Возвращение

– Я покажу вам – зачем.

Мужчина нажимает кнопку на капельнице. Барри смотрит, как прозрачная жидкость течет по трубке в его вену.





Хелена


20 июня 2009 г.

День 598

Подопытный – высокий жилистый мужчина. Тонкие руки в следах от уколов. На левом плече татуировка с именем Миранда. Должно быть, свежая – кожа вокруг еще красная и воспаленная. На голове – плотно облегающий серебристый шлем, похожий на шапочку для купания, только толще. Какое-то устройство, размером с губку для обуви, прикреплено к левому предплечью. Совершенно голый, мужчина стоит перед белой, похожей на огромное яйцо капсулой. Рядом двое медиков с реанимационным набором наготове.

Хелена наблюдает за экспериментом через одностороннее стекло, сидя за главной консолью в соседней аппаратной. По бокам от нее – Маркус и доктор Пол Уилсон, руководитель команды медиков. Слева от Слейда – Сергей, единственный из прежнего коллектива исследователей.

Кто-то трогает Хелену за плечо. Она оборачивается – место сзади занял Чжи Ун, видимо, только что проскользнувший внутрь. Наклонившись, он шепчет ей в ухо:

– Я очень рад, что вы вернулись к нам. Без вас здесь все было не так.

Слейд оглядывается на Сергея, который изучает экран с подробным изображением черепа испытуемого в высоком разрешении.

– Что с координатами реактивации?

– Рассчитаны и загружены.

Слейд оборачивается к медику.

– Пол?

– Все под контролем.

Щелкнув кнопкой гарнитуры у себя на голове, Слейд обращается к подопытному:

– Рид, у нас здесь полная готовность. Можешь залезать в капсулу, и приступим.

Тот, однако, не двигается с места. Он стоит, поеживаясь, и смотрит внутрь капсулы через открытую крышку. Искусственное освещение придает его болезненно бледной коже синеватый оттенок, и только отметины от игл на руках горят красным.

– Рид? Ты меня слышишь?

– Да, – доносится голос из четырех динамиков по углам комнаты.

– Так ты готов или нет?

– Это… А вдруг больно будет? Я чего-то не уверен, как оно пойдет.

Рид смотрит на них через одностороннее стекло – изможденный, худой, под землистого цвета кожей торчат ребра.

– Мы все это обсуждали, – откликается Слейд. – Рядом со мной доктор Уилсон. Пол, не хотите сказать пару слов?

Тот надевает наушники поверх гривы вьющихся седых волос:

– Рид, прямо передо мной на мониторе все ваши жизненные показатели, за которыми я буду постоянно следить. Если я увижу, что с ними что-то не так, у нас есть план действий.

– И не забудь про премию, которую ты получишь в случае успешного эксперимента, – добавляет Слейд.

Рид снова переводит пустой взгляд на капсулу.

– Ладно, – говорит он, настраиваясь. – Поехали.

Взявшись за ручки по сторонам корпуса, он неуклюже забирается внутрь. В динамиках раздается плеск воды.

– Рид, дай знать, когда устроишься там, – говорит Слейд.

– Нормально, плаваю в воде, – отвечает тот через некоторое время.

– Тогда, если ты не против, двигаемся дальше. Я закрываю крышку?

Десять долгих, напряженных секунд тишины.

– Ты не против, Рид?


– Да, лады.

Слейд набирает команду на клавиатуре. Крышка плавно встает на место, становясь единым целым с корпусом.

– Рид, мы готовы погасить свет и приступать. Как ты?

– Тоже готов, наверное.

– Ты помнишь все, о чем мы говорили с тобой утром?

– Вроде.

– Без «вроде». Помнишь или нет?

– Да.

– Отлично. Все будет нормально. Когда увидимся в следующий раз, скажи мне, что мою мать зовут Сьюзен. Так я пойму, что все получилось.

Слейд выключает освещение в капсуле. В аппаратной зажигается еще один монитор, транслирующий изображение с камеры ночного видения, которая смотрит с потолка прямо на Рида. Тот, распростертый на спине, плавает в крепком соляном растворе. Слейд вызывает на главном мониторе таймер и устанавливает на пять минут.

– Рид, это последний сеанс связи. Сейчас мы дадим тебе немного времени, чтобы расслабиться и сосредоточиться. Потом начнем.

– Ясно.

– С богом. Сегодня ты войдешь в историю.

Слейд запускает обратный отсчет и снимает гарнитуру с наушниками.

– Какое именно воспоминание будет реактивировано? – спрашивает Хелена.

– Ты заметила наколку у него на плече?

– Да.

– Мы сделали ее вчера утром, а вечером записали воспоминание об этом.

– Почему именно тату?

– Из-за боли. Требовалось какое-то достаточно сильное и недавнее впечатление.

– Никого, кроме героинщика, на роль испытуемого не нашлось?

Слейд не отвечает. Просто поразительно, в кого он превратился. Зашел куда дальше, чем Хелена планировала. Она и не думала, что встретит кого-то более одержимого, более помешанного на своей идее, чем она сама.

– Он хотя бы понимает, во что ввязался?

– Да.

Таймер на мониторе продолжает обратный отсчет. Секунда истекает за секундой, минута за минутой.

– Это совершенно вне рамок ответственного подхода к научному эксперименту, – глядя прямо на Слейда, произносит Хелена.

– Согласен.

– И тебе плевать?

– Чтобы добиться прорыва, к которому я стремлюсь, играть надо по-крупному.

Хелена смотрит на экран, где неподвижная фигура Рида лежит на поверхности воды внутри капсулы.

– То есть ты собираешься поставить на кон жизнь этого человека?

– Да. Однако и он готов к этому. Он понимает свое положение. По-моему, это настоящий героизм. Кроме того, когда мы закончим, он отправится лечиться от зависимости в роскошную клинику. А мы с тобой, если дело выгорит, будем пить шампанское в твоей каюте… – Слейд смотрит на свой «ролекс». – …через каких-нибудь десять минут.

– О чем ты говоришь? Какое дело?

– Скоро увидишь.

Последние две минуты проходят в напряженном молчании. Наконец, звучит сигнал, что время вышло.

– Пол? – вопросительно произносит Слейд.

– Наготове.

Слейд поворачивается ко второму человеку за консолью, ответственному за стимуляторы: