Страна Норы Робертс

Он заметил, как Брайан за столом делает автобомбу, пиво «Гиннесс» вспенилось, как при химическом опыте. Брайан выглядел несчастным и подавленным, как и Джил. Их история была отстойной. (Автобомба — коктейль: Гинесс, Бейлиз и ирладский виски. — прим. пер.)

— Мне не составило труда. Может сыграем в дартс? Мне нужно забыть разговор о сыре.

Она взяла его под руку.

— Хорошо, но ты должен будешь купить мне шарики моцареллы, если я выиграю. Мне понравились разговоры о них.

Он фыркнул, поглядывая на Мередит. Джил была права. Этот парень был уже в прошлом, судя по ее остекленевшему взгляду от скукотищи.

— Большой или маленький?

— Большой, дорогой. Всегда.

Он засмеялся. Вдруг Мередит встретилась с его взглядом через весь бар. Его кожа загудела, когда он рассматривал ее волосы в приглушенном свете. Они были похожи на огонь, и он чувствовал в себе пиротехнические наклонности. Затем мужчина любитель сыра протянул к ней руку, и она отвела взгляд.

Таннер последовал за Джил в заднюю игровую комнату. Он взвешивал металлический дротик в руке, который Джил вложила ему в руку, оглянувшись через плечо.

Может, он случайно сможет бросить в любителя сыра и тем самым спасет Мередит от возможности попробовать маленькие, мягкие шарики.



* * *



Мередит наблюдала за Таннером и Джил, которые направлялись в другую комнату, как давние приятели. Она повернулась к Эйвери. Боже, Таннер был прав. Парень, действительно, слишком уж любил свой сыр. Шарики из моцареллы, конечно.

И все же она застряла с ним здесь, в баре, из-за собственной идеи. Она решила форсировать события с Эйвери, чтобы написать свою статью.

Она оглянулась вокруг и кивнула нескольким парням, с которыми у нее были свидания. Ее уверенность в себе подкреплялась вниманием со стороны мужского населения города. Единственная проблема состояла в том, что чем больше она встречалась с другими мужчинами, тем больше она хотела пойти на свидание с Таннером. Она обнаружила, что сравнивает каждое свое свидание с ним, причем не в пользу мужчин, с которыми встречалась, постоянно думая насколько шире плечи у Таннера и насколько ярче его улыбка. Он обладал отличным чувством юмора, и ей нравилось, как в уголках его глаз появлялись морщинки, когда он подшучивал над ней. С ним было бы намного веселее попасть в какую-нибудь неприятность… потому что он относился к тем парням, которые обязательно тебя выручат.

Она все это отлично понимала, но при этом боялась. Он был журналистом.

Ей стоило забыть о нем раз и навсегда, чтобы найти Мистера Единственного.

Но это было так тяжело осуществить, потому что он появлялся фактически везде. И утра в бассейне превратились в настоящую пытку. Ей пришлось купить купальник с двумя подкладками в лифчике, чтобы он не видел, как она возбуждалась, глядя на его мокрое, почти обнаженное тело. И еще ко всему прочему они все время пересекались, но и общались. Как сегодня.

Она сидела и слушала еще один рассказ Эйвери, желающий найти самый невероятный сыр «Стилтон» в какой-то отдаленной английской деревне.

«Брось этого парня и найди Таннера, — в дело вмешалась Разведенная Женщина. — Ты же хочешь этого».

Она подняла свой бокал, пытаясь игнорировать голос в голове. В последнее время, как только Таннер появлялся в поле ее видимости, она совершенно отчетливо слышала этот голос.

«Я говорю тебе только то, что ты и сама знаешь».

«Нет», — ответила она, осознав, что начала разговаривать сама с собой, поерзав на своем месте.

«Я не остановлюсь, пока ты не сделаешь того, что хочешь. Ты сама создала меня, чтобы я придавала тебе уверенности. Убегать от Таннера трусливо, с твоей стороны. Ты это знаешь. И я это знаю».

— Мередит, ты меня слышишь? — Эйвери снова потянулся к ее руке.

— Нет, здесь становится немного шумно, — соврала она. — О чем ты говорил?

Его кривая улыбка вдруг напомнила ей лужицу плавленого сыра.

— Я спросил, не хочешь ли ты пойти в тихое место, чтобы поговорить.

Нет, дорогой Боже, прошу тебя. Он был милым, но опять выслушивать его рассказы?

Эйвери наклонился вперед.

— Давай выбираться отсюда.

— О, — эту часть свиданий она ненавидела больше всего. — Ой, мне нужно тут повидаться с кое-кем, я обещала. И Джил до сих пор еще здесь. Может в другой раз?

Его кривая, тающая сырная улыбка исчезла.

— Хорошо, тогда увидимся.

— Я зайду к тебе в магазин.

Он опять засиял.

— Я оставлю для тебя сыр в золе.


Великолепно. Она задавалась вопросом, был ли этот сыр похож на поедание сигаретного пепла, за исключением хорошего вкуса чеддера.

— Увидимся позже, Эйвери. — И направилась к бару, чтобы выпить что-то покрепче, ей показалось это блестящим планом.

— Привет, Мередит, — крикнул Ларри Барлоу. Он сидел на стуле у бара в потертых джинсах.

Жаль, что он оказался придурком.

— Как поживаешь?

Она старалась с ним держать дистанцию.

— Отлично. А ты?

— Лучше и быть не может. Хочешь выпить?

В какой вселенной я захочу с ним выпить?

— Нет, не могу. Мне нужно найти Джил.

— Она играет с этим журналистом. Он в пух и прах разнес ее в дартс.

Джил проигрывает в дартс?! Такое было впервые.

— Увидимся, Ларри.

Брайан наблюдал за Таннером и Джил из затемненного дверного проема игровой комнаты. Хор стонов зрителей был аккомпанементом, когда Таннер попал в яблочко.

Она подошла к Брайану.

— Я слышала о в пух и прах?

Он резко дернул головой в ее сторону.

— Я никогда не видел, чтобы с такой точностью попадали в яблочко… глаз-алмаз. Джил очень расстроена. — Но выражение его лица было не лучше, он хмуро посматривал на происходящее.

— Она ненавидит проигрывать.

— Да, я знаю. Как она может спать с таким парнем, который разделывает ее под орех.

— Что?!

Он ударил кулаком по воздуху.

— Я знал, что она соврала! Черт побери.

Кто вложил эту мысль ему в голову? Потом она вспомнила неловкий язык тела между этими двумя в баре. Ага, так значит Джили.

Брайан покачал головой.

— Я больше не буду наблюдать за ними. Она все время пытается от меня скрыться.

Мередит схватила его за руку.

— Ей нужно больше времени, чтобы прийти в себя.

Даже в темном свете бара, его лицо вытянулось.

— Я знаю, но я боюсь, что когда-нибудь она уйдет на всегда, и я не смогу ее вернуть. — Он бросил на Джил последний взгляд, и на его лице отразилась болезненная тоска. — Увидимся, Мере, — сказал он и ушел.

Мередит протиснулась сквозь толпу, направляясь прямо к доске для дротиков. Ее сестра была вся на нервах, мышцы на спине напряглись, как у балерины, готовой к прыжку.

Таннер встретил ее взгляд, когда Джил попала дротиком в узкую щель — в двадцать пунктов всего лишь в дюйме от яблочка. Вытирая доску, он вписал ее очки, его пальцы были покрыты мелом.

— Давай это будет последняя игра. Мужчина в возрасте должен завтра встать и отправиться учить детей. — Он зевнул и потянулся, подняв руки над головой.

У Мередит пересохло во рту, пока она наблюдала, как его мышцы перемещаются под простой темно-синей футболкой. Хотя она поняла, что он ни капли не устал, а тем более был не стариком, но его поступок вызвал теплоту у нее на душе.

«Признайся, — вклинилась Разведенная Женщина. — Этот мужчина заставит тебя кричать».

Мередит обняла Джил.

— Эй.