Я приду с дождём
– Отец был неосторожен, но я другой.
– Кстати, как ваше самочувствие? Говорят, дракон, поддавшийся человеческим эмоциям, испытывает мучительную боль.
– Сколько можно повторять: у меня нет чувств!
– Не помню, как это было в моей прошлой жизни. Говорят, смертные и тогда превозносили любовь. Отправляли письма и даже совершали преступления…
– Давай сменим тему.
– Я выяснил, что пятого мая возле «Синего дракона» господин Ли Хён хотел подловить менбусина Ан Минджуна, чтобы тот вычеркнул его из реестра. Тогда Небеса потеряли бы информацию о будущем Хёна и не нашли его.
– Ты выяснил, что за существо напало на Хёна у закусочной?
– Нет. Была гроза. Старший инспектор в тот день вызвал лунное затмение, и нечисть выползла из всех щелей. Но духов-свидетелей не нашлось.
– И ты еще не вышел на след предсказателя Ан Минджуна?
– Слушайте, господин Ли. Его вся Небесная Канцелярия и Преисподняя разыскивают. Я уволился из полиции и хочу передохнуть, а вы гоняете меня туда-сюда. Да еще подселили ко мне эту истеричную Ино. Она уже дважды затапливала соседей.
– Ино скоро придет в себя и вспомнит прошлое. Как только Дон Юль ее опросит, ты свободен. А пока напомню, что ты должен мне, потому что я защитил тебя в суде по делу о смерти младшего инспектора Дже Хва.
– Как скажете!
– Есть информация о жемчужине?
– Да. Был я тут в гостях у пхунсина [10] Пак Хюнсу, и он сказал, что лет четырнадцать назад видел похожий случай в деревне Лисьи Норы. Смертный заполучил драконий жемчуг и злоупотребил его силой. Он стал драконом-демоном. Если Со Минна тоже…
– И снова Лисьи Норы. А что потом?
– А кто ж его знает?
– Выясни. И поскорее.
– Какие у вас планы на девчонку?
– Планы?
– Вы сейчас вторгаетесь в частную жизнь этой смертной. Еще немного, и люди начнут нас подозревать. Почитайте, что ли, книжонки по этикету общения на досуге.
В одну из ближайших городских вышек ударила молния. Смахнув стаю птиц, с крыши сорвался толстый провод и упал на припаркованные машины. Она за другой сработали сигнализации.
– А говорили, что у вас нет чувств, – поежился Ун Шин. – Даже мне, токкэби, стало не по себе.
– Я беспокоюсь о жемчужине моего брата.
Одновременно с этим, в квартире госпожи Пак Набом, Хёна одолел приступ икоты. Подобное случалось, когда братская связь была на грани разрыва. Он почитывал журнал в гостиной и практиковал на Минне телекинез. Она сидела к нему спиной, пролистывая темы, которые выдали для домашнего сочинения.
– Ты избегаешь общения со мной? – не вытерпел Хён.
– А тебе не приходило в голову, что некоторым многое в жизни дается с большим трудом? Я устала и… чешусь. Наверное, побочный эффект таблеток.
– Сходим в ресторанчик?
– Что за приступ щедрости?
– Нет-нет. Приступы случаются у тебя, а я голоден.
– Тэхён достаточно наготовил. В свете последних событий, папарацци душу продадут за твое фото в Ихва-доне.
– Я не перевариваю домашнюю стряпню и не могу постоянно сидеть взаперти.
– Так поезжай к брату. Там огромный коттедж и двор.
– Ты же знаешь, что я не могу.
– Да, но ты до сих пор не назвал настоящую причину.
– Позже я расскажу тебе правду. Пожалуйста.
– Все тихо, пока твоя машина спрятана под тентом, но как только ее заметят в городе…
– У меня три автомобиля. Этот еще не засветился в прессе. Я взял его в аренду на полгода, и фирма подписала договор о неразглашении информации. Есть безопасное местечко – «Гибискус». К тому же никому из персонала в голову не придет ляпнуть, что мы с тобой в отношениях.
– По-твоему, мне светят одни неудачники?
– Вовсе нет, ты милая. Просто они немного… другие.
– Другие?
– Да, не такие, как обычные люди. А я вообще небожитель. М-м… звезда. – Хён принес с кухни стакан, вложил его в руку Минны, и тот наполнился водой, а потом выскользнул и покатился по полу. – Подобное с тобой уже случалось?
– Ли Юнхо поинтереснее фокусы вытворял… с купюрами, – хмыкнула Минна, глядя на разливающуюся лужицу. – Все в мире поддается логике.
– Ты сейчас повторила слова Юнхо. А если отыщу твоего отца?
– Что? Про отца тебе Тэхён рассказал?
– Да. Если сделаю это, уделишь мне больше времени? Деньги и слава могут приносить пользу.
– Это благотворительный пиар-проект?
– Прими мою помощь. И выполни просьбу – побудь со мной, пока я не улажу свои проблемы.
– Ладно, поехали в этот «Гибискус». Видимо, тебе настолько скучно, что тянет на приключения.
Хён радостно помчался на чердак. Пока он копошился наверху, Минна ринулась разгребать недра шкафа, где хранилось ее голубое платье-колокольчик и туфли.
Скоро айдол вернулся в маске, темной толстовке с капюшоном и затертых джинсах с рваными прорезями.
– Как я выгляжу? – спросил он то ли Минну, то ли собственное отражение в зеркале.
– Как знаменитость в бегах. Мне тоже есть, чем тебя удивить! – сказала Минна, выглядывая из ванной комнаты.
– Воспаленными глазами? Я так ужасен?
– У меня аллергия на пыль.
Хён подошел к окну и завел автомобиль с приложения. Вскоре Минна вышла из ванной, ткнула его в спину и покружилась. Это была давняя мечта, потому что тот, кому предназначался танец на балу выпускников в средней школе, уехал без предупреждения, и платье похоронили в шкафу на долгие годы.
– Ничего себе. У нас свидание?
– Менеджер Хо всегда была при параде. Резкий переход из лучших условий в худшие провоцирует депрессию. И вряд ли у меня еще появится повод так разодеться.
– Предусмотрительно. – Хён жестом пригласил ее пройти на выход. – Прошу.
«Пусть он не Мистер Мозги года, – рассуждала Минна, спускаясь по лестнице, – но манеры у него определенно лучше, чем у Ли Юнхо». За углом, под навесом, урчал и сиял перламутром спортивный автомобиль томатного оттенка. Засмотревшись, Минна промахнулась мимо ступеньки и подвернула ногу. Хён, спускавшийся следом, молниеносно ухватил ее за талию.
– Аккуратно, Фанатка. Нельзя умирать – меня точно посадят.
– С-спасибо за заботу.
Блондин учтиво открыл дверцу, и Минна, подобрав подол, разместилась в салоне. Хён уселся за руль, украдкой наблюдая за девушкой в зеркало заднего вида. Его забавлял неподдельный интерес, с которым она изучала светящиеся кнопочки на панели.
– Знакомый аромат у освежителя, – принюхивалась Минна, пока они выезжали на трассу.
– Я забыл косметичку в доме дяди и позаимствовал твой лак для волос. Дешевка, слабо фиксирует. По возвращении закажу фирменный.
– Это дезодорант! Ты рылся в моих вещах?
– Любая другая сочла бы за честь.
– Я не любая другая.
– И не поспоришь. Сама ситуация об этом кричит.
* * *Ли Кангиль увлеченно следил за сюжетом дорамы, расположившись в холле перед телевизором рядом с Ён Сихваном, который вязал носки по образцу из журнала «Модный дух», подпольно выпукаемого редакцией в переулке Крысиный Хвост.
– И почему Небеса запрещают духам печатать такие безобидные вещи? – поинтересовался шаман.
– Потому что «Модный дух» допускает изображения всех видов существ. А должны превозносить только Небесных созданий. Вот завтра легально напечатают, что возможны браки между драконами и смертными, а послезавтра консульство завалят заявлениями. Это противоречит традиционным ценностям.
– Как любопытно.
– Сейчас он соврет ей, что ничего не чувствует! – воскликнул дядя Кангиль, эмоционально переживая события на экране телевизора и дергая за нитку клубка.
– Хватит смотреть всякую чушь, – раздраженно сказал Юнхо. Он только что вышел из своего кабинета и запер дверь.
– Вам вредно так нервничать, господин Ли Кангиль. Это просто наивный фильм, – кивнул шаман, продевая спицу в петлю. – Кстати, заходил господин Ун Шин. Ино, которую мы оставили жить у него, сегодня вспомнила, что ее имя Сим Лиа, и в прошлой жизни она постоянно терпела неудачи в отношениях. Возможно, у русалки остались неоконченные дела в мире смертных.