Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя (СИ)

Я тоже слегка выдохнула. Давящее ощущение опасности уходило, а я старательно прогоняла его вон. Ничего такого здесь нет. Просто пещеры, шахта, затхлый воздух и много ценной руды, которая, видимо, отличается особой, хм, чистотой? Понимать бы в этом хоть что-то. Уверена, что леди Найрин недалеко от меня ушла в этом плане.
Я сделала шаг в обратную сторону, как вдруг послышался чей-то тихий голос из того, дальнего левого хода. Того, где нашли Доборга. Такой тихий, что слова не разобрать...
Эльд отвлекся на разговор с мастером, и я, пытаясь прислушаться, подошла чуть ближе. Теперь, когда рабочие ушли, каждый шаг казался таким громким, что заглушал этот голос. Даже мое дыхание стало оглушающим.
— Я слышу там чей-то голос, Эльд, —  тихо обратилась я к стражу, который так же медленно и осторожно последовал за мной.
— Голос? —  переспросил он спокойно.
И правда, чего я так взволновалась? Может, кто-то из рабочих направился туда, не зря ведь и погибший Доборг был занят, по-видимому, в тех раскопках.
— Тот проход давно закрыт, госпожа, —  вмешался рудный мастер с факелом в руках. — Его завалило уже с полгода как, вам, должно быть, показалось. Это все эхо, оно тут и не такие шутки чудит.
Капец. Вот теперь стало страшно. У меня галлюцинации?
— Да? Хм. Возможно, вы правы, просто словно кто-то говорил…
Я постояла еще минуту, прислушиваясь. Вроде ничего. Сердце с трудом, но успокоилось, дыхание пришло в норму. Чудны творения твои, природа. Но успокоилась я рано: голос зашептал снова, так же тихо, неразличимо. Но не заметить его было нельзя!
— Тихо! Вы слышите?! Слышите?..
Теперь оба мужчины подошли ко мне и тоже замерли без движения. И если Эльд стоял как непоколебимая скала, об которую разбивались любые сомнения, то вот в рудном мастере я почувствовала неуверенность.
— Ничего нет, госпожа, —  покачал головой Эльд спустя еще минуту.
— А вы слышите? —  обернулась я к мастеру.
Тот посмотрел на меня таким долгим и странным взглядом, что у меня даже волосы на руках встали дыбом. Да что тут происходит? Они думают, я сошла с ума? Свихнулась после долгой болезни?!
Или он тоже слышит...
И не хочет показаться перед лордом Эльденгердом таким же ненормальным?
Но рудный мастер ответил:
— Я ничего не слышу, госпожа. Мне жаль. Должно быть, вам почудилось.
Ага, конечно, сама издаю это тихое шипение. Может, моя вторая ипостась Волан-де-Морт? Или они оба надо мной издеваются. 
—  Ну вот же, слушайте!
Тихий голос раздался снова, и я сделала несколько шагов в сторону дальнего хода. Звук определенно стал громче. И они еще говорят, что мужчины смелее. Да ну вас! Пойду и посмотрю сама, в чем там дело. Да. Пойду, черт возьми. Я выдохнула и затянула на груди полы накидки, защищавшей от холода и промозглости шахты.
Больше всего меня злит несправедливость. И выставить меня сумасшедшей —  это совсем уже нечестно, я-то в порядке, это с вами что-то не так. 
— Постойте, госпожа, там может быть опасно! Много камней осыпалось…
— Я хотя бы загляну и посмотрю, раз вы там дрожите от страха.
Кто-то из них отправился за мной следом, но мне самой уже непреодолимо хотелось заглянуть внутрь: что же там может издавать такие звуки, как будто человек застрял?! Может кто просит помощи, а эти дубины талдычат про эхо!
“Здд-е-сь”, —  разобрала я с великим трудом и повернулась торжествующе назад.
— Теперь слышали?!
Оба оказались рядом и синхронно и отрицательно помотали головами, и в темном во мраке взгляде Эльда показалось сильнейшее беспокойство. Рудный мастер и вовсе, казалось, предпочел бы ретироваться от ненормальной госпожи, слышащей голоса.
— Пойдемте в замок, ваша светлость, —  мягко, но настойчиво принялся уводить меня из пещеры Эльд. — Вы уже доказали, что здесь нечего бояться.
— А вдруг там мой муж? — пришла невозмись откуда мысль. — Вдруг это он просит помощи! Давайте пройдем чуть дальше, Эльд! Пустите меня!
Нет, ну как они не понимают! От одной мысли, что там может погибать заживо несчастный — один, в кромешной тьме, так безнадежно — стыла кровь.
 
Рудный мастер, поколебавшись, взял фонарь и прошел мимо меня дальше в этот ход. Я с нахмуренным Эльдом осталась на месте — сухие комья земли и камни и правда скользили под ногами. С злорадным нетерпением я ждала крика о том, что он видит человека, которого, может, завалило камнями или еще что —  чтобы развеять всю эту дурацкую теорию о проклятии. Но мастера не было долго. 
Не пропал же и он тоже?!
Наконец свет фонаря вернулся к нам. Мужчина шел спокойно и так же невозмутимо доложил:
— Мне жаль, ваша светлость. Там никого нет. И голоса я тоже не смог услышать, как ни пытался. Там такой обвал, что никто не смог бы пройти дальше, могу вам поклясться. Обвал произошел ночью, когда внутри никого не было. Там не может быть пострадавших, это в любом случае произошло слишком давно.
Хорошо, в темноте не различить, что мое лицо наверняка стало бледное, как у мертвеца. Полгода назад обвал, но я слышу несуществующий голос! Что это, призрак? Демон? Я еле сдержалась, чтобы не выругаться от этой жути матом, но я же герцогиня!.. Вот теперь стало страшно так, что захотелось немедленно покинуть эту проклятую пещеру.
— Возможно, это ветер, — пришлось признать мне сдавленно. — Надеюсь, подобных обвалов больше не случится.
Я с силой покусала губы. Выходит, выставила себя психически нездоровой, которой везде мерещится пропавший муж, и ничего не добилась.
— Я буду следить за этим, госпожа.
Вот и ладно, а теперь к черту этот рудник от греха подальше!..
  
Глава 9. Мне нет места среди вас
 
– Ты уверен, что стоит это делать?
Бреннан оперся о сосну и сложил руки на груди.
— А что тебя смущает?
– Что ты сдуру рискуешь своей жизнью. Заодно и нас выдашь.
– Ты беспокоишься обо мне – эт-то даже мило, – Рейнард демонстративно-широко улыбнулся.
— Не больше, чем положено, — ответил любезностью главарь банды, наблюдая, как он очищает и точит меч.
Чем ближе подходил день для нападения на Нейшвиль, тем напряженнее становилось в команде. Кто-то подгонял время и сетовал на вынужденную задержку, кто-то был рад отсрочке. Рейнард не мог обещать им безоговорочную победу, но многие шли за справедливостью. И за деньгами, конечно. 
Когда-то давно, те тринадцать лет назад лорд Ангарет получил у ставшего королем предводителя мятежников добро на захват Нейшвиля. Собственно, в те времена он вовсе не был лордом и тем более герцогом Киранийских земель.
Но верность во время переворота новый король оценил дорого. Настолько, что закрыл глаза на кровавое убийство прежнего герцога и его супруги, разграбление родового замка — и щедро одарил захватчика и нового владельца титулом. 
Мятежный король, за глаза прозванный Эмре Кровавым, недолго продержался у власти, построенной на костях. Никто не забыл его расправ над знатью, многочисленных казней, костров и передела земель. Но вот забава судьбы: прошло двенадцать лет, мятежник умер от тифа, и на троне снова оказался наследник прежнего королевского рода. И значит, настало время всё изменить.
 
Все, кто шел сейчас за Бренном и Рейнардом, хорошо помнили тот переворот. Пусть он не прежний тринадцатилетний, подающий надежды юный герцог Рейнард Тэмхас, все это время считавшийся погибшим при мятеже. Но он ничего не забыл.
— Не хочешь идти со мной —  оставайся здесь, –  бросил Рейнард. – Им нужен сильный главарь.
Когда-то Бреннан был наемником на службе у бывшего короля, но не принял переворот, ушел на волю и собрал стаю «Диких», с которыми Рейнард волей (или насмешкой) судьбы рос и взрослел. Которые не дали ему погибнуть в лесах, куда он смог уйти от расправы.