Страна Норы Робертс

— Что тебя так расстроило?

Интенсивность его взгляда потрясла ее.

— Я тоже не люблю врать, мисс Хейл. — Он повесил ее пальто. — Я пропустил наше соревнования, потому что кое-что произошло у меня в семье. Мне нужно было позвонить.

Она прижала руки к бюстье под зеленым свитером, в поисках равновесия. Она не знала, что сказать. Ей казалась, что она имеет право знать, что у него случилось, будто их отношения уже перешли к стадии эксклюзивности.

— Но теперь все в порядке?

— Нет, не в порядке, но пока будет так. Спасибо за отчет о вскрытии. Полагаю, ты его уже прочитала.

Она позволила ему сменить тему, отчего только возросло ее любопытство. Что представляла из себя его семья? И почему он стал таким, каким стал? Мыслей сразу же стало множество.

— Конечно, прочитала. Неизвестность убивала меня. Там ничего нет. Ни единого абзаца. — Она порылась в сумочке и вытащила листки бумаги. — Прочти сам. Тогда и поговорим.

Он схватил отчет.

— Давай выпьем кофе.

Она последовала за ним на кухню, стараясь не обращать внимания, что его обстановка вызывала аплодисменты. Блестящие приборы из нержавеющей стали, акры гранитной столешницы и медных кастрюль, свисающих с железных балок над двухкомфорочной плитой.

— Мы с дедушкой все еще пытаемся выяснить, как получить отчет полиции, не вызывая подозрений.

Он заварил кофе в блестящей дорогой, видно, европейского качества, кофе машине.

— Ты с ним разговаривала? Хорошо. Давай немного повременим с полицейским отчетом, пока все не обдумаем. — Он схватил отчет о вскрытии и начал его просматривать.

Запрыгнув на барный стул перед массивной стойкой из серого гранита, она закинула ногу на ногу.

— Тогда я могу сказать…

— Здесь упоминается алкоголь, но больше ничего? Какого черта? — Таннер отбросил рапорт в сторону.

— Я уже думала об этом. Джин пропустил все нелегальные субстанции, чтобы как-то защитить семью Джеммы. Ее семья старейшины в его церкви. Но мы можем лично спросить его об этом.

— Прости. О чем ты вообще говоришь?

— Джин Керрис, коронер. Он ходит в ту же церковь, что и семья Джеммы.

— Господи! Воспрепятствование правосудию в моральных целях?

— Кто сказал, что это препятствование правосудию? Он бы никогда такого не сделал!

— В отчете нет упоминания о марихуане или чего-то еще. Откуда ты его знаешь? Джин, верно?

Мередит вдохнула аромат жареного кофе, прежде чем отпить из чашки, которую он ей протянул.

— Он лучший друг моего отца. Живет дальше по улице. Они приятели по рыбалке.

— Ну, ты говорила уже, что он друг семьи.

— Да. Он и его жена всегда присутствовали в нашей жизни. Они, наверное, самые любимые друзья моих родителей. — Она улыбнулась, потирая большим пальцем край кофейной чашки. — Джин — чокнутый, постоянно откалывает разные шуточки. У него самый страшный дом на Хэллоуин, и он всегда пугал всех детей, говоря, что у него в подвале настоящий труп. Любой, у кого хватало смелости появиться у его двери, получал целый мешок конфет.

Он откинулся назад.

— Правда?

Она глубоко вздохнула, когда его длинное, гибкое тело вытянулось перед ней.

— Да. Папа говорил мне и Джил, что Джин всего лишь шутит, крепко держа нас за руки, когда мы поднимались по ступенькам в его дом. — Это было хорошее воспоминание. Отец помог ей справиться тогда со страхами. Господи, куда делась та храбрая девочка?

— Теперь я официально в сумеречной зоне. У нас есть коронер, любящий Хэллоуин, с огромным чувством юмора, который утаил детали о марихуане и, возможно, еще кое-что в официальном отчете, чтобы защитить ее семью в их церкви? Какой сейчас век?

Она поправила волосы.

— Ты ничего не понимаешь! Это маленький городок. Джин защищает семью Джеммы от скандала в церкви. Она была хорошим ребенком. Иногда люди могут быть не такими добрыми.

Его губы превратились в мрачную линию.

— Ты что, шутишь?

Она холодно посмотрела на него.

— Хорошо, значит, ты ему доверяешь. Я понял. Друг семьи. Но ты здесь не жила какое-то время. Ты уверена, что в финансовом плане у него все в порядке? Может, он захотел подзаработать на стороне? Или кто-то попросил его не указывать кое-что в отчете.


— Он ни в чем не замешан. Я знаю, ты хочешь найти связь, но это не Джин. Это не первый случай, когда существуют незначительные правонарушения, кое-что исключается из публичного отчета. Джин старой закалки. Мой дедушка согласен. Теперь, позволь мне сказать…

— Ты встречалась с Джином с тех пор, как вернулась домой?

Она начала постукивать ногой от его постоянного перебивания.

— Конечно. Столкнулась с ним у Джил. Он сказал, что завидует моим родителям, что они поехали в Аризону. Джин должен был уйти на пенсию в этом году и погрузиться в «рыболовный рай», как он его называет. Но фондовый рынок рухнул в этом году, поэтому ему придется резать людей еще год. Он сказал, что это хорошая практика для рыб, которых он планирует потрошить.

— Значит, у него есть деньги…

— Господи, ты всегда такой подозрительный? Тысячам людей пришлось отложить выход на пенсию из-за фондового рынка в этом году.

— Я всегда отношусь предвзято, как и любой хороший репортер.

Она провела рукой по волосам.

— Хватит об этом. Мне нужно другое тебе рассказать.

— Почему ты так злишься?

— Потому что ты все время перебиваешь меня, а мне нужно кое-что тебе рассказать. — Она сделала глубокий вдох. — Имей в виду, я решила не говорить тебе об этом, когда мы были в доме дедушки, потому что сначала мне нужно поговорить было с ним. Он согласился, что мы можем поделиться с тобой информацией. Он доверяет тебе. — Она не могла добавить, что она тоже.

Взгляд, который он на нее бросил, заставлял бы другого человека окаменеть.

— Прежде, чем я вернулась сюда, знаменитая интуиция, или как называет ее дедушка — кишка дергалась из-за увеличения числа студентов, которым приходилось частенько вызывать скорую помощь. Токсикологический анализ показывал только алкоголь и марихуану. Он поручил мне изучить все новые разработки, какие есть в торговле наркотиков. Ничего. Рынок слишком мал для более крупных сетей. Я сказала дедушке, что это всего лишь выпивка, а, как ты знаешь, выпивка — большая проблема в университетских городках. Так же сказал поставщик — твой источник.

Его взгляд встретился с ее взглядом. Черт бы побрал его шоколадные глаза. В тишине, воцарившейся на кухне, она скрестила руки.

— Я понимаю, почему ты захотела сначала поговорить с дедом Артуром. Я бы сделал то же самое. Но я чертовски рад, что кто-то доверяет мне настолько, что может делиться со мной информацией.

Она скрестила руки на груди.

— Тогда тебе будет еще приятнее узнать, что дедушка хочет обсудить все вместе.

Его выдох мог отправить в полет бумажные самолетики через всю комнату.

— Я так понимаю, у вас есть досье.

— Да.

— Я хочу на него посмотреть. Приготовь ужин, и я приду к дедушке. Я хочу, чтобы все выложили свои карты на стол.

— Не обязательно говорить так озлобленно.

— Я забыл принять свою таблетку сегодня.

Она улыбнулась во все зубы.

— Хорошо, тогда ты должен знать, что я уже рассказала дедушке о нашем прикрытии.

Он зарычал.

— Отлично. Итак, что ты знаешь о Барлоу? Рэй сказал, что он был первым офицером, который появился на той вечеринке.

От этого имени у нее сжался желудок.

— Ну, он заместитель шерифа округа Игл, но не местный. Только переехал сюда в этом году, мне так кажется.

— Не преступление, но стоит разобраться, почему он переехал. Ты с ним встречалась?

— Ты, действительно, в дерьмовом настроении сегодня.

— Мередит.

Она вспомнила, как Барлоу зажал ее в углу, решив поцеловать в шею. Она вздрогнула.

— Он… настойчивый. Не боится применять силу. — И рассказывая ему о Барлоу, она осознала насколько разные — герой Норы Алекс Станиславки и заместитель шерифа — это важная деталь. И если бы она сказала об этом Таннеру, он все равно не понял бы, о чем она говорит. (Серия «Семья Станиславски из 6 книг. — прим. пер.)

— Он обидел тебя?

У нее по рукам пробежали мурашки от его спокойного тона.

— Нет. Давай на этом остановимся. — Из двери черного выхода послышался собачий лай, и она повернулась в ту сторону.