Феечка во френдзоне (СИ)
Росток настурции замер, притворившись узором на выгоревшем тюле. Маргарита Романовна вернулась к письму, а стебелек попятился и нырнул обратно в палисадник.
— Прикольны дела твои, Господи, — пробормотала я.
Любопытство разыгралось еще больше. Стебель настурции вытянулся и полез вверх по стене. Выше-выше. Соки земли питали растение, и оно росло, нарушая законы природы. Так, кто там у нас в двухкомнатной напротив Эраста Филимоновича проживает? Если такой ажиотаж среди нелюдей из-за таинственного артефакта, обитатели двенадцатой квартиры точно в теме.
… В квартире номер двенадцать жила супружеская пара. Горгулы. Оба колоритные: носатые и чуть горбатые, как все нелюди, прячущие крылья под одеждой.
Поговаривали, Махдет и Тайет сбежали из самого Сильверграда (*), столицы Междумирья, где сходятся земли людей и нелюдей. Мол, что-то там не поделили с правящим кланом драконов. Охотно верю. С чешуйчатыми такое часто случается. Они бы и на наши земли когти наложили, да кто им позволит? У нас с магами Договор: нелюди и нежить живут среди людей, никого не харчат, трудятся наравне с человеками и скрывают свою суть, насколько это возможно.
(* — о Сильверграде и его жителях читайте в романах «100 свиданий с ведьмаком» и «Драконофобия в контракт не входит».)
В нашем городе горгульи держали лавку украшений с самоцветами, творили немыслимую красоту. Знали, какой камушек кому подобрать, по здоровью ли или на счастье, и, как и я, не чурались дарить людям удачу. Клиентов было не так много, но и не мало. Мне горгульи нравились.
Махдет, в человеческом мире Михаил Леонидович, деловито собирал вещи и консервы в поношенный туристический рюкзак. Его супруга Тайет (Таисия Демидовна) сидела напротив и монотонно, с легкой интонацией отчаяния, бубнила:
— Сожрут, крылья переломают, драконам выдадут. Если не выдадут, то сожрут. Если не сожрут, то крылья переломают. Если крылья не…
Михаил Леонидович не выдержал, хлопнул о стол справочником «Мифологические обитатели лесов и болот Кащеевского района. Людские поверья с древности и по наши дни» и гаркнул:
— Да хватит причитать-то, женщина! Нечто я на войну отправляюсь?! Похожу, полетаю, народ поспрашаю, выясню, как и что. А вдруг повезет?
— Сожрут, — упрямо покачала головой Таисия Демидовна. Подумала и выдала еще один вариант неминуемой гибели супруга: — Или выпьют.
— На черта я им сдался? — проворчал горгул, вернувшись к сборам. — У них, небось, что повкуснее водится, нежели горькая кровь старой птицы.
— А тебе?! А тебе на кой черт сдался этот артефакт?! — в голос возмутилась горгулья. — Жили же нормально, как люди! Работали. Вона, на плазму телевизионную накопили, пятьдесят дюймов. Этажерку дубовую справили, мини… минималистического стилю, машину, пусть и не новую. А к осени, коли откроем интернет магазин, можно и о ремонте с теплыми полами подумать! Чего тебе не хватает?
— Таюшка, — Михаил Леонидович вздохнул и сел за стол. — Ну как же ты не понимаешь? Это ж… это ж… раз и навсегда это все проблемы решить. Кланом обзавестись собственным, пусть маленьким, но своим. Брата твоего Феддета с семьей из Междумирья сюда перетащить. Что им там, вечно на крепостных стенах и в жару, и в холод город сторожить идолами каменными? Бизнес расширить, сама говорила, что на новый уровень выходить пора. Ты ж согласись: когда лучше — оно завсегда не хуже.
— Оно так, однако ж… Боюсь я за тебя, — призналась горгулья, шмыгнув костлявым носом. — Ох как вурдалаков опасаюсь! Ну куда тебя несет? Кто ты против упырей, старый дурак?
— Старый не старый, а вовсе не дурак, — обиделся Михаил Леонидович. — Чай не лыком шит и свои преимущества знаю. Где они пешим, там пролечу, где они запугают — я ласково с нужными людишками и нелюдишками потолкую. Начну с Кочек, — горгул потряс справочником, — там болота. Кикиморы местные — девчонки умные, правильного настрою. Меня хорошо помнят, за антивампирьи амулетики информацией поделятся. Главное, упырей опередить.
— Консервов возьми побольше. И лапши. И сгущенки, — смирилась Таисия Демидовна. — Знаю я эти сельпо, все просроченное.
После этого супруги перестали спорить. Таисия Демидовна удалилась на кухню печь мужу пирожки в дорогу, а стебель настурции соскользнул на клумбу.
Что ж там за артефакт такой?!
Конечно, в доме на правах экспатов также живут другие нелюди: молодая виверна, любительница ночной клубной жизни, парочка вежливых оборотней-кошек, одинокая мамочка-аспид с выводком и сирин — парень, который вечно пропадает в своем офисе.
Нет, устала. За всеми не пошпионишь. Навык растеряла: не так часто прибегаю к взаимодействию с природой, а феичьи способности нужно тренировать.
… Под утро по улице прошел Дозор. Я вскочила и спряталась за занавеской. Сердце сладко билось.
Стас как всегда держался чуть позади, делая вид, что не он в Дозоре главный, и предоставляя инициативу новичкам — Велена как всегда шла рядом с женихом. И ведь хотелось бы найти в ней что-нибудь эдакое, нехорошее, а не могу. Она хорошая: красивая, умная и юморная. Да это и не в моей сути — отыскивать в людях гниль, какой бы саркастичной я не казалась.
Два года, пять месяцев и шестнадцать дней — столько я знакома со Стасом. Это была любовь с первого взгляда. Которая никогда не станет пожаром, а будет вечно тлеть в моей душе.
Проходя мимо нашего дома, Стас внимательно осмотрел фасад — считал энергетические потоки магическим зрением. Взгляд его задержался на моем окне, и я забыла, как дышать.
Иногда мне кажется, что этот парень что-то подозревает и играет со мной в какую-то игру: слишком ласково смотрит, слишком часто смеется над моими шутками. Но потом я понимаю, что это только в моей голове. Нельзя принимать вежливость за симпатию. И еще кое-что: я никогда не стану между Стасом и Веленой. Не только потому, что это не входит в мои планы. А еще потому, что знаю, что такое страдать. В этом мы с людьми ничем не отличаемся.
… Я думала, Ксю вообще не придет. Зная ее характер, я легко могла предположить сразу несколько сценариев развития событий: «а» — Ксю утром не с той ноги встала, «бэ» — в зеркало не под тем углом посмотрела, «цэ» — лишнюю плюшку за завтраком умяла. И понеслось: гнев, отрицание, принятие, депрессия и так далее.
Но она пришла — сунула нос в магазин, встретилась с моим гневным взглядом и попятилась. Не тут-то было! Я успела цапнуть метаморфку за рукав и втянуть внутрь.
— А ну отставить! — гаркнула. — Мы же договорились!
Ксю изобразила взглядом некое «бе-бе-бе» и неохотно вернулась в истинные объемы, благо, что футболка у нее была просторная, а брючки на резинке. Я погрозила ей пальцем:
— Никаких компромиссов! А то прокляну. Ну!
— Ладно, ладно, — к объемам добавилось еще несколько сантиметров, вроде бы окончательных. — Я просто как-то… засомневалась. Ну Маш, ну зачем тебе тратить свое время и силы … — метаморфка обвела жестом свою обильную корпулентность, — на это? А вот хороший клубный гардеробчик на вечер для стройной…
— Прокляну, — напомнила я. — Иди в раздевалку, я прикачу стойку. Устроим модный показ.
Когда я вернулась, в шоу-руме Ксю была не одна. На диванчике у окна сидела странная девица: вся в черном, в бейсболке и коротких кожаных шортах. Из-под шорт тянулись и тянулись худые, слегка костлявые ноги с некрасивыми коленками. Где-то я эти коленки уже видела.
Посетительница скучающе листала журнальчик. Я предложила ей кофе, она мотнула головой и уткнулась в глянец. Ждет Кристину, решила я. Крис в последнее время частенько брала заказы, подрабатывала персональным стилистом — пыталась спасти магазин от разорения.
Ксю тут же засмущалась. Я почти насильно впихнула ее в примерочную кабинку и выдала первый комплект: бежевую юбку с высокой талией, белую рубашку и жакет цвета бледной лаванды с пылью. Подумала и добавила к образу легкий молочный шарф. Туфли подобрала удобные, с модным носком и небольшим каблуком: Ксю — стажер в крупной юридической конторе, что предполагает много беготни по этажам и выездов к клиентам.