Миллионы рождают власть (СИ)

На четвертом этаже имелось отделение банка «Голдман Сакс», обслуживавшего компанию Айка. Для оплаты услуг мы спустились в банк, где я внес три тысячи долларов со своей золотой карты «Кредит Свисс» на корпоративный счёт «Адамян энд санс». Карточка швейцарского банка обладала магическим воздействием. Безукоризненно вежливые, но холодные клерки, зацвели широкими радостными улыбками. Даже поведение Майкла немного изменилось, стало более уважительным. После оплаты, Адамян-младший попросил нас не затягивать вопрос с учредителями и их долями, чтобы быстрее начать регистрацию компании.
Вернувшись в кабинет Майкла, мы быстро пробежались по остальным проблемам. Вопрос по поиску персонала Майкл решил быстро. Позвонил своему знакомому — директору рейтингового агентства, уточнил цену и условия. Нам пообещали найти директора, бухгалтера, офис-менеджера и юриста в течение месяца с даты заключения договора, и назвали специальную сниженную цену: триста долларов за каждую должность. Собеседования с подходящими кандидатами можно было по желанию проводить в агентстве или принимать их офисе Льюиса, который будет передан в наше полное распоряжение с момента выплаты залога.
По компьютерам и машинам Майкл тоже нашел отличное решение. Предложил не торопиться, а со временем реализовать следующую схему: приобрести компьютеры через оффшор, например, на Каймановых островах. Проще говоря, компания выкупает ПК и лэптопы, например, для азиатских филиалов. Они переправляются в арабские страны. Затем принимается решение, не открывать филиалы в связи с изменившимися экономическими обстоятельствами, а компьютеры продаются в Союз. Для этой цели можно было найти подходящую контору или организовать её самим через подставных лиц.
С машинами он предложил вариант ещё лучше.
Я улыбнулся, вспоминая проникновенную речь Адамяна-младшего.
— Страна ещё толком не оправилась от десятилетия «больной эпохи» 1973-1983 годов, — увлеченно вещал Майкл. — Тогда был принят ряд законов об экологии, снижении смертности в ДТП и новых стандартов безопасности. Это был удар по автомобильной индустрии США, заставивший уменьшить выпуск, популярных до того, мощных и не совсем экономичных масл-каров. В это же время в Америке бушевал бензиновый кризис. Спрос на машины серьезно упал, а на смену огромным автомобилям с мощными моторами, пожирающими топливо десятками литров, начали приходить более компактные и экономичные «японцы» и «европейцы».
В результате в автомобильной индустрии возникла интересная ситуация с продажами новых машин. Ежедневно с конвейера американских заводов сходит несколько тысяч автомобилей разного класса. Из них часть сразу оптом приобретают дилеры, часть отправляется на специальные стоянки, в ожидании покупки.
Дилеры иногда не могут распродать все автомобили по розничным ценам. Чтобы избавиться от машин, они предлагают их на аукционах по сниженным ценам, отправляют в другие регионы или страны, в большинстве случаев, соседние. Если автомобили не получается продать, они отправляются на свалки. Там разбираются на запчасти или полностью утилизируются.
Что происходит с теми автомобилями, которые находятся на стоянках автомобильных корпораций, в ожидании продажи? Через определенный срок они так же уезжают свалки и уничтожаются.
На этом месте я прервал увлеченно вещающего Майкла и с интересом уточнил:
— А почему руководители и владельцы корпораций терпят убытки и не пытаются получить из этого прибыль? Даже я, не являясь специалистом в автомобильной индустрии, вижу два отличных варианта, как свести к минимуму убытки. Первый: сбросить непроданные автомобили с солидным дисконтом. Второй: уменьшить мощности производства.
— Вот видите, Михаил, — с превосходством улыбнулся Адамян-младший. — Вы, действительно, не специалист в автомобильной индустрии. Я — тоже, но в отличие от вас осуществлял юридическую поддержку автомобильных дилеров, общался с инженерами «Дженерал Моторс», поэтому немного в курсе ситуации. Массово предлагать непроданные автомобили с солидной скидкой производители не будут. Весь вопрос состоит в том, что на стоянках они находятся два-три года, и за это время компании выпустят новые марки машин. Если продавать с солидным дисконтом старые, то они составят конкуренцию более дорогостоящим и современным автомобилям. Грубо говоря, многие потребители предпочтут купить за копейки такую машину, чем новую. А большинство из них приобретают автомобиль раз в несколько лет. В результате убытки у гигантов автопрома станут ещё больше. Есть ещё одно важное обстоятельство. Если машина находится на такой стоянке несколько лет, она начинает разрушаться. В цилиндрах скапливается конденсат. У этого процесса даже есть название — холодная коррозия металла. Из шин выходит воздух, аккумуляторы начинают садиться. Даже заводить сразу такой автомобиль не рекомендуется — можно повредить мотор.
 
Что касается уменьшения объемов производства, на это производители тоже пойти не могут. Упадут зарплаты у персонала, тысячи сотрудников придется уволить, возможно закрыть несколько заводов. Это значит, что любой автогигант лишится квалифицированных инженеров, рабочих, технических специалистов, уже привыкших к определенному уровню жизни. Они просто начнут искать места с более высокой зарплатой и лучшими условиями. В результате, производитель потеряет драгоценные кадры, влияющие на качество продукции и выпуск новых машин. После такого решения процесс обрушения автомобильной промышленности приобретет лавинообразный характер. Обанкротится целая цепочка поставщиков комплектующих: узлов, агрегатов, разных механизмов. Не забывайте ещё, что изначально все риски и убытки производитель закладывает в стоимость. Поэтому десятки тысяч новеньких автомобилей только в США каждый год отправляется на специальные стоянки, а потом разбираются на запчасти и утилизируются. Такая ситуация не только в США. В Европе идут подобные процессы. На специальных стоянках находится больше миллиарда относительно новых машин, в полностью исправном состоянии. Тот, кто сможет их выгодно продать, не обрушив рынок, заработает миллиарды. И если вы хотите, как я понял, договориться с руководством наших автомобильных корпораций, надо поднимать эту тему.
— Сам думал об этом, — признался я. — Но не знал, что эта проблема приняла такой размах. Майкл, а вы не хотите стать директором и совладельцем нашей новой компании? Конечно же, если ваш отец не будет против. Мне импонирует ваше стратегическое мышление и подход к делу.
— Какие условия? Такие, как вы озвучивали? — деловито поинтересовался парень.
— Нет, — мотнул головой я. — Для вас другие. В любом случае, если даже вы откажетесь от должности, оплачу половину выбитой из Льюиса скидки. Можете считать это приятным бонусом к нашему знакомству. Чек могу выписать прямо сейчас. Что касается условий работы. Ставку — десять тысяч долларов дам сразу без испытательного срока. Плюс, приглашаю в соучредители. Десять процентов компании — ваши. По итогам работы, возможно, через год-другой увеличение доли наполовину, то есть до пятнадцати. Я и остальные учредители просто продадим вам недостающие проценты. И это ещё не всё. Будут ещё разнообразные бонусы и премии. Например, от трех до пяти процентов от каждой новой коммерческой идеи, принесшей компании деньги.
— А выкуп автомобилей со стоянок и продажа в СССР и страны Варшавского договора, считается такой идеей? — лукаво осведомился Майкл.
— Не совсем, — честно ответил я. — Дело в том, что изначально идея моя. Впрочем, вы добавили неплохой конкретики по этому вопросу. Поэтому я готов дать вам, скажем, дополнительно два процента от чистой прибыли проекта в виде премий, при условии, что вы будете эффективно работать и докажете свою полезность на деле.
— Дайте долю пятнадцать процентов сейчас, и тридцать по итогам работы, через пару лет, и будем считать, договорились, — улыбнулся Адамян-младший.
— Извините, но нет, — я вздохнул. — У меня ещё компаньоны есть. И персонал, который тоже будет задействован в сделке. Одиннадцать сейчас и ещё четыре-пять процентов дополнительно, по итогам двух лет работы. Это последнее предложение, другого не будет. Соглашайтесь, куш хороший.