Избави нас от зла

— Я не должен был говорить вам, — нарушил он наконец молчание, обращаясь к одному только капитану Фоксу ставшим вдруг низким и угрюмым голосом, — но, боюсь, эта новость очень скоро станет известна всем. Дни Английской республики сочтены, Джон. Говорят, не за горами день, когда от Парламента не останется и следа. Армия готовится к походу на Лондон. — Он помолчал и добавил: — Король ждет в Голландии часа, когда снова будет возведен на трон.
Капитан Фокс пожал плечами:
— С тем же успехом, с каким ждал прихода этого часа предыдущие семнадцать лет.
— Не будьте наивны. — Полковник Секстон обошел вокруг стола, чтобы встретиться взглядом со своим подчиненным. — Вы вполне отдаете себе отчет в том, что я имею в виду. Если король будет восстановлен в правах, Джон, их получат обратно и все его люди.
— В этом пока нет ясности, — упрямо возразил капитан Фокс.
— Нет. Но это вполне вероятно.
— Тогда тем больше у нас оснований начинать действовать прямо сейчас.
— Я не могу позволить вам вторгнуться в имение Уолвертонов.
— Почему, сэр?
— Я уже говорил вам.
Капитан Фокс прищурился:
— Потому что могут вернуться люди короля и вы боитесь потерять должность? Насколько я помню, сэр, прежде вы не боялись кавалеров.
Кровь мгновенно отхлынула от лица полковника Секстона. Он сжал кулаки, потом очень медленно разжал их.
— Такое, — прошептал он, — я не позволил бы ни одному другому из моих людей.
— Конечно нет, сэр, — сказал капитан Фокс и учтиво поклонился. — Так у меня есть ваше разрешение проникнуть в этот дом, если я вас правильно понял?
На губах полковника Секстона промелькнула едва заметная улыбка.
— Вам всегда удавалось на скаку вцепиться в гриву своей удачи, капитан.
— Да, сэр.
— Хотя в данном случае, как мне кажется, это мало похоже на везение. Храни вас Провидение Господне.
— Оно хранит нас всех.
По лицу полковника Секстона снова пробежала легкая улыбка.
— А если вы ничего не найдете? — спросил он, помолчав. — Если дом в имении Уолвертонов пуст, что тогда?
Капитан Фокс бросил взгляд на мистера Обри.
— Это не последняя наша ниточка, — сказал он. — Неисповедимы пути Господни.
Повернувшись к своему командиру, он пояснил:
— Возможно, мы ничего не найдем там, сэр. Но есть и еще один след, по которому мы можем пойти. Я и просил вас о нашей встрече именно здесь, чтобы свободно обсудить ситуацию в присутствии мистера Обри, который должен из первых уст узнать то, что об этих преступлениях известно нам, и в равной с нами мере принять участие в преследовании врага, злоба которого в противном случае способна восторжествовать над всеми нами.
— В противном случае, капитан? — переспросил полковник Секстон. — В противном случае? Выходит, присутствие здесь мистера Обри в самом деле так важно? Я согласился на вашу просьбу о его участии в разговоре, даже не понимая, для чего это нужно, потому что всегда доверял вашей безупречной интуиции и полагал, что истинная причина вскоре станет ясна сама собой. Но ясности пока нет.
Он повернулся к продолжавшему понуро сидеть в кресле мистеру Обри, окинул его изучающим взглядом и нахмурился.
— Я все еще не понимаю, каким образом он сможет нам помочь, — пробормотал полковник и снова взглянул на капитана Фокса. — А вы таки хотите убедить меня, что он выведет нас на Уолвертона?
— Сможет вывести, если мы попросим его об этом.
— Каким образом?
— Он занимается составлением описаний памятников старины Уилтшира.
— Почему это может представлять для нас интерес?
— Я уже говорил вам, полковник. Мы охотимся за злом, а зло затаилось и выжидает в этих древних сооружениях, разбросанных здесь повсюду. Не так ли, мистер Обри?
Мистер Обри пожал плечами, завертелся в кресле и почесал голову.
— Возможно, — заговорил он, заикаясь, — в определенном смысле, как я полагаю, это так. В этом вопросе много неясностей, и я не могу это утверждать с полной уверенностью.
Но историк уже овладел собой. Это сразу стало заметно по движению его головы, в которой он словно встряхивал мысли. Видимо, поэтому, когда мистер Обри заговорил снова, его язык едва поспевал за ними.
 
— Эти памятники старины очень древние, — начал он свои объяснения, — поэтому сохранилось совсем немного записей, так что действительно очень трудно сказать… И все же я думаю… Да, я в самом деле думаю, что если кто-то осматривает их прямо на месте, интерпретирует то, о чем говорится в легендах и старинных рассказах, и дает своим предположениям обрести крылья, то он… Да… Он сможет доказать… Пожалуйста, не улыбайтесь. Доказать, что эти памятники использовались жрецами ужасных богов… Возможно, друидами… В качестве мест для жертвоприношений… В темных рощах или в тени камней… Где они лишали свои жертвы живой крови.
Полковник Секстон сдвинул брови:
— Так же, как были лишены крови нынешние жертвы?
Капитан Фокс нетерпеливо пожал плечами и ответил:
— Мы же знаем, что Уолвертон был колдуном и поклонялся духам зла.
— Но девочка, крохотный младенец? Ведь она была оставлена прямо в соборе.
— Наверняка в Часовне Богоматери? — воскликнул мистер Обри и повернулся к капитану Фоксу, ожидая подтверждения своей догадки. Получив его, он пояснил свою прозорливость: — Часовня Богоматери была самой первой постройкой Кафедрального собора. Почему ее возвели именно там? Нам известно из старых записей, что церкви очень часто строились на местах бывших святилищ язычников. Я предлагаю теорию — для большей определенности всего лишь предположение, — что Кафедральный собор был воздвигнут как раз на таком месте.
Полковник допустил справедливость такой точки зрения и спросил:
— И что же вы предлагаете? Считать, что значение имеют не только даты убийств, но и места их совершения?
Капитан Фокс согласно кивнул, но ответил на его вопросы собственными:
— Разве это не кажется возможным? Можно ли сказать, что в строении нашего мира предусмотрено не только добро, но и зло? Не могли ли эти знаки зла быть распознаны каким-нибудь почитателем Навеки Проклятого и отмечены, чтобы потом, как и в древние времена, оросить их невинной кровью?
— Значит, вы совершенно уверены, что произойдет и еще одно убийство?
— Я совершенно уверен в этом независимо от того, есть какой-то знак или его нет.
— А если этот знак существует, каким образом он укажет на грядущее убийство?
Капитан Фокс кивнул в сторону мистера Обри и вновь обратился к полковнику:
— Теперь вы поняли, сэр, как необходимо было присутствие на нашем совещании знатока старины? Мне кажется, мистер Обри лучше всех в Англии сможет определить, когда и где произойдет следующее убийство.
— В таком случае, сэр, на вас ложится тяжкая ответственность, — произнес, полковник Секстон, пристально глядя на мистера Обри. Он поднялся из кресла и положил руку на плечо историка. — Ниспошли вам Господь путеводную звезду в ваших исследованиях. Дай вам Боже открыть истину, которая спасет нас всех.
— И да вознаградит Он вас за ваши труды, — добавил капитан Фокс, — и позволит нам схватить человека, которого мы ищем, чтобы разрушить его планы.
— Аминь, — торжественно произнес полковник Секстон, склонив голову, — Господи, помоги нам. Аминь.
  
 
 
 
 
«Немудрено,
 
Что золото в Аду возникло. Где
 
Благоприятней почва бы нашлась,
 
Дабы взрастить блестящий этот яд?»
 
 
Джон Мильтон. «Потерянный рай»
 
(перевод Арк. Штейнберга)
 
 
Эмили Воэн сидела на корточках возле стены, подглядывая сквозь щель в каменной кладке. Ей были видны две крытые повозки, остановившиеся перед фасадом господского дома имения Уолвертонов. Возле них находился всадник. Кожа его лица казалась светящейся; ее бледность подчеркивалась чернотой густой курчавой бороды. Эмили вздрогнула. От одного присутствия этого всадника веяло холодом. Она не вполне была уверена в этом, но ощутила холодок, едва увидев его скакавшим по деревенской дороге. Чем ближе она подходила к стене, тем больше жалела, что решила проследить за ним.