Связанные Местью

Теперь весь центр комнаты был залит светом.

Мой взгляд вернулся к убийце.

Он стоял ко мне спиной. Но я узнала его. Он снился мне несколько раз за последние две недели после вечеринки.

Конечно же, Гроул.

Г Л А В А 4

К А Р А

Его черная футболка прилипла к коже от пота, а руки были покрыты татуировками.

Без костюма и изысканных манер, этот мужчина был очень опасен. Теперь ничто его не контролировало. Всё в нём кричало о смерти.

Моё сердце колотилось в груди, пока я ждала, что он обернется и обнаружит меня.

Убьёт ли он и меня? Не убьёт. Он не мог. Статус моей семьи всё ещё что-то значил, так ведь?

Он вышел из комнаты, даже не взглянув на человека, которого убил, или на шкаф, в котором я пряталась.

Только когда он ушёл, и я больше не слышала его шагов, я осмелилась дышать. А потом появился новый страх.

Где отец и что с ним происходит? А мама и Талия?

Я должна найти их, даже если каждая клеточка моего тела кричала оставаться на месте. Мы должны были остаться вместе, но покинуть моё укрытие было огромным риском.

Я снова посмотрела на мёртвое тело в центре комнаты. Такова была и наша судьба?

Потом мне в голову пришла более обнадеживающая мысль. Может, нас пощадят.

Неудивительно, что солдаты Каморры, как и Гроул, убивали членов Братвы, их заклятых врагов. Возможно, есть способ убедить всех, что Русские были здесь не ради нашей защиты, а для убийства.

Внизу раздались крики и выстрелы.

Я вслушивалась в знакомый голос — голос отца, но его не было слышно среди криков, как и голосов Талии или матери. Вероятно, они всё ещё прятались в хозяйской спальне.

Я закрыла глаза.

Я не привыкла к этому миру, хотя и выросла среди людей, которые являлись его частью. Но всю жизнь я лишь слегка касалась той гадости, в которую был вовлечен мой отец.

Теперь, когда меня швырнули в это с головой, я не знала, как себя вести. Всё же, ждать, как мышь в ловушке, было не очень хорошим решением.

В какой-то момент они должны будут обыскать комнаты должным образом, и я не хотела облегчать им задачу.

Я поднялась на ноги и медленно открыла дверь, затем вышла наружу.

Хоть я уже всё знала, я присела рядом с Русским и прижала пальцы к его горлу. Он был ещё теплым, но пульса не было. Я подумала, не сделать ли ему искусственное дыхание, но потом заметила, что его шея была вывернута.

Сильная дрожь охватила моё тело, и на мгновение я была уверена, что у меня случится приступ паники, но звук голосов вернул меня к реальности.

Я встала, мой взгляд упал на нож, который Русский выронил во время борьбы.

Я уже собралась взять его, когда мне в голову пришли слова инструктора по самообороне, который по выходным проводил семинар в нашей школе. «Оружие, которым вы не можете владеть — ещё одно преимущество для вашего врага».

Не сомневаюсь, что буду обезоружена в мгновение ока. Я никогда не училась бороться с оружием, да и вообще драться.

Мы с подругами не очень серьезно относились к курсам самообороны. Теперь я жалела об этом. Но мы были так заняты, глазея на нашего инструктора, что у нас не хватало времени ни на что другое.

Сколько времени прошло?

Талия закричала где-то в доме, и я начала двигаться, не раздумывая.

Я вылетела из комнаты.

Понятия не имела, как помочь, но знала, что должна до неё добраться. Но далеко я не ушла.

Я врезалась в кого-то, мой висок столкнулся с твердым плечом. В глазах потемнело, и я отшатнулась, задыхаясь. Я упала на колени. Мои ноги прострелила боль от удара.

Спустя мгновение я подняла глаза и обнаружила, что смотрю на человека, который совершил убийство прямо у меня на глазах, человека, который напугал и очаровал меня в нашу первую встречу.

Вблизи он казался ещё выше, а вокруг горла тянулся длинный выцветший шрам.

Гроул. Всегда Гроул.


Моё восхищение сменилось страхом, когда его глаза встретились с моими.

В этот момент он не выглядел человеком. Убийцей, монстром — ни в выражении его лица, ни в глазах, ни в нём самом не было ничего человеческого.

Он схватил меня за руку и грубо поставил на ноги.

Моё зрение снова поплыло.

— Отведи её к остальным, — прохрипел он.

От этого голоса, такого глубокого и жестокого, у меня по спине побежали мурашки.

Другой мужчина взял меня за руку и увёл.

Я бросила ещё один взгляд через плечо, но безжалостный парень со шрамом исчез.

Я почти не обращала внимания на то, что меня окружало, и чуть не упала с лестницы, когда похититель потащил меня вниз, пока мы не оказались в гостиной, где уже собрались отец, мать и Талия.

Отец стоял на коленях перед Фальконе, одетый в костюм в тонкую полоску и белую рубашку с высоким воротником.

Талия и мама стояли в нескольких шагах от меня, выглядя такими же напуганными, как и я.

Меня подтолкнули к ним, и мама тут же меня обняла, другой рукой обнимая Талию.

Я вопросительно взглянула на мать, но она смотрела на Фальконе испуганными глазами.

Наконец, я тоже повернулась к нему.

Он был жутким на своей вечеринке, но сегодня он выглядел действительно пугающим.

Бенедетто Фальконе, босс отца и глава мафии Лас-Вегаса, находился в нашем доме, и взгляд в его глазах превратил мой живот в лёд.

Его нахождение в нашей гостиной было ужасным знаком.

Это могло означать только то, что отец жутко облажался. А то, что отец обильно вспотел, только подтверждало мои опасения.

Где-то в доме всё ещё слышались предательские звуки жестокого боя.

Я вздрогнула.

Мужчины, собравшиеся в этой комнате, выглядели так, словно пришли за кровью. Мертвецов в углу, наверху, и в спальне Талии, казалось, было недостаточно.

На лестнице послышались тяжелые шаги, и через несколько мгновений в комнату вошёл Гроул.

Его руки и предплечья были в крови. Я не была уверена, его ли она.

Фальконе посмотрел в его сторону.

— Все чисто, Гроул? — спросил он с легким любопытством, будто уже знал ответ.

Все те истории, что я слышала, промелькнули у меня в голове.

Гроул был непобедим.

Мужчина, стоявший передо мной сегодня, не имел ничего общего с человеком, которого я видела на вечеринке Фальконе.

Тогда Гроул был под прикрытием. Когда другие люди должны были носить маски, в его распоряжении был костюм и безупречный внешний вид, но под ним находился всё тот же, пробудившийся, монстр.

Сейчас невозможно было ошибиться, кем или чем он был на самом деле. Лучший солдат в рядах Каморры Лас-Вегаса и чудовище. То о чем люди постоянно говорили за его спиной, теперь видела и я. Он был боевой машиной, не имеющей эмоций, жестокой рукой Бенедетто Фальконе.

— Все чисто, — сказал Гроул тем глубоким рокотом, который был его голосом.

Впервые я увидела длинный шрам на горле. Его голосовые связки были повреждены благодаря несчастному случаю, обеспечив ему длинный шрам вокруг горла.

Из-за такой раны Гроул не должен был выжить, но каким-то образом выжил, и, возможно, это превратило его в чудовище, которым он был сейчас, или, быть может, он выжил только потому, что являлся чудовищем.

Фальконе отвернулся от своего солдата, и Гроул исчез на заднем плане.

Я не была уверена, как ему это удалось; парень с его размерами и аурой не должен так легко сливаться с окружающей обстановкой, и заставлять вас забывать о его присутствии. Вероятно, это было одним из навыков, делавшим его таким страшным бойцом.

Фальконе шагнул к отцу, заставляя его запрокинуть голову.

— Слышал, ты был занят последние несколько месяцев, — начал Фальконе приятным протяжным голосом, от которого у меня волосы на затылке встали дыбом.