Источники силы (СИ)
Соня самодовольно улыбнулась:
— Постоянные тренировки вместе с инъекциями дают очень хороший прирост энергии. Сама не ожидала. Если дальше так дело пойдёт, к концу учёбы и восемнадцатый получу.
— И сколько у тебя энергии прибавилось за год?
— Почти три с половиной тысячи.
— Солидно.
— А у тебя какой?
— Тридцать третий.
— Какой-какой? — Соня вытаращилась на меня и присвистнула. — Ну ты даёшь! Когда успел⁈
— Без дела не сижу, тренируюсь.
Я знал, что Соня идёт на четырнадцатый уровень, но думал, что это займёт немного больше времени. Однако тренировки вкупе с инъекциями порой творили чудеса. Некоторые курсанты, поступившие в спецшколу с первым-вторым уровнями, за год умудрились прокачаться до пятого-седьмого. У тех, кто имел десятый и выше, прогресс шёл, разумеется, медленнее, тем не менее, по одному-два уровню в год им поднять тоже удавалось. Впрочем, были и те, кто развивался не столь быстро.
Три с половиной тысячи единиц за год — это считалось хорошим прогрессом. В таком темпе Соня к тридцати годам может тридцатого уровня достичь. Насколько я знал, родители оплачивали ей дополнительные инъекции, что здесь не только не воспрещалось, но и, наоборот, всячески поощрялось. Обычно дозы рассчитывались из неких средних показателей, и даже если учащийся демонстрировал хорошую восприимчивость, больше положенного ему не давали. Соне же повезло: у неё и восприимчивость оказалась неплохая, и деньги у родителей водились.
Унтер-офицерам энергии полагалось больше, поэтому Лида за год тоже прокачала два уровня: был четырнадцатый, стал шестнадцатый.
Мы обошли стороной женское общежитие и оказались на набережной. В эти часы здесь было довольно людно.
Парень с девушкой — оба в курсантской форме, но у парня были капральские погоны — расположились на лавочек и о чём-то мирно беседовали. Возле балюстрады стояла шумная группа ребят, два курсанта подметали дорожку, три — красили перила. Мимо нас быстрым шагом прошёл какой-то поручик. На улице было холодно. Соня пожаловалась, что замёрзла, и я обнял её за плечи и прижал к себе. Так гулять было не очень удобно, зато приятнее.
Тем временем уже начало смеркаться, близился ужин. Мы с Соней условились встретиться в воскресенье утром (если раньше не получится) и отправиться гулять в Москву. Проблема была в том, что я не знал, удастся ли это осуществить. В красную зону точно не поеду, но офицеры могли запланировать на выходной день свою боевую операцию, и в этом случае свидание отменится.
В субботу были очередные учения, проводились стрельбы из модуляционного оружия. Я с второкурсниками выезжал на полигон и полдня проторчал там, после чего мы вернулись в расположение. Затем половину роты отправили на хозяйственные работы: опять понадобилось что-то перетаскивать с места на место, однако наше отделение осталось в общаге.
Про боевую операцию до сих пор ничего не было слышно, и я надеялся, что её отложат на следующую неделю, а сегодня и завтра получится отдохнуть. Я забрал из сушилки повседневную форму, зашёл в комнату со стиралками, где можно было так же погладить вещи. Тут скопилась очередь из трёх курсантов, пришлось ждать. Вдруг вбежал дневальный:
— Капрал Столетов, тебя срочно вызывают в штаб боевой группы!
Зачем вызывают, догадаться было несложно. Я закинул неглаженую форму в комнату, надел курточку и высокие ботинки взамен обычных повседневных туфель и побежал вниз. Похоже, операцию решили провести завтра. Жаль. Из-за этого придётся отложить свидание на неопределённое время.
Когда я подходил к крыльцу, то увидел, как слева из гаражей выезжают бронетранспортёры. В самом же штабе царила суета. Народу было много, человек двадцать, причём все — унтеры и обер-офицеры. Я сразу же заметил могучую фигуру Меншикова. Одетый в силовой костюм, он стоял в окружении людей в доспехах возле комнаты, где хранилось офицерское снаряжение. Рядом толклись Бурдюков, какой-то длинный сухопарый полковник, капитан и два поручика. Уж кого-кого, а лидера нашего клана я здесь никак не ожидал встретить.
— Здравия желаю, господа офицеры, — я дотронулся пальцами до козырька.
— А, Кирилл! Здравствуй. Рад тебя видеть сегодня в наших рядах, — добродушно поздоровался со мной директор. — Одевайся и бери оружие. Встречаемся у крыльца и выезжаем.
— Есть, — сказал я и зашагал к общей оружейной.
Похоже, операция планировалась сегодня. Это радовало. Если всё сделаем быстро, ночью, скорее всего, вернёмся. Впрочем, ситуация могла повернуться по-разному. Вдруг всю ночь придётся проторчать в пустыне?
Пока я одевался, в комнату вошли Кучер и ещё два унтер-офицера из роты обеспечения, которые прошлый раз ездили с нами охранять «филинов».
— Тоже едете? — спросил я.
— Ага, покажем им, — сказал Кучер. — Перебьём всю эту сволочь.
— Надеюсь, до ночи справимся. У меня планы на завтра.
— Да я тоже в увольнение хотел сгонять. Должны сладить. Чо там делов-то? Нас вон сколько!
Эти тоже мало что знали про грядущую операцию, их, как и меня, внезапно выдернули на задание, не сообщив никаких подробностей.
Когда мы вышли на крыльцо, перед зданием уже гудели четыре броневика, повернувшиеся к нам кормой с опущенными аппарелями. На дороге чуть поодаль стояли три «Слона». Меншиков, Болховская и ещё несколько офицеров, все одетые в доспехи и при оружии, что-то обсуждали с картой в руках рядом с одним из броневиков. Народу стало ещё больше — человек сорок, наверное.
В руках у нескольких офицеров я заметил винтовки повышенной мощности ШМР-Б2. Они были немного мощнее ШМР-9, но до А-55 не дотягивали. Зато имелись в свободной продаже.
— Столетов, иди сюда, — махнул мне рукой Бурдюков. Он стоял возле второго броневика, в котором сидели четыре бойца. — Поедешь с нами.
— А ты что тут делаешь? — спросил я, подходя. — Тоже за «филинов» решил впрячься? А меня, помнится, упрекал.
— Какие «филины»? Наших офицеров убивают, честь учебного заведения на кону. Мы в стороне не останемся. Это наше общее дело.
— Ага, — я забрался внутрь железной коробки и поздоровался с унтер-офицерами, которые оказались все из нашего клана. — Привет, народ. Повеселимся?
— Ага, привет, Кирилл, — ответили мне. — Ага, на пикник поедем.
Тут двое бойцов подтащили к нашему броневику большой пластиковый ящик и запихнули его между сиденьями. Внутри, как я понял с их слов, находился квадрокоптер для разведки.
Бурдюков и какой-то незнакомый капитан забрались внутрь. Маски у них были подняты, и я разглядел лицо нового офицера. Высокое, скуластое, с глазами навыкате, выступающим подбородком, и аккуратными усиками. В руках он держал ШМР-Б2 с массивной корпусом и оптическим прицелом, являющимся частью ствольной коробки.
— Это капитан Толстосумов, — представил нам офицера Бурдюков. — Он будет командовать нашим отрядом.
— Ну что, орлы! — обратился капитан. — Готовы?
— Так точно! — хором ответили бойцы.
— Задача простая. Слушайте все сюда. Приезжаем на место, разведчики запускают «птичку». Затем выдвигаемся непосредственно на исходную позицию. По команде, покидаем салон и движемся отрядами каждый за своей машиной. Это значит, мы идём под прикрытием этой «коробки», вперед не бежим. А когда прикажу, строимся цепью между машинам и стреляем. Всё равно что на иных охотиться — разницы никакой. Главное, внимательно слушаем приказы.
«Да, никакой, — мысленно ответил я, — если не считать, что по нам тоже стрелять будут».
Минут через пятнадцать директор зычно гаркнул:
— Группа — по машинам! Выдвигаемся!
Аппарель поднялась, и мы оказались в полумраке. Теперь свет проникал лишь через открытые люки в крыше. Броневик кашлянул, пронзительно рыкнул и, дёрнувшись, тронулся с места.
Я слегка нервничал — ведь нам предстоял настоящий бой, причём с достаточно сильными противниками. А иной в моей голове, наоборот, ликовал, предчувствуя добычу.
Глава 10
Когда после примерно часа лютой тряски по бездорожью, бронетранспортёр затормозил и аппарель опустилась, перед нами предстала тоскливая предзакатная пустыня, усеянная редкими кустиками и пучками травы. Весь отряд с винтовками наготове высыпал из десантного отсека, но противника поблизости не было. Заняв круговую оборону возле машин, мы стали ждать.