Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя (СИ)

— Милостиво уступаете мне, ваша светлость. Как любезно, — осклабился главарь.
— Хочешь что-то доказать? Свое п-право главаря? — Рейнард хмыкнул. 
— Угу. Аж кулаки чешутся — давно не чувствовал запах крови. Особенно знатной.
— Ну, попробуй. — Рейнард выпрямился и терпеливо замер перед разбойником, который был на полголовы его ниже, что только больше озлобляло.
Последние несколько лет Бренн из главаря-наставника превратился в соперника. Поначалу снисходительный, он все больше злился, что остальные тянутся к Рейнарду, особенно в последнее время. И Рейнард готовился уйти, чтобы вернуть себе прежнюю жизнь.
Сначала забрать замок силой, чтобы свершить давнюю клятву мести. Потом доказать свое наследное право на эти земли, восстановить титул. За несколько месяцев у власти Его Величество дал понять, что он хочет сыграть на контрасте: весь из себя гуманный, да только ему пока не до разборок в отдаленных областях. А значит, за справедливость придется бороться самим.
То, что в банду затесался знатный отпрыск, Дикие узнали только несколько лет назад, да и то случайно. Рейнард долго отмалчивался и сочинял легенды о своем происхождении, говорил, что сирота и бродяга — лишь бы поменьше лезли в душу. Впрочем, первое было правдой, сиротой он и остался. И единственное, что навсегда осталось от отца — едва ощутимый след на правой стороне шеи. 
За годы в “стае” Рейнард освоился и заматерел, смог найти подход к этим диким людям, завоевать их доверие. Не его вина, что многие охотнее собираются вокруг него, а не рядом с мрачным наемником и убийцей. Даже, когда узнали о проклятии Рейнарда и его предков.
 — А что, может, и впрямь стоит размяться перед турниром? — неслышно подкрался Хэйвуд.
— Вот это — другой разговор, — Рейнард усмехнулся Бренну, мол, этого же ты хочешь, обычный тренировочный бой?
Бренн сплюнул, демонстративно размял шею и вытащил меч. Не в праве главарь банды отказать в вызове Рейнард подхватил свой и вышел на середину поляны. 
Они обошли друг друга по кругу и только потом клинки схлестнулись. Бренн был опытным воином, но и Рейнард когда-то обучался у лучшего фехтовальщика этих земель. От каждого удара отдача уходила в поврежденное в прошлый месяц плечо, но Рейнард только встряхивал рукой и снова переходил в атаку. 
— Как рука? — между делом поинтересовался противник, кружа с хищным выражением лица. 
— Лучше. 
— Тогда держись! 
Главарь перешел в быструю атаку из череды обманных выпадов и попыток перехитрить соперника, такому нечестному бою в знатных школах не учат. Зато такому с лихвой учила жизнь.
Рейнард парировал и только дразнил Бренна, уходя от прямых атак и распаляя в том ярость. Еще немного — и тот выплеснет всю свою накопившуюся ненависть и досаду. Хейвуд даже прикрикнул, пытаясь сдержать главаря, но Бренн только яростнее налетал на него, будто и впрямь давно мечтал перерезать ему горло.
В какой-то момент Рейнард передумал сдерживать эту злость и чуть заметно уступил, показывая одержимость и неуравновешенность предводителя. Бренну удалось подставить подножку и резкой хваткой бросить Рейнарда наземь, а после приставить к шее острие. Еще немного — и польется кровь.
Ну, попробуй, рискни! 
— Эй, берегись, Бренн, не то убьешь нашего лорда и подцепишь такую же дрянь! — крикнул Хейвуд, следивший за схваткой. 
Долгий вдох и выдох Рейнард и Бренн смотрели друг другу в глаза. Вместе с ненавистью в глазах главаря виднелся затаенных страх: он до одури боялся колдовства и темных сил, хоть никогда не говорил об этом вслух.
— Я бы предпочёл подхватить голубую кровь в своих жилах и знатное происхождение, — демонстративно хохотнул Бренн и убрал меч. 
Рейнард оскалился шутке. Да уж! Его проклятие играет с ним забавную штуку, изматывая до предела и одновременно становясь щитом от тех, кто уже знает правду.
Убьют его — и их постигнет та же судьба. 
– Оу, мальчики дерутся, а я все пропустила, – хрипловато рассмеялась Майлис.
– Мальчики уже закончили, – ухмыльнулся Бренн.
– А почему один продолжает лежать?
 
Она склонилась над Рейнардом, который растянулся на траве и не спешил подниматься. Рыжеватые в закатном солнце пряди скользнули вниз и чуть не щекотнули его нос. Рейнард вскинул глаза и разглядел ее нависшее лицо.
– Мой лорд, я могу вам чем-то помочь? – поддразнила она.
– Иногда мне кажется, ему только смерть поможет, – бросил Бренн.
“Иногда мне кажется, что ты прав, сукин сын,” – подумал Рейнард.
– Сеньор, вы грубиян! – ответила главарю Лиса, уперев руки в бока.
– Какой уж есть. И другого из себя не строю.
Майлис зыркнула на него, хмыкнула, а потом настойчиво протянула руку, чтобы помочь Рейнарду встать. Так упрямо, что пришлось ухватиться за обтянутое кожаным доспехом запястье. Лиса, несмотря на свою хрупкость, была настоящей железной леди. 
– Слышала, ты тут собрался стряхнуть пыль со своих железяк? Хочешь пробраться на турнир?
– ...Или запал на молодую герцогиню и жаждет увидеть ее снова, – добавил Хейвуд.
– Вот как, –  хмыкнула Лиса и отошла в сторону.
Бреннан подошел к ней и обхватил сзади, прижав к себе. Словно пытался еще раз указать, что Майлис выбрала его, а не Рейнарда. Лиса, правда, будто смутилась и что-то шикнула своему любовнику, но быть с ним – ее выбор. И так для всех лучше. 
– Смотрю, вы и так за меня все решили, – повел Рейнард плечом. 
– Если тебя узнают –  казнят от греха подальше, – влез с поучениями Хейвуд. – В нынешней заварухе кто быстрее – тот и прав.
– Вот именно.
– Отсутствие женщин плохо на тебя влияет, – усмехнулся Хейвуд. – Готов броситься в замок, не обдумав. Ты ведь и так знаешь, как там все устроено!
Рейнард цыкнул и сощурился.
– Идите вы! Есть еще дело.
Этой ночью Зов обрушился снова. Рейнард предчувствовал его, но сдержать оказалось труднее, чем раньше. В темноте подбежал Малой, присел рядом, схватив за руку. Знал, что необходимо ощутить рядом жизнь. Хорошо, что он был немой, и никто не знал, как это происходит на самом деле. Никто не видел, как Рейнард Зверь мечется, словно в бреду, пытаясь обуздать неуловимое и непреодолимое желание идти туда, куда идти невозможно.
– Я тут, – выдохнул он, приходя в чувство. – Рейнард обнаружил себя сидящим на лежанке. Жесткое дыхание рвало горло, а перед глазами снова мерещилась манящая бездна. – Уходи, –  коротко приказал Рейнард пацану.
Остаток ночи он провел глядя в мягкие стены шатра и слушая вой ветра в горах. Главное словно не сомкнуть глаза, чтобы снова не увидеть взгляд Зверя.
Вспомнились слова Хейвуда, что у него давно не было женщин. Рейнард перевернулся и вытянулся во весь рост. О каких женщинах тут говорить? Он живет как дикарь, как представить себе раньше не мог. Только редкие вылазки в города и деревни, чтобы добыть средства на жизнь, мотание по окраинам страны. Иногда ночевки на постоялых дворах под видом бродячего рыцаря, и те случайные связи, которые потом не хочется вспоминать. 
Но уже месяц, как в столице началась смута со смертью короля-мятежника. И уже месяц, как у Рейнарда появилась мечта вернуться в Нейшвиль, и вместе с ней находиться в банде стало трудно. 
Женщины… Такие, как Лиса? Кто ещё в здравом уме рискнет связать свою жизнь с разбойником и бродягой. Лиса всегда была себе на уме. Сегодня здесь, завтра там. Вчера льнула к нему, точно кошка, сегодня снова сошлась с Бренном, будто напоказ. Глупая девчонка.
Майлис пробралась к нему в одну из таких же ночей, когда ветер как сумасшедший хлестал ветками по стенкам шатра, казалось, будто исчадие бездны царапает плотную ткань своими когтями. А Лиса услышала тихий рык, может, крики, пробралась внутрь, пока никого не было рядом. Легла, прижалась всем телом, тогда такая необходимо-живая, горячая, настоящая.
 
Рейнард даже не мог вспомнить, что между ними было, но утром Лиса лежала рядом, прижималась обнаженным телом, украшенным многочисленными татуировками, браслетами, а на ее плечах и спине красовались знатные ссадины.