь только он с ней вдвоем связаны. Зверь крутит и манит, охваченный жаждой своей платы. Но он терпеливый демон и умеет ждать.
Если бы Рейнард знал другой способ, он бы давно завершил сделку. Но есть ли вообще другой способ?
– Решай сама.
Она ушла после небольшого колебания, и время снова потянулось медленно, минута за минутой. Лиса успела в очередной раз пересказать свои похождения, тесно прижавшись к решетке, порой стучала через стену и ждала Бреннана.