Цена благоденствия (СИ)

— Наёмник из клана Речного Песка? — пьяно удивился Отис. — Что он тут забыл?
— Хозяйка наняла его охранником, когда мы ехали из Жадвиля сюда.
— Разумно, — согласился Ингерам.
— Но небось дорого, — поморщился десятник. — Этот засранец себя высоко ценит.
— Не знаю, — пожал плечами Яшка, — но Рэй остался ещё на денёк. А потом вылетел отсюда верхами и ни разу не оглянулся.
Элина, почуяв неладное, подобралась к этому столику поближе. Она стала за Яшкиной спиной, сделала знак лейтенанту, чтобы помалкивал, а сама принялась слушать. Однако Яшке сказать больше было нечего, и в разговор вступил, утирая пот, толстяк Усень.
— Я вот чего думаю, дары. Видать, Элина наша приглянулась этому самому дроу…
«Ага, я у них уже своя», — самодовольно подумала женщина.
— И начал он её обхаживать. А сам собою он видный мужик, здоровый такой, красивый, вон девки наши тоже на него засматривались, а он — ни-ни! Подавай ему хозяйку нашу, и всё!
Отис досадливо крякнул, а Усень как ни в чём не бывало продолжал рассказ:
— Но она — женщина серьёзная, а что ей дроу предложит? Меч и седло?
— Они ей не надобны! — запальчиво воскликнул Отис.
— Вот-вот! Так что, когда он к ней полез, получил от ворот поворот!
— И правильно, — поддержали Яшка и Отис в один голос.
Тут Элина не выдержала:
— Усень, что ты глупости говоришь! Рэйшен уехал по своим делам, к гномам в горы! И между нами ничего не было!
Хозяйка немного покривила душой, но это же для дела.
— Во, к гномам поехал! — Усень поднял вверх толстый указательный палец. — Небось привезёт от них золотишка или каменьев каких! Всё для неё!
— Яшка, чего расселся, марш работать! А ты, староста, шёл бы домой, а то завтра жена твоя прибежит ко мне ругаться!
Усень пренебрежительно махнул пухлой рукой. Явно набрался, потому что жену свою он побаивался.
— Я сейчас Руту позову! — пригрозила Элина. — Она с тобой разберётся!
— А что Рута? Не надо! Я и сам дойду до дома!
С этими словами староста выбрался из-за стола и грузно потопал к выходу.
  
Глава 23
 
Утром Лесная Стража покинула таверну и отправилась дозором в Дикий Лес, на самые дальние рубежи баронства. Десятник Отис старался не встречаться взглядом с трактирщицей. Зато лейтенант Ингерам дружески распрощался с ней, пообещав заглянуть на обратном пути.
Появился и молодой бард Гри, всколыхнув угасший было интерес к таверне. В зал набились женщины, чтобы послушать, как поёт молоденький парнишка. Надо сказать, Гри не подвёл. Он был юноша чуткий и хорошо понимал, где что уместно петь. Бабы подтягивали за ним припев, в особо трогательных местах утирая глаза кончиками платков. Мужики ревниво поглядывали на юношу, но он не давал повода для придирок, и местные понемногу успокоились. Элина вспомнила романс из своей прошлой жизни, наскоро напела его Гри, и тот пришёл в восторг. Вскоре вся деревня вдохновенно подпевала:
— Выпьем с горя, где же кружка?
Сердцу будет веселей!
К полуночи все разошлись по домам, и Элина проводила Гри на второй этаж.
— Вот комната, где Рэйшен останавливался. Думаю, она и тебе понравится. Места там хватает, есть куда читарру поставить.
— Эх, жаль, что с Рэйшеном не свиделись, — светло улыбнулся бард. — Я-то думал, он тут останется.
Ну вот, ещё один! Элина подавила в себе раздражение.
— Чего он должен был оставаться?
— Мне кажется, — Гри с заговорщицким видом понизил голос, — что он в тебя влюблён, дара хозяйка, я ещё тогда, у костра видел, как он на тебя смотрел.
— Тебе показалось.
— И мне, и Яшке, и полутроллям, ага! Мы даже специально вам вдвоём оставили, чтобы вы могли поговорить!
Ну да, вспомнила Элина, поговорили. Наползла эта дрянная многоножка, и… Рэйшен тогда спас жизнь своей нанимательницы.
— А утром, — продолжил Гри, но Элина перебила.
— Не продолжай! Это было не то, что вы подумали!
Пришлось рассказать историю с жальницей, и Гри искренне огорчился, что всё не так понял.
— Но что-то между вами происходило! — настаивал он. — Прямо искры в воздухе пролетали!
 
— Это от костра, — фыркнула трактирщица. — Сам-то ты к нам надолго?
— Денька на два-три, а потом дальше двинусь.
После отъезда Гри в Примежье нагрянули гномы. Вся деревня сбежалась посмотреть на важных бородатых коротышек. Элина была поражена: раньше сельчане никогда не бросали работу посреди дня. Гномов было семеро, но хозяйке запомнились братья Вайсдорн, Шварцдорн и Вахольдер (у него была самая короткая борода) и старший над гномами Байль.
— Добро пожаловать в таверну «Весёлый дроу»! — приветствовала необычных гостей Элина.
Гномы вежливо представились хозяйке, и Байль протянул ей запечатанный горшок.
— Этот скромный подарок просил передать тебе наш общий друг, Рэйшен из клана Речного Песка.
Элина церемонно склонилась в полупоклоне:
— Благодарю тебя за труды, почтенный Байль. И передай мою горячую благодарность нашему общему другу. А теперь прошу всех в зал, выпейте по кружечке пива с дороги!
Гномы одобрительно загудели и споро прошмыгнули внутрь. Яшка был уже наготове и ловко поставил перед ними кружки. Любопытные сельчане немедленно расселись на свободные места. Им тоже пришлось заказать выпивку и закуску.
— Байль, а что в кувшине? — полюбопытствовала Элина, тряся кувшин возле уха. Внутри пересыпался какой-то порошок.
— Арза, — отозвался Байль, шумно проглотив пиво. Заметив, как засверкали глаза трактирщицы, добавил, — за неё Рэйшена благодари. За этот кувшин он почти десять золотых отдал.
Элина замерла. Чтобы порадовать её, дроу истратил все заработанные деньги!
— Моя благодарность безмерна, — сказала трактирщица гномам.
— Это ты с дроу выяснишь, а нам бы колбасок к пиву, — грубовато ответил Вайсдорн.
— И ветчины, — добавил его брат.
— И соуса, — вставил Вахольдер.
— Сейчас всё будет, — радостно произнесла Элина и умчалась на кухню.
Староста, хоть и был с виду неповоротлив, даром времени не терял. Сообразив, что у гномов за старшего Байль, и прихватив пивка, Усень подсел за его столик. В общем шуме Элине не удалось подслушать, что именно затеял староста, но в конце разговора они ударили по рукам, и вид у обоих был до крайности довольный.
Деревенские девки с любопытством заглядывали в окна таверны, не решаясь войти и рассмотреть поближе диковинных посетителей. Все завидовали Руте и Мятке, которые порхали по залу, запросто заводя разговор с любым гостем. Особенно отличилась Мятка, которая заслужила щипок пониже спины от Вайсдорна и радостно взвизгнула при этом.
Вслед за Усенем и другие мужики завели с гномами степенные беседы. Гномы кивали, важно поглаживая бороды.
— Интересно, о чём это они все толкуют? — громко вопросила Элина посреди кухни, обращаясь скорее сама к себе, чем к своим работникам.
К её удивлению, ответил Умрад.
— Да известно о чём: торговать хотят. Заметь, хозяйка, село-то зажиточное, вот и хочется людям толковых гномских изделий из металла, девкам — украшений, ребятишкам — механических игрушек…
— Вряд ли украшения с камнями по карману здешнему люду, — скептически отозвалась Элина. Она как раз пристраивала на полку кувшин с дорогущей арзой.
— Так ведь камни разные бывают, — пояснил полутролль. — Рубины да сапфиры, ясное дело, в деревне ни к чему, а вот яшма да, скажем, агаты, — самое оно. Гномы видят, что здесь к нелюдям хорошо относятся, вот и поедут сюда и второй, и третий раз… А в соседних деревнях прознают про гномские чудовинки, тоже приезжать начнут, ярмарки будут…
Голос Умрада стал мечтательным.
— Ой, пап, а если будут ярмарки, может, и мы чего-нибудь купим? — прозвенел восторженный голос Йоржика.
Умрад виновато улыбнулся, глянув на хозяйку, мол, прости, размечтался. Но Элина, окрылённая перспективой ярмарок, радостно подтвердила:
— Конечно, Йоржик, обязательно!