Уровни сложности

Киска, подойдя, как ни в чем не бывало продолжила прерванный разговор:

– Ну теперь-то понял, почему глупость сказал?

Читер кивнул:

– Да, теперь понял, как можно слиться больше одного раза. Получается, Кнопка у нас – самый ценный боец. И всем без разницы, умеет она стрелять или нет.

– Ага, нам от нее не стрельба нужна, – подтвердила девушка. – Она прист, это редкая специальность. Без приста через границу идти – это почти гарантированный слив. Одного за другим валить будут, отряд ослабнет быстро. А у нас и так сил не особо много.

– И как это выглядит со стороны погибшего?

– Ты умираешь. И во тьме возникает надпись: «Игрок Кнопка предлагает вам воскреснуть немедленно на поле боя». Ты или принимаешь воскрешение, или отказываешься. При отказе снова темнота, затем, после загрузки нового кластера, оказываешься на нем. Все как обычно.

– И сколько времени можно проваляться?

– Пока не разрушится тело. Если по телу пошла чернота, это все, воскресить не получится. Странный ты тип.

– Почему? – не понял Читер.

– В такой момент спрашиваешь о таких вещах. Сейчас о другом думать надо.

– И о чем же мне надо думать?

– О том, что мы еще ехать не начали, а уже нарвались. Если кто-то из этих успел по чатам передать что-то своим, нас сейчас станут прессовать все местные Пауки. А если не успел, это поможет ненадолго. Стоит первому воскреснуть, он тут же начнет стучать о нас по всем каналам.

– Но здесь чернота с двух сторон, чаты через нее не работают, – напомнил Читер.

– Может, и чернота, но дальше по дороге у Пауков важный стаб. Какая-то связь с ним должна быть. Там уже знают о нас или скоро узнают… очень скоро.





Глава 6

Жизнь седьмая. Окольными путями




– Да о чем тут вообще можно базарить?! – никак не успокаивался Таракан. – Да мы отъехать не успели, а у меня уже первый слив. Сколько мы прошли? Три километра? Пять? Да ни хрена мы не прошли, а меня уже слили. И это только начало. Дальше нас тут всех ногами кверху бегать научат. Чем дольше мы тупим, тем хуже. Разворачиваемся и уходим, пока дорогу не перекрыли. А там в разные стороны разбегаемся, и каждый сам по себе.

– Тебе надо почаще молчать, может, за умного сойдешь, – буркнул Толстый. – Март сказал, что едем дальше, а Март тут главный. Не нравится – можешь сваливать.

– И куда я в этой прямой кишке свалю?! В черноту, что ли?! И далеко ты по черноте разбежишься, умник?! Тут и с одной стороны Пауки, и с другой. Мы встряли по полной. Блин, да у меня сразу сердце чуяло, что команда – конченый отстой. И чего меня с вами понесло…

Читер прислушивался к разговорам краем уха. Все внимание у него сейчас приковано к трофею – ручному пулемету. Простое оружие, полностью реалистичное, без магических фокусов. Скорее всего, прилетело после перезагрузки кластера с армейским добром. На такое, увы, невозможно установить модификаторы. Зато его прежний хозяин всерьез относился к своим обязанностям. С собой прихватил четыре ленты в коробах и только одну из них успел частично израсходовать.

Непривычная вещь, зато теперь Читер не выглядит нищим: ведь человека без огнестрельного оружия здесь относят именно к этой неуважаемой категории.

Увы, все прочее погибло вместе с машинами. Вон патроны до сих пор постреливают в догорающем мусоровозе. Похоже, их там немало хранилось, но – увы, отряду поживиться не получилось. Спасибо, что командир Пауков догадался вынести в сторонку замаскированную огневую точку. И вдвойне удачно получилось, что Читер сумел подавить ее единственным выстрелом. Никто даже не пискнул на тему дележки, все трофеи по молчаливому согласию забрал меткий лучник.

Такой пулемет – конечно, так себе трофей. Сомнительно, что больше полусотни споранов получится выручить даже у самого щедрого барыги. А вот пистолет легко на пару сотен потянет, а то и на все пятьсот, если не больше. Это Континент, здесь парадоксы в ценообразовании – в порядке вещей. Дело тут, конечно, не в инкрустации золотом с бриллиантами, а в свойствах. Ствол относится к классу «простое оружие ботов». На такое гарантированно ставится один модификатор и с шансом около пятидесяти процентов может пристроиться второй. Но при неудачном улучшении рискуешь потерять первое усовершенствование или даже необратимо испортить предмет. Как повезет.

С этим пистолетом кому-то повезло. Не сказать что сильно, но и жаловаться грех. Оба модификатора легли удачно, и свойства их полезны, а не какой-нибудь мусор, который так любит подбрасывать Система. Один дает прибавку в восемьдесят шесть метров к начальной скорости пули, второй снижает вес оружия на двадцать пять процентов. Если последнее свойство – так себе, то первое – очень даже в тему. За счет такого увеличения уменьшается рассеивание, и самое главное – увеличивается пробивающая способность. А это очень важно, когда приходится сталкиваться с развитыми зараженными или противниками, защищенными касками и бронежилетами.

Причем отдача остается прежней. Как и изначальный баланс оружия. Пуля ведет себя предсказуемо, несмотря на то что конструкция не рассчитана на такие изменения тактико-технических данных. Это, конечно, противоречит законам физики, но для Континента – нормальное явление.

Модификаторы – это особые предметы, которые можно добыть на серых землях, или некой «чужой черноте», с которой Читеру пока что сталкиваться не доводилось. Поиски таких ценностей сопряжены с многочисленными опасностями, поэтому даже за самый слабенький трофей с таких территорий запрашивают от семисот споранов, при самом удачном раскладе. Казалось бы, пара – это полторы тысячи. Следовательно, пистолет никак не может стоить меньше. Увы, здесь вмешивается фактор удачи. Так уж устроено, что с улучшением оружия – вечная лотерея. Может пройти неудачно, может слегка удачно, а может – волшебно.

Вот у Читера с этим трофеем тот случай, когда удача есть, но слабенькая. Да, оба полезные, но не сказать, что превращают пистолет во что-то невообразимо крутое. Вот потому прежний владелец и не стал тратиться на привязку. Она ведь – недешевое удовольствие, сравнимое по стоимости с такой вещью. Посчитал, что нет смысла. Он ведь не волк-одиночка, он в команде работает. Если завалят, союзники не позволят пропасть ценному добру.

Предполагал он одно, а получилось другое.

К выгоде Читера.

Убить не убили, и маленько разжился полезными вещами. Потому недовольства Таракана не разделял и старался не прислушиваться к его монотонным стенаниям. Однако полезное в разговорах пострадавшего иногда проскакивало.

Таракан, конечно, человек не слишком приятный, но нельзя не признать его правоты. С самого старта встряли в историю, да еще и в какую. Пауки уже знают или вот-вот узнают, что среди непроходимой для транспорта черноты зажата группа врагов. Свободы маневра нет, ни влево, ни вправо уйти не получится. Где-то впереди располагается стаб, в котором Читеру и его спутникам не поздоровится, а позади территория, на которой противники способны мобилизовать огромные силы. Они подмяли под себя целый регион и запустили щупальца в соседние. Возможности у них, по меркам Континента, колоссальные.

Сваливать отсюда надо, причем срочно. Таракан дело говорит. Но – увы, прямо сейчас сорваться с места не получится. Опасно стоять рядом с машинами, в которых все горит и взрывается. По закону подлости, что-то увесистое и быстрое, вылетев из пламени, угодило грузовику в переднюю шину, основательно ее разодрав. Замена колеса на тяжелом транспорте – совсем не то что на легковушке. Клоун, Физик и Годя этим занимаются, а всем прочим остается лишь ждать, толпой здесь дела не ускоришь.

Читер физически ощущал, как над отрядом сгущаются грозовые тучи. Где-то впереди, в стабе, или позади, на просторах степного региона, спешно организовываются моторизованные группы. Одной такой достаточно, чтобы раскатать случайную команду игроков, уровни которых в основном невелики, а вооружение невпечатляющее.


И ничего с этим не поделаешь. Надо стоять и ждать.

Пока не поменяют колесо.



Грузовик начал притормаживать, а затем, не успев погасить скорость, жестко завернул вправо и затрясся на неожиданно возникших колдобинах. Из-за этого Читера шатнуло с такой силой, что он едва не завалился на Киску. Восстановив равновесие, припал к бойнице.

С первого взгляда понял, почему машину так трясет. Теперь она ехала не по ровному асфальту шоссе, а по разбитой грунтовке, к которой вплотную подступало кукурузное поле.

Должно быть, это путь для сельскохозяйственной техники, что появляется только в некоторые сезоны. Такие стежки запутанны и неудобны для передвижения. Тогда что Март здесь забыл? Вроде как хорошая дорога должна тянуться до самого стаба. Понятно, что соваться к нему – самоубийство, это и не планировалось. Подошло время уходить в сторону? Но как-то слишком рано, и двадцати минут не прошло с той поры, когда сменили наконец проклятое колесо, а по обмолвкам Читер понял, что катить оставалось еще не меньше полусотни километров. Скорость у колонны не настолько велика, чтобы так быстро полтинник преодолеть.

Тогда в чем дело?

Повернулся к Киске:

– Мы не рановато с шоссе ушли?

Девушка пожала плечами:

– Не знаю. Чат молчит, но, по-моему, да, рано. Наверное, это правильно.

– Почему?

– А сам разве не понимаешь? В стабе нас ждут, могли уже успеть кого-нибудь навстречу выслать. Нам много не надо. Встанет в кустах пара машин и расстреляют из крупняка, когда мимо ехать будем. Не знаю, что у нас за сенс, но на скорости от них обычно немного толку, вряд ли успеет заметить.

– Но куда тут сворачивать, если и слева, и справа чернота?

– Ну пока что черноты нет. Сам видишь, кукуруза зеленая.

– Я так понял, это ненадолго.

– Посмотрим.



Выбравшись из кузова, Читер с наслаждением подпрыгнул, разминая ноги. Кайф, который способен понять лишь человек, долгое время просидевший в неудобном положении на машине, движущейся по не самой хорошей дороге.

Затем обошел грузовик и присоединился к остальным. Все выстроились в кривую шеренгу перед пушечной машиной, молча уставившись вперед. Там, в полусотне метров, дорога начинала взбираться на пологий склон и почти сразу же становилась иной.

Черной.

Зрелище знакомое, но подействовало так же, как и в первый раз. Смотришь завороженно, будто на что-то отвратительное и потрясающее одновременно. Казалось бы, ну чего здесь такого? Ну черное, ну и что с того? Но нет же, по психике будто кувалдой бьет.

Похоже, чернота не только на Читера так давила. Все, включая Таракана, стояли молча, глядя в одном направлении.

В такой тишине прошло около минуты, прежде чем хлопнула открываемая бутылка пива, после чего Март отстраненным голосом заявил:

– Если дальше полями проехать, километрах в десяти будет выступ кластера удобный. Сам кластер в черноту далеко уходит, на нем раньше стояла база ребят, которые нодием занимались. Временная, конечно, база, кластер ведь стандартный. Если выйти на этот кластер, он дальше примыкает к паре других. Там за полосой черноты можно объехать стаб Пауков так, что они даже не почешутся.

– Тогда почему мы стоим, а не едем? – спросил Толстый. – Да и чернота впереди, по полям надо было дальше уходить, там позади поворот был.

Резонный вопрос.

Март, хорошенько отхлебнув из бутылки, тем же безразличным ко всему голосом пояснил:

– А хрен его знает, зачем стоим. Хочется мне так, вот и стоим. Мысль светлая посетила мою умную голову. Пауки здесь местные окрестности знают. А я тут первый раз, только по рассказам и кое-каким картам понимаю, что и как. Не надо их за полных идиотов держать, могут прикинуть расклады и догадаться кого-то поставить в сторонке от шоссе. И примут нас тепленькими. Не с нашими силенками против многоногих рыпаться.

– Что предлагаешь? – спросил Дворник. – Пешком через черноту уходить?

– Зачем пешком? Есть у меня кое-какая чуйка. Вроде умения. Чую черноту. Эта чернота слабая и неширокая. Мне так кажется, что неширокая. Думаю, за ней тот самый кластер прикрытый, где сборщики нодия раньше промышляли. С пару километров до его границы или чуть больше. Но это не точно. Грузовики пройти должны. Дизелю искра не нужна, машинки они простые, лишней электроники нет, а та, что есть, топором на коленке вырублена. Нет в ней тонкости, даже в матерой черноте не сразу посыплется. А вот пикапу не пройти и шагу. Бензиновый он и современный, такие на любой черноте – не жильцы. Инжектор – слабое место. Но есть шанс, что выдержит.

– Это как выдержит, если сам сказал, что не пройдет и шагу? – не понял Физик.

– Сам не пройдет, а вот если помочь – запросто. Заглушить, снять клемму с аккумулятора и на буксир взять. Дотащить так дотащим, а там попробуем завести. Авось выгорит номер.

– А если не выгорит? – спросил Таракан.

– Сам, что ли, не понимаешь? Если не выгорит, пикап сломается и останутся у нас две машины. А машины в таких делах, я вам скажу, это почти самое главное. Беречь их надо. Всеми силами беречь. В общем, начало у нас не задалось, потому некоторые носы повесили, это нормально. Но я вам сейчас расклады дал, чтобы поняли: я в теме. Может, не все знаю, но веду вас куда надо, а не куда ветром несет. Обойдем мы Паучий стаб, даже не сомневайтесь. И дальше у меня тоже зацепки есть кое-какие. Но чем ближе к границе, тем тяжелее будет вернуться. Сейчас хоть какой-то шанс есть. Так себе шанс, но есть. Если кто-то решил, что с него хватит, прямо сейчас разворачивайтесь. Это последняя возможность. Но для тех, кто остается, намекну, что в конце нам может выпасть такой приз, что всем понравится. Объяснять ничего не стану, эта информация только для тех, кто не развернется. Просто имейте в виду, что возможен дополнительный бонус. Очень вкусный бонус. Короче, пока я добиваю эту бутылку, думайте и решайте. Как допью, так и поедем. А пью я, как вы уже могли заметить, очень быстро.

– И много… – буркнул Таракан.