Герои подполья. Выпуск 1

Особое внимание было уделено комплектованию подполья в областном центре — в Витебске. Необходимо было сделать все, чтобы враг не смог использовать для своих нужд созданную за годы Советской власти мощную промышленность города. В Витебске было оставлено свыше 50 подпольных организаций и групп, объединявших более 700 патриотов. Обком и горком партии особое внимание обратили на конспирацию: подпольные организации строились по принципу замкнутых цепочек. Это означало, что руководителя подпольной организации (группы) могли знать не более двух–трёх подпольщиков. В свою очередь каждый член подпольной группы имел связь лишь с двумя–тремя товарищами. Горком партии осуществлял связь с подпольными организациями через глубоко законспирированных лиц. Такая организация гарантировала подполье от больших провалов даже в случаях, когда фашистам удавалось обнаруживать его отдельные звенья.
Подбор руководителей подполья осуществлялся непосредственно секретарями обкома и горкома партии. 6 июля 1941 года в обком партии были вызваны многие партийные работники. Каждый из них был приглашён на индивидуальную беседу с В. Г. Ванеевым и секретарём обкома КП(б)Б И. А. Стуловым. Затем состоялось совещание отобранных для подполья партийных работников. Был обсуждён конкретный план ближайших действий, установлены явки, пункты встреч, способы связи подпольщиков с партизанами, места тайных складов оружия, пропагандистских материалов, медикаментов и т. д. Места явок для встреч с членами центра были назначены в Поддубье Витебского района, в городе Сураже, в Лиозненском, Оршанском, Бешенковичском районах, в деревне Встречки Велижского района и в деревне Слобода Понизовского района Смоленской области.
Широкая сеть подпольных явок была создана в Витебске. Одна из них помещалась в 1–м Пожарном переулке, в доме одного из организаторов подполья, председателя фабкома обувной фабрики «Красный Октябрь» коммуниста З. С. Балашева, другая — в Безымянном переулке, в доме бывшего директора мебельной фабрики коммуниста Е. Л. Иванова. Местом встреч подпольщиков были квартиры работника облисполкома А. Е. Белохвостикова, А. С. Стояковой, П. И. Гауберг, М. Я. Мартышунаса, М. К. Оскер, Ф. М. Шалаевой, О. С. Свечкиной и многих других патриотов. В доме бывшего шофёра облисполкома Петрова подпольщики хранили оружие, накапливали тол для диверсий. Таким образом, захватчики встретились в Витебске не только со стихийными партизанскими действиями населения, но и с организованным подпольем.
Для организации подполья в Витебске были оставлены секретари Железнодорожного райкома партии И. Г. Григорьев, Б. К. Семенов и другие коммунисты. Григорьев и Семенов обошли намеченные ранее явочные квартиры, проделали некоторую работу по установлению связей с оставленными в городе подпольщиками, дали первые задания организациям и группам. И не успели фашисты обосноваться в городе, как начались диверсии, стали бесследно исчезать вражеские солдаты и офицеры. Одну из диверсий осуществил сам И. Г. Григорьев вместе с руководителем подпольной группы A. Е. Белохвостиковым. Заложив на железной дороге Витебск — Лосвида доставленную партизанами мину — чемодан с 20 килограммами тола, они вставили в него взрыватель от гранаты–лимонки и к чеке взрывателя прикрепили шнур в несколько десятков метров. Когда показался большой состав с вооружением, Белохвостиков по сигналу Григорьева дёрнул за шнур. Изуродованный паровоз, 7 разбитых в щепы вагонов, более 30 убитых гитлеровцев и большое количество исковерканной вражеской военной техники — таков результат этой диверсии.
Переходя из организации в организацию, с одной явки на другую, Григорьев нередко попадал в облавы, но каждый раз удачно совершал побеги и вновь с неиссякаемой энергией отдавался подготовке очередных диверсий, выпуску листовок, налаживанию связей с населением. По инициативе Григорьева в городе уже после его оккупации было создано несколько новых подпольных групп: группа Белохвостикова, комсомольско–молодёжная группа на железнодорожном узле во главе с комсомольцем Н. П. Красовским, группа комсомольцев на аэродроме, возглавлявшаяся комсомольцем Елецким, и другие.
 
Работать в городе И. Г. Григорьеву и Б. К. Семенову было очень трудно, так как их знали многие жители Витебска. В связи с этим Семенов в декабре 1941 года, а Григорьев в мае 1942 года вышли из Витебска. В дальнейшем они сражались с врагом в составе партизанских формирований.
Центральным Комитетом и Витебским обкомом КП(б)Б принимались меры по усилению руководства партизанской борьбой в зоне Витебска и самом городе. Сюда посылались представители ЦК и обкома партии для налаживания связи с подпольем, оказания ему помощи. В марте 1942 года, решением ЦК КП(б)Б в советской прифронтовой полосе была создана витебская группа обкома партии и облисполкома во главе с И. А. Стуловым. В мае 1942 года бюро обкома партии выделило специальный «Витебский куст», ответственным организатором которого был утверждён В. Р. Кудинов. Вскоре B. Р. Кудинов был назначен ответственным организатором обкома партии по городу Витебску.
7 апреля 1942 года был создан Витебский подпольный горком партии, взявший на себя руководство подпольной борьбой в городе. В состав горкома вошли В. Р. Кудинов (секретарь горкома), Б. К. Семенов и М. И. Маценко. Базировался горком партии в расположении партизанской бригады М. Ф. Бирюлина, комиссаром которой был В. Р. Кудинов.
Создание подпольного горкома весьма положительно сказалось на деятельности подпольных организаций в городе. Она стала значительно эффективней и целеустремлённей. При всём многообразии задач, которые ставил горком перед подпольными организациями, главными были: 1) проведение боевой работы (сюда входили диверсии, уничтожение фашистов и их приспешников, сбор сведений о противнике и передача их командованию партизанских формирований и частей Красной Армии); 2) организация массовой политической агитации среди населения; 3) разложение вражеского оккупационного аппарата (полиции, управ, войсковых формирований и т. д.).
В зависимости от состава, опыта и других обстоятельств подпольные организации и отдельные их члены специализировались на выполнении одной из этих задач. Но каждая из них в тон или иной мере выполняла все задачи, стоявшие перед подпольщиками, и прежде всего вела агитационную работу среди населения. Агитация в условиях жесточайшего оккупационного режима была основной формой связи подпольщиков с широкими массами советских людей. Она позволяла, с одной стороны, сохранять необходимую конспирацию организаций, так как осуществлялась главным образом при помощи листовок, а с другой стороны, давала возможность подпольщикам направлять борьбу населения против захватчиков, мобилизовывать его на срыв мероприятий оккупационных властей. Именно благодаря агитационной работе подпольщиков население не только было хорошо осведомлено о положении на фронтах и в советском тылу, в массе своей не поддавалось фашистской пропаганде, но и знало, что нужно делать для наиболее успешной борьбы с оккупантами.
Многие подпольные организации начинали свою деятельность с агитационной работы. Так, например, начала работать комсомольско–молодёжная группа под руководством комсомольца В. А. Козловского. Перед войной Козловский был внештатным председателем комиссии по военно–физкультурной работе Первомайского райкома комсомола в Витебске. Когда в город пришли фашисты, он устроился диспетчером на электростанцию. Комсомолец страстно рвался к борьбе, но не знал, с чего начать. Случай свёл его с секретарём Железнодорожного райкома партии Григорьевым. Хорошо узнав юношу, Григорьев поручил ему создать из надёжных друзей комсомольско–молодёжную подпольную группу для распространения листовок.
Однажды Козловский пригласил к себе в гости тех из своих товарищей, кому больше всего доверял. Молодые патриоты быстро нашли общий язык, но всех беспокоило одно: с чего начать? Тогда Козловский развернул перед ними свёрток с листовками обкома партии. В них говорилось: «…пролитая кровь белорусских сыновей и дочерей, чёрные пепелища городов и сел, издевательства над женщинами, тысячи убитых и искалеченных людей — вот следы пребывания фашистских палачей на нашей родной белорусской земле…