Лунная пленница Синего узника (СИ)

- Это долго, - буркнул жующий оборотень.
- Э-эм... конечно, - согласно кивнула, решив не рисковать.
Еще психанёт и начнет швыряться кастрюльками в поисках подходящей для подогревания пищи! Как только что поступил с одеждой.
К слову, разбросанное белье вервольф потом заботливо подобрал, нежно запихнув всей помятой кучей обратно в выдвижную полку. Последняя ожидаемо не пожелала закрываться, подавившись белым пригорком рубашек. А потому была сурово наказана пинками вплоть до частичного захлопывания.
- А чем ты обычно занимаешься? – спросила, наевшись досыта нормальной, твердой, трудно разжевываемой едой для человеков, а не рыбьих сестер.
Вку-у-снооо. Но надо бы как-нибудь потом объяснить этому пушистику клыкастому, сколько кипятят мясо до полной готовности.
- Мне просто любопытно, как ты проводишь свободное время, - дружелюбно пояснила я свой допросик.
- Свободного - почти не бывает, - буркнул он, не поднимая головы.
- А несвободное на что тратишь? - не желала униматься моя общительность.
Гиймон лишь вскинул на меня недовольный взгляд и, ничего не ответив, опустил его вновь к своему высокобелковому салату.
- Читаешь, гуляешь?.. Ловишь мне подобных? – подсказала я.
- Сирен я сегодня видел впервые, - запил он обычной водой свой простой обед.
- У моря ты был более разговорчивым, - вздохнула, поняв, что поболтать не удастся.
- Сказалось пережитое волнение, - сухо отрапортовали мне. – Под воду меня раньше тоже не утаскивали.
- И ты только сейчас решил обидеться? – фыркнула я. – Знаешь, на меня раньше тоже кандалы не надевали. Но я же с тобой говорю!
- Я тебя об этом не прошу, - встал он из-за стола, даже не подумав прибрать за собой. – Если не будешь доедать, то остатки еды лучше вернуть в морозильный шкаф.
- А где ты моешь посуду? – заозиралась я в поисках раковины.
- Этажом ниже есть несколько уборных. Только тарелки там не оставляй, Мегеры унесут, - предупредил вервольф.
- Ла-а-адно...
"А как мне теперь идти туда одной? Среди ночи. А если мне приспичит нужду справлять?!" - пронеслось в голове хаотичным роем.
Но вслух решилась лишь на главный вопрос:
- А они опасны? - облизнула я пересохшие губы.
- Кто?
- Мегеры.
- Не всегда, - успокоили меня.
- А на этом этаже нет ванной? На случай, если мне будет нужно. Ночью, - пояснила ему как могла.
- Зачем тебе подниматься сюда, если в твоей комнате есть своя, смежная уборная? – решительно не поняли мы друг друга.
- В моей комнате? У меня будет отдельная комната?
У МЕНЯ БУДЕТ СВОЯ КОМНАТА!
А жизнь-то налаживается.
- Ты надеялась, что я сегодня же впущу тебя в свою постель? – хмыкнул он, пренебрежительно закатив глаза. – Я что, по-твоему, совсем безмозглый – лечь с той, что мечтает прикончить меня во сне и смыться в море?
- Продолжишь ухмыляться в том же духе, и вправду захочу прибить, - предупредила его, взявшись за кривую подставку догорающей свечи, чтобы забрать ее с собой вниз.
Оборотень дёрнулся так, словно решил, что я сейчас в него подсвечником металлическим запущу. Не сказать, чтобы мне не хотелось после его самовлюбленных слов, но я же неадекватная Сирена! И поэтому пока дам этому грубияну шанс.
И потом личная комната всё же стоит того!
- Покажешь, где мне спать? – хмуро спросила Гиймона.
- Идем, - пропустил он меня вперед, но отнюдь не из вежливости. Скорее, боялся, что я заеду ему сзади по макушке тяжеленной свечой.
- «Комната» было громко сказано, - скептически рассматривала я любезно предоставленную мне коморку.
- Кровать там, - показал вервольф на односпальную пришелицу из эпохи ренессанса, спрятанную под полог, изъеденный табуном моли.
- Угу, - мрачно кивнула я. – А дверь тут запирается?
Не хотелось бы по ночам принимать в гости вороватых Мегер.
- Конечно, - услышала я за спиной. – Иначе пришлось бы тебя привязать.
- Что? – слишком поздно обернулась я на сказанное, застав лишь характерный щелчок закрывающегося дверного замка.
Этот гад меня запер!
 Глава 11. Моника. 
 
- Эх, никакая ты не комната, - печально сообщила я своему новому дому. – Ты самая, что ни на есть, тюремная камера. А я, выходит, недобитая утопленница, недовоспитанная Сирена, а теперь еще и недопроверенная на пригодность узница, - насмешливо посмотрела туда, где скрылся мой надсмотрщик.
И основной плюс тут именно в том, что оборотень не лишен благородства. Раз, несмотря на все свои угрозы и оскорбления, все же не тронул меня.
Или побрезговал прикасаться к «морской хищнице». Правда, его «Рыбка» и особенно «Малёк» звучали даже как-то ласково.
Кхм, чудаковатый он тип...
Но привлекательный. Даже чересчур. До такой степени, что даже лежа в этой постели, десятисантиметровую пыль из которой вытряхивала минут сорок, я продолжаю рисовать перед глазами фантастические волосы, окаймляющие неотесанную харизму моего сказочного похитителя.
Любопытно, а Сирены подвержены Стокгольмскому синдрому?..
***
- Если Вы намерены проспать до полудня, юная леди, то я, пожалуй, откажусь от осмотра, - упрекнули меня, не дав, как следует очнуться и понять: тону я или всплыла где не надо...
- Доброе утро, - зевнула, приоткрыв непослушное веко, чтобы взглянуть одним глазком на говорившего.
У изножья кровати, скрестив руки на груди, стоял расфуфыренный моложавый франт в белоснежной рубашке, строгом камзоле и...
- А где цилиндр? – подавив следующий зевок, спросила я.
- Хвостатые Бовы, опять артефакт-переводчик барахлит, - недовольно пробормотал себе под нос викторианский пришелец средних лет. – Возможно, Вы имели в виду колбу? Пузырьки я обычно с собой не таскаю Наткнешься ненароком на Орка, и всё вдребезги, знаете ли. Или, может, речь идёт о пилюлях?
- Вы доктор? – спросила, пытливо разглядывая вполне себе живого призрака из восемнадцатого века.
- Можно просто Док, - улыбнувшись краешком тонких губ, представился он. – Меня просили осмотреть Вас и убедиться, что переход прошел без осложнений.
- Из воды на сушу? Да, удушьем, как видите, не страдаю, - в тон ему ответила, привстав на постели. – А мне казалось, Гиймон живет на острове один, - вопросительно выгнула я бровь, ожидая объяснений от беспардонно-вежливого субъекта, без разрешения проникшего в мою комнату.
- Так и есть, - не смущаясь, принялся он меня рассматривать, заглядывая поочередно в глаза, приподняв веко. – Озерный Гиймон – единственный вервольф на острове. Могу я присесть?
- Ну-у, вошли Вы без позволения, - укорила его.
- Простите меня за эту бестактность, - извинился он, тем не менее, рассевшись на моей кровати, не дожидаясь этого самого позволения! – Мне давным-давно пора к пациентам, а Вы так и не изволили проснуться. Болит где-нибудь?
- Не-е-ет, - следила я за Доком, как ни в чем не бывало измерявшим мне пульс на запястье.
- Головокружение, тошнота, дискомфорт? - перечислял он, получая мои отрицательные ответы на все. – Бред, галлюцинации?
- Помимо Вас? Никаких, - качнула я головой.
- Так я и думал, - озарилось его лицо удивительно тёплой улыбкой.
- Получается, на острове всё таки живут люди? – с надеждой уставилась я на беспонтового типа, приподнявшего моё лицо ладонями и нащупывающего что-то под нижней челюстью. – Это надменное четвероногое себя считает одиноким только потому, что не воспринимает человека равным? – возмущенно корявила я слова из-за пальцев Дока у себя на подбородке.
- Отлично. Лимфатические узлы не увеличены. Жабры исчезли. Рефлексы в норме, - неожиданно постучал он чем-то по моему колену, вперемежку сыпая современными терминами и абсолютно противоестесственными. – Уровень магических всплесков в пределах допустимого... Нет, Гиймон не из тех, кто считает свою расу высшей. Просто ему трудно дается общение.