Война ночных охотников

Алексей посмотрел на охотницу, и та ответила ему неожиданно острым недовольным взглядом.

-Ты как? – спросил Кобылин, выхватывая из памяти значение этого взгляда.

-Нормально, - буркнула охотница, расслабляясь. – Жить буду. А ты?

Кобылин помедлил с ответом. Потом опустил глаза, осмотрел разодранную и изрезанную футболку, грязные, залитые чужой кровью руки. Медленно коснулся пальцами щеки. Она была липкой.

Белобрысый Илья, оседлавший табурет около холодильника, смерил охотника мрачным взглядом. В руке он держал бутылку с газировкой – причем так, чтобы если припрет, ее можно было пустить в ход, как дубинку. Алексей зыркнул на Ленку, пытавшуюся отодрать от коленки остатки скотча.

-Я в порядке, - спокойно сказал Кобылин. – Но бывало и лучше.

За это он был вознагражден тревожным взглядом, который не помогли расшифровать даже картинки из памяти. Лена медленно подалась вперед, оперлась локтями на колени, посмотрела охотнику в лицо. Пристально, напряженно, словно искала там что-то. И не находила.

-Алексей, - тихо сказала она. – Ты… Это ты?

Кобылин прикрыл глаза, чувствуя, как в затылке пульсирует боль, пытаясь надвое разломить голову. Еще один пласт картинок обрушился на него, и кусок воспоминаний стал на свое место. Он вспомнил, как они расстались. Зря. Вот без этого вполне можно было обойтись.

-Нет, - медленно ответил Кобылин. – Не я. Еще не я.

-Еще? – удивилась Ленка, вскинув брови. – Это как?

Алексей помедлил, пытаясь разогнать туман воспоминаний, закрутившийся перед глазами. Каждое ее слово, каждая ее фраза вызывали в его памяти настоящую лавину из мельчайших подробностей. Как снежок, брошенный с горы. Он летит, потом катится, вокруг него появляется снежный ком, и вот уже огромная лавина сходит на поселок в горах. И в центре этой ревущей снежной волны несет крохотную щепку – Алексея Кобылина, потерявшегося во времени и в пространстве.

-Все будет хорошо, - выдавил он, и вымученно улыбнулся. – Мне нужно время, чтобы прийти в себя.

-Еще бы, - буркнула Лена, отводя взгляд. – Последний раз, когда я тебя видела, у тебя голова была прострелена. И ты был… Не такой. Ты вообще, помнишь что-нибудь?

-Смутно, - кратко отозвался Кобылин.

-А как ты выбрался тогда из Министерства? И где был? А потом…

-Не сейчас, - мягко, но с нажимом произнес Кобылин, захлебываясь снежной лавиной воспоминаний. – Не сейчас.

Из темного проема выглянул мрачный Саня и поманил пальцем охотницу.

-Лен, - позвал он. – Тут бочок с водой, санузел, все дела. Давай, умойся.

-О! – выдохнула охотница, поднимаясь с дивана. – А я думаю, что там за вода льется!

Прихрамывая и прижимая левый локоть к животу, она скользнула мимо дивана Кобылина и нырнула в соседнюю комнату. Рыжий окинул долгим взглядом охотника, что-то буркнул и скрылся в дверях. Алексей проводил его долгим взглядом, потом глянул на Илью, с мрачным видом сидевшим на табуретке.

-Если тебе от этого станет легче, - мягко сказал Кобылин, – то достань, наконец, ствол из кармана и сними его с предохранителя.

Белобрысый дернулся, чуть не выронил бутылку и машинально прижал свободную руку к поясу.

-Давай, давай, - подбодрил его Кобылин, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза. – Не стесняйся.

Медленно вздохнув, он попытался разобраться в ворохе картинок, взметнувшихся со дна омута воспоминаний. Белобрысый тяжело дышал и потел. Он испуган, это даже по запаху ясно. Пусть, в самом деле, подержится за свою игрушку. Может, успокоится. Главное, не сболтнуть, что ствол ему не поможет, если что.

Затаив дыхание, Алексей попытался воскресить картинки, связанные с Ленкой. Комок памяти пульсировал, как нарывающий зуб. Касаться его было больно, неприятно. То так и хотелось его потрогать, чтобы убедиться в том, что воспоминания есть. Нужно просто разобраться с ними, рассортировать по полочкам. Это как заживающая рана. Очень чешется, но если чесать – все станет только хуже. Надо аккуратно. Легонечко…

Белобрысый был тогда в баре – неожиданно вспомнил Кобылин. Да. Как раз вместе с Саней, выглядевшим в то время еще более худым. Это было, когда пропала Вера. Он еще наорал на них, а потом пошел искать Верку. А Вадим проломил башку здоровенному оборотню. Это Казак был. Или не он? Вадим.

Кобылину вдруг вспомнилось подземелье. У него на руках умирал проводник группы охотников, щуплый парень в вязанной шапочке. Укус оборотня – нарочитый, вместе с пеной безумия – не шутки. Спасения не было. Вадим должен был умереть. Или хуже того – обратиться. Но вмешались подземники.

Затылок пронзило молнией, перед глазами полыхнула сверхновая звезда, и Кобылин застонал от новой лавины воспоминаний. Подземники. Огромные крысы, выходившие Вадима, который в итоге стал оборотнем. Треш. Странный подземник, слишком много общавшийся с людьми. Подземелья. Охотник на крыс. Предупреждение Треша о том, что грядет апокалипсис. И он должен его предотвратить.

Рядом раздался стук и Алексей, пересилив себя, открыл глаза. И вовремя – мимо протиснулась Вера, чуть не наступив ему на ногу. На ней были широкие мужские джинсы, оливковая футболка, а на плечи накинута камуфляжная куртка – вроде тех, что носят охотники. Оборотница была бледной и сосредоточенной. Осторожно ступая, она подошла к дивану, опустилась на него и подняла взгляд на Кобылина.

-Ох, - выдохнула она. – Голова просто раскалывается. Как будто ящик водки выпила.

Алексей с удовлетворением отметил, что Вера успела не только переодеться, но и умыться. Выглядела она посвежевшей, хоть и помятой – как после недельного загула.

-Ты как нас нашел? – спросила Вера, растирая белые щеки. – Гриша навел?

-Нет, - с сожалением отозвался Кобылин. – Я не знаю где Григорий. В подвал нас привел твой брат.

-А… Вадим? – тихонько спросила оборотница.

-Нет, - с сожалением ответил Алексей. – Прости. Я ничего про него не слышал. Случайно наткнулся на твоего брата. Он знал, где тебя держат, и мы пошли за тобой. Я даже не догадывался, что Лена тоже там.

Вера тяжело вздохнула. Потом взглянула на Алексея – с неожиданной теплотой. Глаза ее блестели от подступивших слез.


-Спасибо, - тихо сказала она. – Спасибо.

Кобылин, удивленный таким неожиданным приливом чувств, смешался, не зная, что ответить. На его счастье в комнату шагнул Александр и швырнул на диван рядом с охотником ком тряпья.

-Ты следующий, - хмурясь, сказал он. – Тебе тоже надо умыться. Нечего тут все… Пачкать.

Алексей пихнул рукой ком одежды. Что-то старое, безразмерное. Камуфляжные штаны, куртка, похожая на армейскую, футболка. Все как у переодевшейся Веры. У рыжего тут что, склад одежды? Впрочем, скорее всего, это правда. Оборотням приходится порой разгуливать нагишом. Так что у них всегда в гнезде припрятан запас разнообразных шмоток. А это значит, что рыжий сейчас приволок его в свою настоящую лежку, о которой знают только самые близкие оборотни. Охотника в свой дом? Похоже, к сестренке он привязан крепко.

Александр тяжело опустился рядом Верой, потрепал ее по плечу, нашарил в подушках бутылку с водой. В этот момент в проеме появилась Ленка.

-Уф, - отдуваясь, сказала она. – Ништяк.

На ней были ее старые пыльные джинсы, но куртку она держала в руках, оставшись в новой оливковой футболке, видимо родом все из того же склада. Лицо ее было мокрое, с челки капала вода, и на футболке виднелись влажные пятна. Сейчас, когда она умылась, Алексей с облегчением заметил, что синяк на левой скуле не так велик, как ему показалось вначале. Так, припух глаз да пара царапин на щеке. Ничего серьезного.

-Давай, - деловито скомандовала она Кобылину. – Насладись сервисом. Пять звезд по сравнению с прошлым подвалом.

Она устало повалилась на диван рядом с подругой, а Кобылин поднялся, прихватив с собой выданную одежду. Пригнувшись, он нырнул в соседнюю комнату. Фанерная перегородка была чуть сдвинута, так что куда идти – вопроса не возникло. За ней оказался упомянутый санузел с полным подвальным сервисом. Он включал в себя приземистый биотуалет и жестяную раковину, над которой висела пластиковая бутыль с водой, изображая рукомойник. Бутыль была почти пуста, но рядом на полу стояла полная. Действительно, настоящая лежка. Тут можно зависнуть на несколько дней, не высовывая нос наружу.

Кобылин медленно стянул с себя обрывки майки, принялся умываться, прикидывая, как тут устроен водоотвод.

Холодная вода неожиданно резко освежила лицо. Он вздохнул полной грудью и тяжело задышал, понимая, что всего минуту назад, был напряжен, как струна. Тело вспомнило о том, что оно все еще похоже на человеческое – и тут же заболело в десятке мест. Проводя рукой по новым шрамам, которые уже успели превратиться в белые полоски, Кобылин на секунду расслабился. И тут же провалился в черный колодец воспоминаний.

Снова охота. Стрельба. Мотоциклы. Машины. Вадим. Треш. Чужая кровь во рту с омерзительным привкусом железа. Встречи. Расставания. Гриша что-то скрывает. Министерство. Задания. Глупости. Гриша, сволочь, слишком давит. В министерстве что-то происходит. Что-то там плохое, что-то темное, оно маячит впереди, как конец пути, как тупик, из которого нет выхода. Он попался в эту ловушку. Не вышел из тупика. Он умер.

Задыхаясь, Кобылин вынырнул на поверхность, скребя пальцами по фанерной стене. Вода с него текла ручьем – словно он минут пять обливался из шланга. Сколько прошло времени? Что он делал? Почему он вообще еще дышит и ходит? Что он такое? Он был Лешенькой Кобылиным, алкашом и разгильдяем. Он стал наживкой в операции охотников. Потом – настоящим охотником. Потом встретился со смертью и превратился в самого удачливого и везучего охотника на нечисть. Он делал немыслимое, и выживал там, где другие должны были умереть. Он и сейчас охотник Кобылин. Тот самый, которым пугают щенков оборотни. Но ведь на этом дело не кончилось. Он стал чем-то другим. До того как умер. Или после?

Кобылин с размаха залепил себе пощечину и, зло матерясь, принялся вытираться остатками футболки, как полотенцем. Закончив все свои дела, он быстро переоделся. Из старой одежды на нем остались только белые кроссовки – неожиданно крепкие и невероятно удобные. Спортивный костюм, превратившийся в лохмотья оборванца, охотник бросил прямо на пол. Камуфляжные штаны пришлись ему впору, а вот футболка оказалась великовата. Куртка из плотной зеленой ткани, напоминавшая форму какой-то армии, тоже была на пару размеров больше. Но она была очень удобной и даже уютной, хоть и пахла псиной.

Рывком отогнав от себя воспоминания, Кобылин выглянул из-за фанерной перегородки. Из кухни доносились громкие сердитые голоса. Ну, началось. Ничего, потерпят пару минут. Алексей перевел взгляд на темный дверной проем, уходящий дальше под гаражи. Бесшумно выскользнув из-за перегородки, он направился в этот проход.

За ним, как и ожидалось, оказалась еще одна комната. Света из санузла, бившего в спину, вполне хватило, чтобы рассмотреть ряды шкафов вдоль стен. Вот этот распахнут, в нем виднеется одежда. Этот заперт, этот тоже. В самом конце стоит большой железный шкаф, напоминающий сейф. Оружейный сейф. И он заперт, что тоже ожидаемо. А вот и еще один проход – в коридор, ведущий куда-то дальше. За ним нет комнаты, только узкий лаз и в самом деле напоминающий лисью нору. Черт, они же не случайно все рыжие! Может, в их роду попадались лисы? А так вообще бывает у оборотней?

Тихо развернувшись, Кобылин вернулся в санузел, погремел фанерной перегородкой и шагнул в проем, ведущий на кухню, из которой доносились громкие голоса.

-В Брянск, к тетке, - рычал Саня, вскочивший на ноги и возвышавшийся над сестрой, сидевшей на диване. – Даже не думай!

-Сначала Вадим, - рявкнула Вера, задирая острый нос. – Потом хоть к черту на куличики!

-Тише! – подала голос Ленка, подавшись вперед. – Хватит орать! Успокойтесь! Давайте хоть прикинем, что к чему!

Кобылин медленно уселся на свой диван, обведя тяжелым взглядом всех присутствующих. Белобрысый Илья, мрачно поглядывающий на охотницу, поежился. Нахмурившийся Саня раздраженно дернул бровью, но умолк и опустился на диван рядом с сестрой. Та демонстративно отвернулась, взглянув на Лену. Охотница, бледная и сосредоточенная, подалась вперед.

-Так, - сказала она, смерив взглядом притихшего Кобылина. – Первое. Спасибо, что вытащили нас. Всем. Да, не ухмыляйся, беленький. Я знаю, что вы за Веркой шли. Но даже тебе, Илюша, спасибо.

-Чего там, - буркнул оборотень. – Вон, монстру своему спасибо скажи. Нам и работы не осталось.

Лена резанула косым взглядом по молчавшему Алексею и быстро отвела глаза. Он вспомнил, как размазывал по полу вампира, пытавшегося убежать, и лишь пожал плечами.

-Ладно, - хрипло сказала Лена. – Короче, проехали. Давайте дальше. По-хорошему, сейчас надо встать и разбежаться в разные стороны, каждый по своим делам.

-Точно, - поддержал Илья. – Итак уже… Не отмоемся.

-Я с Ленкой, - выдохнула Вера. – Будем искать Гришу и Вадима. Да, Леш?

-Гриша, - задумчиво пробормотал Кобылин. – Да.

Рыжий оборотень вдруг оскалился и зло рыкнул.

-Верка, - бросил он. – Да я… Даже не думай! Ты чудом уцелела! Еле вытащили! Черт, тут сейчас такое начнется! Надо из города валить. Тебе в первую очередь, потому что мне будет не до тебя. Даже охотникам лучше спрятаться. Вон, ваши где-то шарят по лесам, и вы к ним езжайте.

-А может, и свалю, - огрызнулась Вера. – Лишь бы от вас, сволочей, подальше.

-Тихо, - резко сказала Лена. – Сань, что начнется? Что тут происходит?

-А то ты не знаешь, - буркнул рыжий. – Скадарский подминает всех под себя. Пока еще обходится деньгами, но чую, скоро перейдет к решительным действиям. Вот тогда пойдут клочки по закоулочкам. Его сдерживали Строев и наш босс. А теперь даже не знаю, что выйдет.

-У тебя какие планы? – быстро спросила Лена. – Тебя твой пудель не порвет за эту операцию?

-Нет, - мрачно отозвался Саня.

-Тамбовцев? – уточнил Кобылин. – Так он же все.

-Что – все? – насторожилась Ленка.

-Да он его пристрелил, - спокойно отозвался Кобылин.