Лунная пленница Синего узника (СИ)

- Это я уже заметила.
- Понимаю, - улыбнулся Док. – И чем больше отличается от него собеседник, тем сильнее Озерный замыкается в себе. Полагаю, сказались непростые условия, в которых прошла его юность. Стрессы пубертатного возраста, понимаете ли. Хотя он и по структуре характера является классическим интровертом.
- Кто Вы? – захлопала я глазами, начиная думать, что не ошиблась, и Док и вправду плод моей расшатавшейся психики.
- Вас ввели в тупик мои познания в области медицины? – понимающе хмыкнул он. – Не удивляйтесь. Вопреки первым впечатлениям, культуру окружающего Вас мира можно назвать высокоразвитой. Однако вынужден расстроить, на острове обитают лишь Болотные народы: Орки, Гоблины, Мегеры. Они вполне цивилизованы, - предусмотрительно опередил он мои вопросы. – Но, увы, людей здесь нет, как и максимально схожих с ними вервольфов.
- А Вы? – отодвинулась я на всякий случай подальше.
- Я не человек, - просто ответил он, поднимаясь. – И вовсе не плод Вашей фантазии, милая. Кстати, как я могу к Вам обращаться?
- Моника. Но лучше просто Ника, - выговорила я, настороженно выискивая в Доке черты вампира, зомби, демона... кто там еще в сказках живет?!
- Рад знакомству, Ника. Если желаете, то можем перейти на ты. Нам, вероятнее всего, предстоит часто общаться, - сказал Док, направляясь к дверям.
- Можно и на ты, - согласилась я.
- Я предполагал, что Гиймон не догадается предоставить тебе одежду. К сожалению, парень он суховатый, но при этом не лишен тепла. Вот, здесь ты найдешь много полезного для дамы, в том числе мыла, чистое белье, гребни и всякую мелочь. Ну, и пару нарядов. На первое время, думаю, этого хватит, - ошарашил он меня неожиданнейшим подарком, показав на кожаный саквояж в углу. - К слову, меня сложно отнести к определенной расе. Если тебе так будет легче, считай, меня человеком, - подмигнул напоследок мой Док-крёстный, пожелав хорошего дня.
- Спасибо, - озадаченно пробормотала я ему вслед, протирая глаза.
Саквояж исчезать не решался. Что ж, материализованные галлюцинации – отличное подспорье для начала новой жизни!
Особенно если они включают кучу полезностей. Док явно скромничал, когда говорил о парочке мелочей! И еще сильнее тогда, когда назвал этот бездонный сундук дамских сокровищ простым саквояжем.
Штуковина точно была магической, потому что обнаружить, где у него второе дно, я так и не смогла.
Но главное теперь, нарядная и причесанная, да еще и сполоснувшаяся под тонкой струйкой теплой водицы примитивной душевой, я снова чувствовала себя человеком! Во всех смыслах.
Хотя, если честно, лезть под освежающие струйки дико боялась. Помнится, однажды смотрела фильм, в котором девушка вновь превращалась в русалку, стоит ей только дотронуться до воды.
Подобной оказии со мной, ура, не произошло. Наверное, Сирены стойкие срервозины – в воде не оборачиваются, в огне... нет, это проверять не будем.
Максимум, что сделаю, это разведу сегодня огонь в очаге рехнувшегося от самомнения вовсе-не-одинокого Волка. И приготовлю себе ГОРЯЧИЙ и совсем не мокрый завтрак!
Интересно, а Гиймон ест яичницу? – прокрался в мои мысли абсурдный вопрос, лишенный всякой логики. И пока я его настойчиво выковыривала и рассматривала под лупой психоанализа, мои новенькие ножки сами привели меня к дверям вчерашней гостиной. Но в ту же секунду передумали туда заходить.
Ведь вчера было не до сантиментов. И мы с парнем от души срывали друг на друге накопленные переживания. А происходящее ощущалось как сумбурный сон.
А сегодня при свете дня появилась незнакомая неловкость.
Там, за дверью, находится вовсю презирающий меня неотразимый красавчик. От одного вида которого я готова лечь на спинку как тюлень, радостно хлопая ластами. И что-то мне подсказывает, оборотни такое чуют, потому-то и измывался вчера этот хам, щеголяя передо мной голым торсом. Чтобы спровоцировать!
В какой-то момент я даже подумывала отплатить ему той же монетой. Например, вырядившись в наряд танцовщицы канкана, который Док, видимо, случайно уронил в мой саквояж. Или это его ревнивая подружка подсунула парочку платьев, намекающих на разврат. Хотя нет, в этом не было бы смысла... Не понятно...
 
Так тянула я время, стоя у полуоткрытых дверей. Отсюда я видела только бардак, будто удвоившийся со вчерашнего вечера. Находись я в другом положении, может, и отказалась бы от идеи вымаливать еду у двинутого вервольфа. Но есть хотелось сильно, а Волка за горой мусора замечено не было.
Так что я все таки решилась, слегка толкнув дверь, войти в башенную залу.
«Никого нет дома», - гласил живописный беспорядок внутри помещения.
Ну и отлично! Недолго провозившись с подобием протвини, вставляемой прямо в камин, я с радостью обнаружила, что после пятнадцатиминутного выскабливания пригоревших остатков еды, искривленная сковорода вполне пригодна для жарки. К удаче задумки, в самодельном холодильном устройстве нашлись яйца и другие продукты, радующие мой изголодавшийся глаз.
А миниатюрные мешочки с кисловатым ароматом дешевого кофе показались вообще новогодним чудом!
По окончании сытного завтрака я решила осмотреться в башне. Но дурацкая тяга к чистоте не позволила и шагу ступить. А желание оставить вервольфа самого разбираться с его бытом проиграло команде моих брезгливости и аккуратности. С крупным счетом. Как никак, но мне и самой теперь тут жить...
Работы было много. Но времени еще больше. Да и потом не Мегер же мне искать, чтоб посплетничать о Гиймоне. А чем еще тут заняться, я пока не выяснила.
Так что, заделавшись местной Золушкой в кожаных балетках (да нашлось и такое счастье в моем волшебном саквояже), я с энтузиазмом взялась за уборку. Последняя плавно перетекла в готовку жаркого, а та в свою очередь в мытье посуды.
За этим мокрым делом меня и застукали:
- Что ты тут натворила?! – "похвалил" меня злющий оборотень, едва преступив порог.
- Это называется «чистота». Познакомьтесь, - представила я вервольфу небывалые чудеса в его холостяцком жилище.
- Где мои вещи? Бумаги из Службы?? – в ужасе озирался бедняжка, не обнаружив привычной грязи на своем рабочем столе. – Куда ты все дела?!
- Съела, - с серьезным видом сообщила я, подбоченясь.
- Что? – заморгал он, почти поверив. Но через секунду понял, что я прикалываюсь и, обреченно вздохнув, привычным движением откинул синеватые волосы со лба. – Зачем ты все передвинула?
- Вытирала пыль, - пожала я плечами. – А что у тебя там были записаны важные данные? - произнесла я известную шутку, посмеиваясь. К слову, у Гиймона реально были выковыряны какие-то заметки ножом по деревянному плато стола и даже на стене. - Вот это я переписала со стен на листочки, - вытерев руки, протянула я опешившему вервольфу бумажку.
- Что это? – принял он лист с закорючками из моих рук.
- Знаки, которые ты повсюду навыковыривал, - объяснила недолекому Волку. – Это же руны, как у тебя на теле? Они важны? Я всё аккуратно перекопировала.
- Это-о... Спасибо, - выдавил вервольф из себя, поперхнувшись. Ах, да это же смешок из него выскочил, усердно скрываемый от меня!
Ну и ладно. Особых изливаний и благодарностей я и не ждала. Так что «спасибо» сгодится.
- А чем пахнет? – спросил Гиймон, отворачиваясь к сложенным стопками книгам и бумагам, а также «букетам» из завернутых в рулоны писем в корзинках.
- Обедом, - наблюдала я за парнем, вдыхавшим аромат жаркого, прикрыв от удовольствия глаза. – Он не отравлен, - поддела его. - Я уже ела, но могу съесть пару ложек и при тебе, чтоб убедился.
- Ты умеешь готовить, - изумленно проговорил он, пропустив мое замечание и выложив большую порцию еды в металлическую тарелку, блестящую чистотой.
- Это несложно, - сказала я, чувствуя, как в сердце прокрадывается непрошеная жалость к одичавшему тут вервольфу, который с радостью набросился на простую пищу.
Он себе не готовил?