Золотая кровь 3
И он понял, что не знает, как всё это исправить.
Но хуже всего было то, что несмотря на свой глупый поступок, он… не жалел о главном. Он не жалел о самом поцелуе, который всё ещё чувствовал на губах. И не хотел забывать, как она на него откликнулась. И вряд ли захочет это забыть.
Всё должно было быть не здесь, и не так. Не так глупо, и не так некрасиво…
Он запутался в собственных чувствах и поступках. И понял, что сожалеет… но не о том, что сделал, а о том, как и где это сделал. И за это он тоже испытывал неловкость. За то, что не сожалеет о главном.
У него ведь есть невеста. Порядочная набожная девушка.
Он обещал Морису, что этических проблем не будет.
Он обещал Эми, что она не пожалеет.
Он всех обманул, потому что…
…если отбросить воровку с фиесты, то этот поцелуй в тёмном проулке, он вряд ли сможет забыть.
И то, что он нравится этой девушке, было чертовски приятно осознавать. Он ей нравится, сомнений нет. Именно потому она так смущена и растеряна, в другой ситуации, она бы дала ему пощёчину и сказала всё, что думает. А она молчит и краснеет, и будь он проклят, если это не сводит его с ума ещё больше!
— Эми, скажи, ты простишь меня? Скажи, что мне сделать, чтобы загладить свою вину? — спросил он тихо, глядя на то, как она разглаживает складки на юбке, словно пытается таким образом привести в порядок не только одежду, но и собственные чувства.
— Ничего, сеньор Виго. Я… я вас прощаю, — произнесла она совсем тихо. — Я не сержусь на вас. Конечно, нет! Вы… вы просто ошиблись. Но, вы же понимаете что, я больше смогу оставаться в вашем доме, — она опустила взгляд и опять покраснела.
— Послушай…
Он протянул руки, чтобы взять её за плечи, но понял, что сейчас это будет очень некрасивым жестом и быстро убрал их за спину.
— Эми, послушай… Дай мне возможность всё исправить.
— Разве такое можно исправить? — спросила она и посмотрела на него с грустью. — Я бы хотела собрать вещи и уехать, если это возможно.
— Давай, ты подумаешь до завтрашнего утра? Мы просто вернёмся в Вилла Бланко, и завтра спокойно поговорим…
Ему пришлось использовать весь свой дар убеждения, чтобы уговорить Эми, не отправиться домой прямо сейчас.
Он не мог её отпустить. Не мог отпустить вот так! что-то внутри него восстало против этой мысли. И он поклялся всеми богами, и мыслимыми и немыслимыми карами на свою голову, что если хоть жестом, хоть взглядом, позволит себе бестактность, то гореть ему в аду. И видимо он был очень красноречив, потому что Эми согласилась остаться до утра и поговорить.
Этого было более чем достаточно. До завтра он придумает, как всё исправить.
Обратно они ехали молча, максимально отодвинувшись друг от друга на сиденье.
Но чем ближе коляска подъезжала к Вилла Бланко, тем меньше сожалений о содеянном оставалось в душе Виго.
*Факон — это боевой и универсальный нож, широко используемый в Аргентине, Бразилии и Уругвае в качестве основного инструмента и оружия.
*Портеньо — означает "человек из портового города". Оно используется для обозначения жителей таких портовых городов, как, например, Буэнос-Айрес. В данном контексте, человек из низов, не обременённый культурой поведения.
Часть 1. «За что, за что, о Боже мой!»
Глава 1. Мейстер Вандерхайнер
— Сеньор Виго! Вас ожидает мейстер Вандерхайнер, — управляющий встретил Виго на подъездной аллее.
— И давно? — спросил Виго, выбираясь из коляски и подавая Эми руку.
Она приняла этот жест вежливости, но в глаза по — прежнему не смотрела.
— Прибыл после обеда, как вы и велели.
— Я совсем про него забыл! Хорошо, скажи, я сейчас буду. А где Морис?
— Эрр Морис приезжал и снова уехал, сказал, что будет после ужина, — ответил управляющий.
— Хорошо, вели подать кофе в кабинет.
В суматохе сегодняшнего дня, после того, что Виго узнал от ювелира и Изабель, он совсем забыл, что назначил встречу главному финансисту дома Агиларов.
Он отпустил управляющего и Джукко, и, обернувшись к Эми, сказал тихо, так, чтобы не услышали слуги или кучер:
— Поужинай сегодня со мной, Эми. И мы поговорим обо всём, хорошо? А завтра, если ты всё — таки решишь уехать, я дам Мануэля и он отвезёт тебя домой. А я буду ждать, пока поправится Эмерт и вернётся сюда. Ты согласна?
Он смотрел на неё так пристально, что она снова смутилась, но в ответ кивнула, соглашаясь на предложение.
— Я пришлю за тобой, как закончу дела, хорошо?
Она коротко кивнула и поспешно ушла. А Виго подумал, что это уже хороший знак. Ужин на террасе, немного вина… Он придумает, как уговорить её остаться.
Мейстер Вандерхайнер терпеливо дожидался в кабинете и на извинения Виго лишь благосклонно склонил голову. Главный финансист Агиларов был крупным тучным мужчиной, уже изрядно полысевшим. Выглядел он, как и все люди его круга: просторный полотняный костюм тройка, какие обычно носят преуспевающие финансисты и биржевые маклеры, часы на цепочке и батистовый платок в клеточку вместо галстука. И сколько себя помнил Виго, мейстер Вандерхайнер всегда ходил в одних и тех же золотых очках и с одним и тем же кожаным портфелем. Скорее всего, портфели и очки всё же менялись, но, не изменяя традиции, он регулярно заказывал их точные копии.
Мейстер Вандерхайнер ценил своё время, и был человеком скрупулёзным и аккуратным, поэтому, не мешкая открыл портфель, извлёк бумаги и быстро разложил их стопочками на столе.
— Что это? — спросил Виго, глядя на крафтовые папки разной толщины.
— Финансовый отчёт, — нисколько не смутившись, ответил финансист, и, кладя по очереди руку на каждую папку, как падре в жесте благословения, пояснил: — Это по торговому дому, это по гасиенде, поставки мяса, рудники, банковские операции…
— Сто, стоп, стоп! Это всё отлично, и я с удовольствием послушаю об этом, но не сегодня. Присядьте, — Виго указала на кресло напротив себя, — сегодня я хотел поговорить с вами немного о другом. Об одном деликатном деле.
Он дождался, пока служанка расставит кофейник, сахарницу и чашки и удалится, а затем достал из стола гроссбух отца и, открыв его на последней странице, пододвинул к мейстеру Вандерхайнеру.
— Скажите, вы знали об этих тратах дона Алехандро? — спросил Виго, наливая себе чашку кофе и щедро плеснув туда порцию крепкого рома.
Ему нужно было расслабиться после всего, что произошло.
Мейстер Вандерхайнер достал из портфеля карандаш, блокнот и небольшую деревянную линейку, и углубился в изучение гроссбуха. Он, медленно двигая линейкой по строчкам, быстро переписал цифры со страницы на листочек и сложил. Затем открыл один из своих отчётов, сверился с цифрами и, посмотрев на Виго поверх очков, произнёс уверенно:
— Здесь всё правильно. Я снимал эти суммы для дона Алехандро в банке и оформлял для него чековую книжку на общую сумму равную той, что здесь написана. Вот, в отчёте всё есть, — он пододвинул одну из своих папок к Виго. — Покупку украшений дон Алехандро, видимо, оплачивал сам. Но общая сумма трат совпадает.
— Это хорошо, но я немного о другом, — устало ответил Виго и потёр лоб, — скажите, здесь фигурируют немалые суммы, выданные в виде займов дону Диего. Вы не знаете, с чем были связаны эти займы? На какие цели их брал мой дядя?
— Разумеется, знаю, — ответил мейстер Вандерхайнер так, будто сама мысль о том, что он может чего-то не знать о деньгах семьи Агиларов была абсурдной, — дон Диего обратился к дону Алехандро с просьбой дать заём на оплату кредиторам, чтобы покрыть убытки, которые были связаны с тем, что в этом году обанкротились два его предприятия. «Агилар плантасьон» и «Звезда удачи». Кофейные плантации и морские перевозки, — мейстер Вандерхайнер вздохнул. — Неурожай и шторм. В горах в этом году случилось небывалое похолодание и погиб урожай кофе. А тайфун в проливе Барловенто потопил три торговых судна, принадлежавших дону Диего. Самые большие корабли «Звезды удачи». К несчастью, груз на них не был застрахован.