Я приду с дождём

Юнхо принял это к сведению, но не задержался в холле надолго – ему не терпелось узнать, зачем звонил старший инспектор Дон Юль. Пес ожидал его возле дома, где пробили голову таксисту. Переместив себя к покосившейся постройке с железным гофрированным забором, он первым делом обратил внимание на грядку – куст гибискусов завял. Полицейские тащили носилки с проступающими под белой пеленкой очертаниями мужского тела.
– Похоже, это почтальон. Предварительно, смерть наступила около месяца назад, – сказал эксперт, – но опознать тело еще можно.
– Почему ты решил вернуться на это место преступления? – спросил Юнхо старшего инспектора.
– Вчера в закусочной я подслушал разговор двух Мрачных Жнецов. Один из них оговорился, что уже месяц не может найти полные данные какого-то почтальона из этого района. Я подумал, что если…
– Но почему ты не обнаружил его раньше? Мы были здесь, когда Со Минна привозила курицу.
– Преступник курил, – сказал Дон Юль. – А ты знаешь, что запах табака сбивает меня со следа. Вдобавок, тело было спрятано в Кармане Пустоши между двумя измерениями. Поэтому, оно почти не разлагалось. Человеку не под силу провернуть подобное.
– Ты подозреваешь Хван Сынгу? Думаешь, он не человек?
– Он человек. Но у него есть сообщник из мира духов.
– А кто умеет прятать предметы в Карманы Пустоши? Менбусин Ан Минджун?
– Ун Шин, например. Как и любая нечистая сила, застрявшая между миров. Думаю, после побега из психиатрической клиники Хван Сынгу явился в дом сводного брата Ван Хи и убил его. Потом заглянул почтальон, и сорвал планы, за что и поплатился.
– Как и ино Сим Лиа, которая получила удар по затылку?
– Будучи человеком, она встречалась с Ван Хи и не вовремя пришла узнать, почему он не отвечает на ее звонки. На заднем дворе есть колодец, там Хван Сынгу утопил ее. Вот почему Сим Лиа переродилась русалкой.
– Пятого мая Со Минна ехала в такси с Сим Лиа. Она говорила, что в салоне пахло стоялой водой. Но кто был водителем?
– Если помнишь, она упомянула шрам на затылке. Таксист, которому Хван Сынгу пробил голову, лежал в реанимации, а его дух «застрял» в Пустоши и вернулся к работе.
– Что насчет фанатки Су Мирэ? Когда утихнет шумиха вокруг имени Хёна?
– Я думал, что это ты подкидываешь дровишек прессе.
– Так было до того, как Хён потерял жемчужину.
– В доме нашли веревки и школьную форму, которую родители Су Мирэ опознали по значку с белой розой. А в багажнике такси были ее волосы и кровь. После того как Хван Сынгу разделался со сводным братом, почтальоном и Сим Лиа, он отобрал у таксиста машину, куда-то увез девочку, а потом вернул такси на место. Этот псих вряд ли вернется сюда. Остается надеяться, что Су Мирэ жива. По крайней мере, нам не приходило оповещение от Мрачных Жнецов.
– Я забыл спросить, кто в тот раз забрал у Со Минны заказ? Что за странный дух?
– Местный ёндон [11]. Как же они бесят. Вечно хотят есть и мешают проводить осмотр мест преступлений.
– Забавно. А как тебе работается с суперинтендантом?
– Не напоминай. Он забрал у меня часть подчиненных для засекреченного расследования, но общих дел мы не ведем, я лишь присылаю ему отчеты по пятницам.
– Ладно, мне нужно отлучиться по важному вопросу.
– Это какому?
– Да так… – скомкал ответ Юнхо, зная наверняка, что Ун Шин ждет его у ресторанчика «Гибискус». Дракон щелкнул пальцами и перенесся на холмистую улочку. Следующие пять минут они караулили в Кармане Пустоши, куда по просьбе Юнхо поместил их токкэби. Там можно было расслабиться – люди их не замечали.
– Господин Ли, сколько вы еще будете гонять меня по пустякам?
Юнхо собирался припомнить ему о «долге», но вдруг схватился за плечо, почувствовав резкую боль. Он крепился, делая вид, что счищает грязь с рукава. Скоро автомобиль Хёна заехал на стоянку двухэтажного ресторанчика, сползающего по склону, как кусок подтаявшего ванильного мороженого.
– Они выходят, – подал сигнал Ун Шин, когда Хён помогал Минне выйти из машины. – У нее и впрямь жемчужина. Светится.
 
– Отлично, – ответил Юнхо, не отрывая взгляда от платья девушки.
– Нам обязательно следовать по пятам? Похоже на обычное свидание, – попытался закруглить мероприятие Ун Шин.
– Вот именно. Обычное свидание.
– Вы смертную приревновали?
– Помолчи! – Юнхо цыкнул и поднес палец к губам.
Едва держась на каблуках и цепляясь за рукав Хёна, Минна добралась до здания «Гибискуса» и зашла в просторный зал. Высокие стены, обитые деревом, будто были промазаны шоколадом. Большинство столиков с бордовыми скатертями пустовали. По периметру вспыхивали и медленно гасли огоньки гирлянд.
– Ничего себе! – охнула девушка. – Я такое только в кино видела!
– Тише, тише, – сказал Хён и о чем-то долго беседовал с администратором, похожей на мопса. Она недоброжелательно косилась на Минну и раздувала ноздри, но в итоге посоветовала дальний столик у окна, отделенный ширмой.
– Все в порядке? – заволновалась Минна, когда Хён закончил переговоры и повел ее за собой.
– Да, она из «своих». Просто ей непривычно видеть меня с обычным человеком. Нам предложили лучший столик, потому что твой спутник – совершенство.
– Скорее твой кошелек совершенство.
Когда они уселись на массивные стулья, Минна открыла меню и округлила глаза от цен.
– Я просто понюхаю, хорошо?
– Э-э-эй, обижаешь! Все за мой счет. Пусть это отложится в твоей милой фанатской голове. Тогда ты проникнешься.
– Вы с Ли Юнхо точно кровные братья? Ты щедрый и общительный. Он – дотошный и угрюмый. Как только справляется с клиентами?
– Юнхо к людям не прикипает – это нерушимое правило.
– Тяжело, наверное, его подружке.
– Он в отношениях с библиотекой. М-м, попробуй говядину. Здесь готовят лучшее мясо, очень нежное.
Минна заказала кучу еды, и айдол с удивлением наблюдал, как она поглощает ее тарелка за тарелкой.
– Ты вроде такая миниатюрная. У тебя черная дыра внутри?
– Не каждое утро мне предлагают разносолы. Извини, обычно я и на чай в гостях не остаюсь. Не знаю, что на меня нашло. Так о чем ты собирался поговорить?
– Работай на меня. Другими словами, всегда будь рядом.
– Правда? – Минна поперхнулась и постучала рукой по грудной клетке. Предложение было более чем заманчивое, но тогда ей пришлось бы каждый день видеться с Ли Юнхо. – У меня нет практики в заключении сделок. Я стесняюсь камер. И не умею работать с прессой.
– Я не ищу юриста или адвоката. Эта область узурпирована моим братом. Вообрази, что есть другой мир. Вот Юнхо – из того мира. А ты – из этого. Хочу, чтобы рядом находился обычный человек, занимающийся связами с обычными людьми.
– Ты о мире бедных и мире богатых?
– Предположим. Когда шумиха вокруг моего имени утихнет, оформим тебя на место менеджера Хо. Она была капризной, как сиамская кошка, но папарацци и журналистов хорошо разгоняла.
– Думаю, лучше Хо Юри никто не справится с этой задачей.
– Брат уволил ее без моего ведома.
– Ли Юнхо во все твои дела лезет.
– После поцелуя с ним ты что-нибудь почувствовала?
– Не стыдно спрашивать? Ты же не подружка!
– Для справочки: я тоже неплохо целуюсь. – Ли Хён перегнулся через стол, и Минна выставила вилку вперед. – Понял! Шутка же.
Девушка была возмущена, но ее внимание отвлекло раскатистое урчание. Оно доносилось из-под стола и заполняло зал, будто поблизости вовсю цвело болото.
– Я в туалет и обратно. – Хён схватился за живот и, согнувшись, поднялся со стула. – Непереносимость лактозы.
– Тогда зачем ел мороженое?
– Хотел составить компанию.
Опираясь рукой о соседние столики, Хён добрался до бордовой шторки, отделяющий зал от коридорчика перед туалетом. Посетителей было мало, но и те смотрели вслед Хёну, а потом настороженно поковыривали палочками блюда.
Пока Хён пропадал в туалете, две молодые официантки собирали тарелки с соседнего столика и шушукались между собой: