Избави нас от зла

Миледи внезапно насторожилась и замерла.
— В чем дело? — спросил Роберт. — Там что-то есть?
Миледи медленно поворачивала голову, продолжая принюхиваться к запаху ветра, потом направилась к стене и дошла вдоль нее до самой калитки. Там она обернулась к Роберту и шепотом спросила:
— Куда отправилась Маркиза?
— Поискать, чем бы подкрепиться после нашего долгого путешествия.
— В таком случае я боюсь даже подумать… — она осеклась, снова понюхала воздух и прошипела: — Быстрее!
Роберт удивленно уставился на нее, но Миледи не стала останавливаться, чтобы что-то ему объяснить. Вместо этого она провела его за собой под церковной галереей. Потом они двинулись в направлении постоялого двора. Внезапно послышался звук шлепающих по грязи ног.
— Там! — закричала Миледи, показав на церковную ограду.
Роберт увидел мертвеца, потом второго. Оба существа тяжелой, неуклюжей поступью брели вдоль ограды, глаза их сияли, из оскалившихся обломками зубов ртов с клочьями почерневших остатков губ доносилось рычание. Внезапно один из них набросился на юношу. Падая под тяжестью этого создания на землю, Роберт недоумевал, каким образом мертвец мог так неимоверно быстро двигаться. Но на размышления у него было не больше секунды, потому что челюсти напавшего существа уже были широко раскрыты и желтая слюна капала ему на лицо. На мгновение это ослепило его, он мог только чувствовать запах, но не видел жаждущий утоления голода рот. Дыхание поднявшегося из могилы мертвеца было невыносимо зловонным, приторный запах гниения смешался в нем с запахом жирной влажной земли. Роберт инстинктивно поднял руку, чтобы уберечься от этого зловония, и коснулся лица мертвеца. Он вцепился в него так крепко, что остатки плоти стали, казалось, просачиваться сквозь пальцы. Но мертвеца это не остановило, и рука под тяжестью его тела увязла в грязи. Роберт отчаянно заморгал и открыл наконец глаза, встретившись взглядом с навалившейся на него тварью. Голодное сияние глаз мертвеца было ужасающим. Но едва он взглянул в глаза Роберта, как огонь стал угасать, а потом внезапно вовсе пропал. Его взгляд замер, став холодным, мертвым взглядом трупа. Роберт почувствовал, что хватка руки, державшей его за горло, тоже ослабла. Выбираясь из-под трупа, он вспомнил, что и первого мертвеца, на кладбище, напугал его взгляд. Он поднялся на ноги, вытащил шпагу и нанес удар в грудь неподвижно лежавшей твари. Раздался пронзительный вопль, мертвец стал корчиться, пытаясь уползти прочь. Роберт снова вонзил шпагу и на этот раз почувствовал, что она вошла во что-то мягкое, наполненное влагой. Из раны брызнула струя пузырящейся черной жидкости. Она маслянистой лужей растеклась по груди поверженной твари, потом полилась в грязь.
— Вы попали в сердце. Теперь с ним покончено.
Роберт обернулся. Возле него стояла Миледи. Ее плащ был порван, волосы растрепаны и развевались на ветру. Одной рукой она приглаживала локоны, другой показала на второе неподвижное тело, лежащее в грязи. Роберт подошел к нему. Он узнал украшенную драгоценностями рукоятку кинжала Миледи, пронзившего грудь этого мертвеца, наклонился и вытащил его, а затем вытер о свой плащ и протянул ей. В смятении она провела большим пальцем руки по лезвию.
— Впервые, — пробормотала она негромко, — поднявшийся из могилы мертвец не стал повиноваться мне.
Она подобрала полы порванного плаща и посмотрела на труп.
— Это странно, — повторила она, вскинув брови, — очень и очень странно.
— Разве так необычно, что эти мертвые твари не подчиняются вашим командам? — спросил Роберт.
Миледи утвердительно кивнула.
— Это происшествие просто не с чем сравнить. Почему, Ловелас, вы продолжаете оставаться защитником всеобщего равенства, так и не пытаясь понять природу мира? Неужели вам не доводилось видеть, как кто-то великий властвует над людьми ничтожными, хозяева — над рабами? Это можно наблюдать повсюду, и цепь такого подчинения бесконечна.
Роберт не был уверен, горели ее глаза насмешкой или в них был жар стремления втолковать ему что-то всерьез.
 
— Эта тварь, — продолжила она, ткнув труп носком сапога, — должна была трусливо бежать от одного моего взгляда.
Она задумчиво помолчала.
— И все же этот мертвец не испугался, — снова заговорила она и пристально посмотрела в направлении конюшни. — А коль скоро это так, я боюсь за Маркизу.
Больше не медля ни секунды, она поспешила вглубь двора. Возле самых ворот внутри конюшни кто-то лежал на соломе. Когда подошел Роберт, Миледи уже склонилась над неподвижным, неловко изогнувшимся телом Маркизы. Ее глаза были закрыты. Миледи вытащила из-под плаща кинжал и провела его лезвием по своему запястью. Порез обагрился тонкой полоской крови, и она прижала рану к губам Маркизы.
— Она пьяна, — сказала Миледи и кивнула головой в знак подтверждения своей догадки.
Маркиза шевельнулась и застонала, потом внезапно скорчилась и стала судорожно цепляться за солому. Из груди Маркизы вырвался новый стон, и ее начало рвать. Растекавшаяся по соломе рвота была густой и черной. Это похоже на кровь, которая хлестала из груди заколотого мертвеца, подумал Роберт.
— Что это было? — прошептала Миледи. — Что вы пили?
— Кровь, — тяжело дыша, ответила Маркиза. — Не знаю почему, но она ядовитая.
— Что?! — воскликнула Миледи. — Не напились ли вы крови этих восставших из могил мертвецов?
Маркиза дала волю еще одному позыву рвоты, а потом едва заметно утвердительно кивнула.
— Я не стала бы этого делать, — заговорила она, с трудом переводя дыхание, — если бы не мое любопытство. Когда я повстречалась с этими тварями, они не подчинились моим командам. Вот я и решила попробовать их на вкус, чтобы точно знать, какого сорта эти шатающиеся по ночам мертвецы. Смотрите!
Она подняла вверх руку. Роберт едва разглядел в темноте небольшие язвочки, обезобразившие мраморную белизну ее кожи.
— Кровь брызнула мне на руку, — прошептала Маркиза, — когда я перерезала одному из них горло. Ее прикосновение обжигает словно ртуть.
Миледи бросила на нее изумленный взгляд.
— Так вы никогда прежде не встречались с такими созданиями? — спросила она. — Вы не знаете, что заставляет их подниматься из могил?
Маркиза потянулась к запястью Миледи и лизнула рану еще раз.
— Тадеуш говорил мне о них, — ответила она наконец. — По его словам, он видел их великое множество в одной из деревень Богемии.
— Оттуда они и пришли? — спросил Роберт.
— Тадеуш утверждал, — сказала Маркиза, недовольно скривив свои тонкие губы, — что они пронизаны дыханием Первого во Зле.
— И он оказался прав? — спросила Миледи.
Маркиза помахала перед ее лицом рукой с отметинами.
— Вы сами видели этих тварей.
— Значит, мужчина, — заговорил Роберт, судорожно вздохнув, — тот человек из моей деревни, который принес сюда чуму…
— Был не человек, — перебила его Маркиза, — хотя все эти поднимающиеся из могил, существа когда-то были людьми.
Она с трудом поднялась на ноги.
— Мы должны их уничтожить, — проговорила она хриплым шепотом. — Потому что они опасны и ведут себя странно. Здесь этих тварей немало, и, боюсь, их число все время растет.
В тот же миг послышался шум, будто кто-то колотил кулаками по дереву, и раздался пронзительный крик. Грохот повторился. Роберт, вышедший из конюшни первым, показал рукой в сторону дома и сказал:
— Я оставил там девушку.
Он прищурил глаза. Буря уже стихла, и сквозь дымку моросящего дождя он разглядел темные фигуры. Некоторые столпились у двери, другие забрались на крышу, несколько тварей, подобно слизнякам, подползали к закрытым ставнями окнам. Роберт бросился бегом через двор. Внезапно раздался треск, и дверь осталась болтаться на одной петле. Роберт услыхал приглушенные рыдания, доносившиеся из дома. Мертвецы все разом протискивались в дверной проем.
— Нет! — закричал он. — Нет!
Поднявшиеся из могил существа обернулись на его крик, потом замерли. Роберт бросил взгляд назад. Маркиза и Миледи были уже рядом с ним, и какое-то мгновение он думал, что это они, владычицы ночи, заставили окаменеть мертвецов. Но потом, едва он сделал шаг вперед, эти мерзкие создания задрожали и покорно опустили головы. Он понял, что они струсили именно перед ним.