Связанные честью

Джианна обняла меня со спины и положила подбородок на мое обнаженное плечо.

— Мы все еще можем сбежать. Мы могли бы снять с тебя платье и улизнуть. Они все заняты. Никто не заметит.

Лили энергично кивнула головой и встала с кровати.

Лука бы заметил. Я заставила себя отважно улыбнуться.

— Нет. Слишком поздно.

— Это не так, — прошипела Джианна. — Не сдавайся.

— На моих руках будет кровь, если я нарушу соглашение. Они начнут убивать друг друга ради мести.

— У всех них кровь на руках. У каждого гребаного человека в саду.

— Не выражайся.

— Правда? Леди не выражается, — Джианна передразнивала голос нашего отца. — И куда тебя привело поведение послушной маленькой леди?

Я отвернулась. Она была права. Это привело меня прямо в объятия одного из самых смертоносных мужчин в стране.

— Прости, — прошептала Джианна. — Я не это имела в виду.

Я переплела наши пальцы.

— Я знаю. И ты права. У большинства людей в саду руки в крови, и они заслуживают смерти, но это наша семья, единственная, которая у нас есть. К тому же есть невинные, такие, как Фабиано.

— Достаточно скоро и Фабиано ничем не будет отличаться от них, — горько сказала Джианна. — Он станет убийцей.

Я не отрицала. Фабиано пройдет процесс посвящения в двенадцать. Если то, что сказал Умберто, было правдой, Лука впервые убил в одиннадцать.

— Но сейчас он невинен, как и другие дети, женщины.

Джианна пристально посмотрела на мое отражение в зеркале.

— Ты действительно считаешь, что здесь вообще есть невинные?

Родиться в нашем мире, значит уже быть с кровью на руках. С каждым вздохом, который мы делаем, грех впечатывается глубже в нашу кожу. Рожденные в крови. Поклявшиеся на крови, таков девиз нью-йоркской Коза Ностра.

— Нет.

Джианна мрачно улыбнулась. Лили подошла к кровати и подняла мою вуаль, прикрепленную к застежке. Я присела, чтобы она могла закрепить ее на голове. Она нежно пригладила ее.

— Я бы хотела, чтобы ты вышла замуж по любви, и мы смеялись, мечтая о твоей брачной ночи. Мне бы хотелось, чтобы ты не выглядела такой чертовски грустной, — в отчаянии сказала Джианна.

Тишина между нами затянулась. Лили, в конце концов, кивнула в сторону кровати.

— Сегодня ты будешь спать здесь?

Мое горло сжалось.

— Нет, мы с Лукой проведем ночь в главной спальне. — И я не думала, что у меня вообще будет возможность поспать.

Раздался стук, и я расправила плечи, показав хотя бы внешнее спокойствие. Зашли Бибиана и Валентина, а затем и мать.

— Ух ты, Ария, ты великолепна. Твои волосы похожи на золотые пряди, — сказала Валентина. Она уже была одета в свое платье цвета мяты, хорошо гармонирующее с ее темными волосами. Формально, только незамужним женщинам позволено быть подружками невесты, но мой дядя настоял, и мы сделали исключение для Валентины. Он действительно стремился найти для нее нового мужа. Бибиана надела темно-бордовое платье в пол с длинными рукавами, несмотря на летнюю жару. Вероятно, таким образом, она пыталась скрыть, насколько была худой.

Я заставила себя улыбнуться. Мать взяла руку Лили.

— Пойдем, Лилиана, твоим двоюродным сестрам нужно поговорить с твоей сестрой, — она вывела Лили из комнаты, затем снова посмотрела на Джианну, которая сидела на диване, скрестив ноги. — Джианна?

Джианна проигнорировала ее.

— Я остаюсь. Я не оставлю Арию одну.

Мать знала, что лучше не спорить с моей сестрой, когда та была не в духе, поэтому закрыла дверь.

— О чем вы хотели поговорить со мной?

— О твоей брачной ночи, — сказала Валентина с извиняющейся улыбкой. Бибиана скривилась, напомнив мне, насколько она молода. Всего двадцать два. Она похудела. Я не могла поверить, что они решили отправить этих двух, чтобы поговорить со мной о моей брачной ночи. Выражение лица Бабианы, подсказывало, что она не рада данной перспективе. С момента свадьбы с мужчиной, почти на тридцать лет старше ее, она угасала. Это должно было успокоить мои страхи? Плюс, Валентина, которая потеряла мужа шесть месяцев назад в стычке с русскими. Откуда ей знать о счастье в браке?

Я нервно пригладила платье.


Джианна покачала головой.

— Кто вас вообще прислал? Лука?

— Ваша мать, — сказала Бибиана. — Она хочет убедиться, что ты понимаешь, чего будут ожидать от тебя.

— Ожидать от нее? — прошипела Джианна. — Как насчет того, чего хочет сама Ария?

— Что есть, то есть, — горько сказала Бибиана. — Сегодня вечером Лука предъявит свои права. По крайней мере, он красивый и молодой.

Во мне воспылала жалость к ней, но из-за собственного беспокойства, было сложно начать утешать ее. Она права. Лука был хорош собой. Я не могла отрицать подобное, но это не меняло того факта, что я была в ужасе от предстоящей с ним близости. Он не показался мне нежным в постели мужчиной. Мой желудок снова сжался.

Валентина прочистила горло.

— Лука будет знать, что делать.

— Ты просто ляг на спину и дай то, что он хочет, — добавила Бибиана. — Не пытайся сражаться с ним, это только ухудшит ситуацию.

Мы все уставились на нее, и она отвернулась.

Валентина коснулась моего плеча.

— Вряд ли мы тебя утешили. Извини. Я уверена, все будет хорошо.

Джианна фыркнула.

— Возможно, матери стоило пригласить на свадьбу одну из тех женщин, с которыми трахался Лука. Они могли бы поведать тебе, чего ожидать.

— Грейс здесь, — сказала Бибиана, потом покраснела и запнулась. — Я имею в виду, что это только слухи. Я... — она посмотрела на Валентину в поисках поддержки.

— Одна из подружек Луки здесь? — прошептала я.

Бибиана насторожилась.

— Я думала, ты знаешь. И она не совсем его девушка, больше похожа на игрушку. У Луки было много женщин. — Она захлопнула рот. Я попыталась взять эмоции под контроль. Я не могла позволить людям увидеть, какой слабой была. Почему меня должно волновать, что шлюха Луки присутствовала на свадьбе

— Ладно, — сказала Джианна, вставая. — Кто, блин, такая эта Грейс, и что она делает на этой свадьбе?

— Грейс Паркер. Она дочь сенатора Нью-Йорка, который находится на службе у мафии, — пояснила Валентина. — Они, должно быть, пригласили его семью.

Слезы затуманили взор, и Джианна бросилась ко мне.

— О, не плачь, Ария. Это того не стоит. Лука - мудак. И ты это знала. Ты не можешь допустить, чтобы его действия как-то задели тебя.

Валентина протянула мне бумажный носовой платок.

— Ты испортишь свой макияж.

Я несколько раз моргнула, пока не взяла свои эмоции под контроль.

— Простите. Я просто эмоциональна.

— Я думаю, будет лучше, если вы сейчас уйдете, — резко сказала Джианна, не глядя на Бибиану и Валентину. Шуршание, затем дверь открылась и закрылась. Джианна обняла меня. — Если он причинит тебе боль, я убью его. Клянусь. Я возьму одну из этих чертовых пушек и проделаю дырку в его голове.

Я прислонилась к ней.

— Он пережил стычку с Братвой и Триадой, и он самый страшный боец в семье Нью-Йорка, Джианна. Он убьет тебя первым.

Джианна пожала плечами.

— Я сделаю это ради тебя.

Я отступила.

— Ты все еще моя младшая сестра. Я должна защищать тебя.

— Мы будем защищать друг друга, — прошептала она. — Наша связь сильнее, чем их глупые обещания, Омерта3 и клятвы на крови.

— Я не хочу оставлять тебя. Ненавижу то, что мне придется переехать в Нью-Йорк.

Джианна сглотнула.

— Я буду часто приезжать. Отец будет рад избавиться от меня.

Раздался стук, и вошла мама.