Возмездие леди Гамлет

Отчего ее голос кажется Галине таким неприятным? И улыбка фальшивой? Эти губы морковного цвета…
– Оставьте все, – процедила Галина, – я сама разберу. И отдам вам в стирку, что нужно.
Ей отчего-то было противно думать, как чужие руки будут копаться в ее вещах.
– Как угодно. – Горничная оскорбленно поджала морковные губы.
Галина переоделась в джинсы и неброскую курточку и спустилась в гараж, чтобы выбрать машину.
Выбирать можно было между стильным двухместным «Ягуаром» и строгим черным BMW. Она хотела было взять «Ягуар», но тут вспомнила странную интонацию адвоката и остановилась на BMW как на менее приметной машине.
Не успела она взять ключи и открыть ворота, как в гараже появился Виктор – тот охранник, который принес ей телефон.
– Галина Леонидовна, – проговорил он озабоченно. – Вы куда-то едете?
– А что? – Она с раздражением взглянула на Виктора. – Я что – под домашним арестом? Я должна отчитываться обо всех своих перемещениях? Отчитываться… перед тобой? – Она смерила его презрительным взглядом, демонстрируя всю нелепость такого предположения.
Этот охранник ей не нравился. Он не понравился ей с самого начала – нагловатый мужик, непочтительный. Еще не понравилось ей, что с террасы она заметила, как уезжал Сергей Михайлович и как этот Виктор стоял рядом с машиной и внимательно слушал, что тот ему говорил. И головой кивал – не сомневайтесь, мол, все будет сделано. То есть управляющий ему приказы отдает. А этот Виктор его слушается. И вот интересно, что этот Сергей Михайлович делал тут сегодня? Зачем он вообще притащился, если матери дома нет? И ведь не спросишь… Но с охранником наглым она разберется.
– Так вы ждете моего отчета? – повторила она спокойно. – Кто это ввел такие новшества?
– Что вы, конечно нет! – Виктор чуть заметно отступил. – Просто… я могу отвезти вас куда нужно. Это будет быстрее и безопаснее.
– У вас что – здесь нет никаких дел? По-моему, вы должны охранять дом! Тем более что вашего сменщика теперь нет…
– Да, конечно, – окончательно смутился охранник. – Но Ренат Рустамович поручил мне охранять вас… вы давно не были в России, здесь очень опасное дорожное движение, и вообще…
– Передайте Ренату Рустамовичу, что я прекрасно умею водить и сама могу за себя постоять! – сказала Галина. – Я отлично помню, какое здесь движение, и… и вообще!
– Как скажете!
– Именно так!
Галина села за руль, раздраженно хлопнула дверцей. Гаражные ворота поднялись, и она выехала на дорожку.
Вскоре Галина катила по трассе «Скандинавия».
Дорога оказалась лучше, чем она думала, пробок не было, поэтому можно было держать хорошую скорость. Поглядывая в зеркало заднего вида, она увидела позади темно-синий «Фольксваген».
Другие машины появлялись и исчезали, обгоняли ее или отставали, и только этот «Фольксваген» держался позади как приклеенный. Галина прибавила скорость – но он не отстал; немного притормозила – и синяя машина тоже замедлила ход.
Справа показалась автозаправка.
Бак был полон, но Галина свернула к заправке, остановилась около магазинчика.
Синий «Фольксваген» проехал мимо и скрылся из виду.
Она решила, что стала чересчур подозрительной, и поехала дальше. Больше машина не попадалась ей на глаза.
В городе движение было куда труднее, чем на трассе, но спустя полтора часа Галина все же выехала на Московский проспект и остановилась возле сада «Олимпия».
Сад этот не такой большой, и вскоре она обошла все его дорожки. Как и в ее воспоминаниях, эти дорожки были усыпаны осенними листьями, по ним с радостным визгом носились дети и собаки, хозяева этих собак и родители детей следили за ними со снисходительным умилением.
Адвоката нигде не было видно.
– Да что же это такое! – в сердцах проговорила девушка, остановившись посреди аллеи. – Сам назначил здесь встречу и не явился…
Тут к ней подошла дворничиха-таджичка, которая старательно сметала с дорожки осенние листья.
– Дэвушка, – проговорила она вполголоса. – Тэбя Галя зовут?
– Ну, допустим, Галя!
– Тогда это тэбя мужчина ждет!
 
– Мужчина? Какой мужчина?
– Какой? Приличный мужчина! – проговорила дворничиха с почтением. – Очень приличный!
– Где он? – Галина понизила голос, сообразив, что речь идет, несомненно, об адвокате.
– Пойдем. – Дворничиха поманила ее.
Галина пошла за ней. Они миновали уже знакомые дорожки, прошли мимо павильона кафе, свернули за него. Там, среди кустов, стояла еще одна скамейка, которую Галина не заметила в первый раз. И на этой скамейке сидел Альберт Францевич Стейниц.
– Спасибо, Зульфия! – сказал адвокат и протянул дворничихе купюру. Купюра молниеносно исчезла в кармане женщины, и сама дворничиха столь же быстро исчезла за кустами.
Последний раз Галина видела Стейница на похоронах отца. С тех пор прошло всего два месяца, но ей показалось, что он заметно постарел. Всегда полный, вальяжный, представительный, сейчас он выглядел так, как будто из него выпустили воздух.
– Здравствуйте, Альберт Францевич! – произнесла Галина, подходя к скамейке. – Вы хотели со мной поговорить?
– Да. – Он галантно привстал, показал ей на скамью рядом с собой. – Простите за все эти предосторожности…
– Да уж, – фыркнула Галина. – Кто это вас так напугал?
– Поверьте, для этого есть причины!
Галина села рядом с ним на скамью, перевела дыхание.
– Итак, о чем вы хотели поговорить?
– Вы должны это знать, – произнес адвокат, понизив голос. – Ваш отец оставил четкие указания на случай своей смерти. Четкие и подробные указания.
– Ну да, он оставил завещание, – удивленно ответила девушка. – Так делают все обеспеченные люди. Вы помните – я присутствовала на его оглашении…
В памяти всплыли те ужасные дни. Мама, бледная до синевы, все время прижимающая руку ко рту, чтобы удержать рыдания, она сама, наглотавшись успокоительных таблеток, воспринимает окружающее как во сне. Какие-то люди суетятся вокруг, все сливается в немыслимый хоровод, а когда ей удается ненадолго прийти в себя, сердце ранит страшная мысль: отца больше нет.
– Это не все! – сказал адвокат. – Помимо основного завещания, которое я тогда огласил, он оставил еще одно распоряжение. Оно помещено в отдельный конверт, который должен быть вскрыт, когда вам исполнится двадцать пять лет.
– Вот как? – Галина улыбнулась. – Папа оставил для меня какой-то сюрприз? Ну что ж, очень скоро я узнаю, какой именно: до этой знаменательной даты осталось чуть больше месяца! Нужно подождать совсем немного…
– Совершенно верно, но отнеситесь к этому серьезно. – Альберт Францевич нахмурил брови. – Боюсь, кто-то не хочет, чтобы воля вашего отца была выполнена и этот конверт попал в ваши руки.
– Да? Почему вы так думаете?
– Представьте себе, вчера ночью мой офис взломали. Все перевернули вверх дном, многие бумаги привели в негодность. Видимо, что-то очень усердно искали. К счастью, я подозревал, что такое может случиться, и предусмотрительно положил предназначенный для вас конверт в надежное банковское хранилище.
– Вот как? – Галина все еще слушала адвоката с недоверием. – А почему вы так уверены, что целью грабителей был именно этот конверт? Может быть, они искали что-то совсем другое! Возможно, они просто хотели денег, как все грабители!
– Во-первых, деньги, которые были у меня в офисе, они не тронули. Во-вторых – насколько я понимаю, этот конверт, точнее, его содержимое – самое важное, что хранилось у меня. И в‐третьих… честно говоря, у меня имеются еще причины так думать, но я не хотел бы их вам озвучить. – Адвокат замешкался, пристально взглянул на девушку: – Не потому, что не доверяю вам, – упаси боже! – но потому, что не хочу взваливать на вас еще какие-то неприятности.
– Ну, я не знаю… – протянула Галина. – Но для чего, собственно, вы меня сюда пригласили? Только для того, чтобы рассказать о взломе вашего офиса?
Она едва не сказала ему «для того, чтобы меня напугать», но предпочла использовать более нейтральную формулировку.