Взлет Андромеды (СИ)
Именно потому – линкор, а не яхта. Не затем, чтоб напугать русских – бесполезно, особенно если за ними стоят уже те, из-за Двери, с будущей Великой Войны – для которых этот линкор, «как пироги туземцев для капитана Кука» (слова Райана о реакции одного из пришельцев на американскую морскую мощь). Но как символ того, что Британская Империя сейчас пусть и не первая держава, но ее рано списывать со счетов. И опять же символ – мы пришли с миром, но умеем и сражаться за свои интересы.
Пора, Ваше Величество! К великому триумфу – или великой неудаче.
Серое низкое небо, мелкий дождь, ветер. Простор реки, дворцы на гранитных набережных, мосты – не иначе, царь Петр, основавший этот город, был больше европейцем, чем славянином. Правильный четкий парадный строй матросов и морпехов из команды «Вэнгарда» – мимо которого надо пройти, приветливо улыбаясь. Трап на берег – граница, за которой уже территория СССР. И толпа встречающих русских, в мундирах и штатские вперемешку. Вот они расступаются, как по команде, открывая гостям путь к ожидающим черным лимузинам. Но что это?!
Женщина, которая во главе с русской стороны – не может быть никем иной, кроме Анны Лазаревой. Елизавета очень хотела бы с ней встретиться (чтобы личное представление о столь опасном противнике составить), и даже выразила свое пожелание, чтобы эта персона также участвовала в переговорах. Но чтобы Сталин доверил посланнице оттуда, как назвал ее Райан, первой встретить гостей?! Что это может значить – что пришельцы настолько взяли власть и влияние в этом СССР? Или напротив, они не доверяют местному Вождю и стремятся все контролировать сами (с властью и влиянием, аналогично предыдущему)? Или же Двери вообще нет, и это все русская игра… не может быть, Райан ведь видел артефакт из будущего, да и события этой истории приобретают тогда какой-то дьявольский оттенок.
Что ж – кто сказал, что поединки – лишь со шпагами в руках? Дипломатические – бывают столь же остры, и влекут гораздо более опасные последствия. В том числе, и для непосредственных участников.
Трап качается – по прогнозу ожидается буря с наводнением. И первое испытание, при сходе на берег на виду у публики (а там наверняка и репортеры есть, на пленку все фиксируют) сохранить подобающий вид, не допустить нарушения приличия – если у Ее Величества подол задерет или шляпку сдует. Ведь королева Британии, это не какая-то актрисулька Лючия, журнальные фото которой даже матросы Роял Нэви где попало наклеивают, среди прочего pin-up!
И вот, они лицом друг к другу, в трех шагах. Она тоже под вуалью – чтобы по выражению глаз не прочесть скрытое. Одета – вот можно ли представить невероятное, чтобы подобие рыцарских доспехов (ткань с отблеском, похожая на металл) выглядело женственно? И любопытно, это местная фантазия, или мода оттуда?
Анна Лазарева.
Его Святейшество Папа сказал Лючии, моей лучшей подруге, что «быть святой ужасно трудно и ответственно». А мне играть роль «посланницы иных времен» – многократно сложней!
Хотя я уже сама не знаю, кто я по эпохе. Родилась в Ленинграде в двадцать втором – но уже двенадцать лет общаясь с людьми из будущего, читая их книги, смотря фильмы, слушая песни (очень полезная вещь, компьютер – в папку размером, а целая библиотека и фильмотека помещается!), я уже замечаю, что смотрю на все и думаю по-иному. И самый близкий мне человек, Мой Адмирал, в ином времени родился в 1970 – а наши дети, Владик, Илюша и Олечка, кем тогда станут? Юра Смоленцев (муж Лючии) сказал просто – «мы тут, и значит этот мир наш». И что хорошо для СССР тут – то хорошо для нас конкретно!
Юра (как и Валя «Скунс», еще один попаданец из будущего) смотрят просто – решать проблемы по мере поступления. Ага, и Наполеон так же думал «ввяжемся в бой, тогда и посмотрим», и чем он кончил? А я вот, зная будущее там, ощущаю себя как в оккупированном Минске, в кафе с фрицами, и бомба с моей сумке, уже минуты отсчитывает, и надо успеть, мило улыбаясь мрази, встать и выйти – чтобы, как нас учили, «ты жила а они сдохли». Так там я лишь одной собой рисковала – а тут, что случится может через тридцать шесть лет? Или не тридцать шесть – историю мы уже изменили, раз даже Победа настала в сорок четвертом.
«Если ты силен – показывай что слаб, если слаб – показывай силу». Американцы уверены, что СССР имеет постоянную связь с миром будущего – после того, что мы разыграли с мистером Райаном этой весной [5]. Ну а я – полномочный представитель того мира, «очень похожа даже внешне на свою прабабушку, в иной истории три года не дожившую до позора «перестройки» – здесь же она погибла в минском подполье в сорок втором, и я заняла ее место». Это я в двух словах рассказываю – разыграно же тогда было качественно, с антуражем – и американец поверил. Ну а мне теперь – приходится соответствовать!
– Ваше Величество, я рада вас приветствовать на советской земле.
Тут есть тонкость, понятная лишь знатоку протокола. И проверка – как гостья отреагирует. Ведь главу одной из мировых Держав (а Британия пока таковой является) встречать должно если не Первое Лицо страны, куда наносится визит, то кто-то из Вторых (ниже рангом лишь на одну ступень). А кому в СССР сейчас принадлежит высшая власть – нет, не товарищу Сталину, и даже не ЦК и Политбюро – а Совету Труда и обороны (подобно тому, как в Отечественную все замыкалось на Государственный Комитет Обороны – а СТО был в СССР до 1937 года, восстановлен в пятидесятом во время Сианьского кризиса, когда едва до Третьей Мировой не дошло. Кто в этот Совет входит – да почти все, кто в войну в ГКО был: председателем конечно же, Сталин, его заместитель – Берия, члены – Молотов, Маленков, Каганович, Микоян, Василевский, Пономаренко, Кузнецов (Николай Герасимович – министр ВМФ). Есть еще около двадцати «кандидатов в члены» – второй эшелон, будущая смена, как например Косыгин, Мазуров, Машеров, другие товарищи, хорошо себя проявившие в иной истории, и потому взятые на заметку здесь. Так что мне встречать королеву Британии было бы не по чину – а вот Лаврентий Палыч (курирующий от СТО и Партии – оборонку и госбезопасность) фигура подходящая. Но сейчас сидит он в машине (формально присутствуя, так что протокол соблюден). И очень нам интересно увидеть – Елизавета хоть взглядом мелькнет, недовольство показывая, или примет как должное, зная о моей роли «посла в ранге министра», так кажется это называлось в давние времена?
Тут порыв очень кстати, мы дружно за шляпки схватились, будто воинскую честь друг другу отдаем, вуаль откинуло у меня и у нее – глаза в глаза смотрим. Взгляд у нее – я такой в спарринге видела, когда в «школе» у Юрки Смоленцева на ковер выходила (и против парней, тоже случалось). Не обида и возмущение, видимым нарушением протокола – а интерес, опасение, готовность к бою. Значит, знает – ну, посмотрим, во что еще ее посвятили?
А мне сразу стало спокойно. Я перед этой – как Фай Родис из еще не написанного здесь романа, только не на чужую планету прилетевшая, а принимающая посланников враждебного мира на своей земле. Тебя учили – британскому праву, литературе, музыке, религии, что там еще? А я, после дел на Севмаше, вполне могла бы инженером-кораблестроителем работать, или в «хозяйстве» Курчатова (как сам он мне сказал). И с людьми – опыт реального управления коллективом имею, как бы не больше, чем у тебя; да и моложе ты меня на четыре года. Чему ты реальному обучена, кроме философии и этикета?
– Благодарю, миссис Лазарева. Погода просто ужасная – всегда настолько неприветлива к гостям вашей страны?
Она моей официальной должности не знает – или намек на будущий разговор «без чинов»? А про погоду – не принято у англичан представляться с порога, как у нас или американцев («привет, я Джон Уэйн из Сан-Франциско»), сначала следует о нейтральном завести. Тем более что погода и правда, поганая – дождь все сильнее, так что я втайне завидую Лючии с ее большим зонтом. Что ж – транспорт подан, Ваше Величество, и до «Астории» недалеко. А когда мы туда прибудем – то пусть хоть потоп!