Солнце

Перед тем как заснуть, я смотрю в окно, невольно думая о Крисе, о матери и дочери Мунлайт и почему-то о Лестерсе. Ночь тает, и звезды, с которыми я переглядывалась время от времени, меркнут.

«Кто ты и кто я. Давай обойдемся без рассуждений о гордости и прочей шелухе. Будем мыслить реалистичными категориями. Просто подумай: кто ты и кто я. Какие возможности есть у тебя, и какие - у меня. И что смогу сделать я, если захочу отблагодарить тебя или, напротив, уничтожить».

Ночью мне снятся Мэг и Эш.

По хрустальной радуге, переброшенной между двумя обрывами, они идут ко мне, держась за руки. А я стою босыми ногами на влажной темно-изумрудной траве и радостно машу им. Моих щиколоток касается подол широкой ночной рубашки, которую трепет ветер - как и мои волосы, собранные в низкий хвост. Небо над нами бархатное, густо-синее, подернутое дымкой рваных облаков - оно отражается в радуге, в которую бьют солнечные лучи. Но стоит опустить взгляд, и становятся видны дымные тени бездны, разверзшейся между обрывами. Они вьются в воздухе, стараясь дотянуться до радуги, но ничего не получается.

Мы улыбаемся и кричим что-то друг другу - но что, я не знаю, потому что в моем сне нет звука. В нем властвует тишина. И я ничего не слышу: ни голосов, ни шума ветра, ни того, как на хрустальной радуге появляются трещины. Они бегут от противоположного края обрыва следом за Мэг и Эшем, и те слишком поздно понимают, что сейчас случится. Замирают. И летят вниз - в одно мгновение.

Радуга рушится. Тени бездны радостно подхватывают сверкающие осколки.

Я падаю на колени, от бессилия хватая пальцами влажную траву.

Мою вязкую тишину прорезает страшный крик. И я просыпаюсь - распахиваю глаза и резко сажусь в кровати.

Сердце бешено стучит, дыхание сбито, на лбу - капли холодного пота. Я массирую ноющие виски, пытаясь прийти в себя. Все, что я помню - это ощущение тишины, которую пронзает чей-то крик.

За окном ярко светит солнце - уже день. Я хватаю мобильник - до работы еще несколько часов, и я могу спокойно спать дальше, но не могу. Неприятное ощущение не покидает меня, и на сердце становится тяжело. Предчувствие ли это? Я не знаю. Знаю лишь то, что я должна довести до ума вчерашнюю песню. Песню для Криса.

Я встаю и иду на кухню - губы пересохли, и хочется пить. Однако едва я делаю несколько глотков кокосовой воды, как возвращается Лилит. Я слышу, как она открывает дверь и садится на пуфик рядом со шкафом. Почему-то она не проходит в гостиную, а остается на месте. Я иду к ней, не понимая, почему она осталась в прихожей. Всю эту ночь она провела вместе с Октавием, и что там у них случилось, я понятия не имею. Подруга просто написала сообщение, что переночует у него.

Лилит смотрит куда-то вниз, опустив длинные ресницы и сложив руки крест-накрест на коленях. Взгляд у нее отсутствующий. Обычно гладкие и тщательно вытянутые волосы слегка взлохмачены. А на губах - чуть припухших - играет странная полуулыбка.

- Эй, - спрашиваю я ее. - Ты в порядке?

Лилит поднимает на меня блестящие глаза и неожиданно ухмыляется.

- Более чем, - говорит она.

- Ты выглядишь странной, но довольной, - замечаю я.

Она улыбается шире.

- Ты пила? - спрашиваю я, с интересом ее разглядывая. С ней что-то не то, но что, я понятия не имею. - Или...

- Или... - кивает она и коротко смеется

- Вообще-то, я имею в виду травку, - с усмешкой говорю я.

- Это лучше травки, - машет она головой.

Я приподнимаю бровь.

- В смысле?.. Ты что...

- Мы провели потрясающую ночь, - перебивает меня Лилит и вдруг зажимает чуть припухшие губы ладонью, стараясь спрятать довольную и одновременно смущенную улыбку.

- С кем? С Октавием? - озадаченно уточняю я.

Она кивает. Ее бледные щеки наливаются розовым румянцем.

- Серьезно?!

- Да-а-а. Он потрясающий. Дева Мария, - молитвенно складывает Лилит ладони у груди. А я вижу на ее шее красное пятно. Брови у меня приподнимаются сами собой.

Подруга ловит мой взгляд и понимает, на что я смотрю.

- Мне так стыдно. Но так хорошо... Наверное, я пошлая, - смущенно хихикает она, прикрывая шею.

- Не знаю, что сказать, - озадаченно улыбаюсь я. - Ты меня... удивила, подруга. Но, главное, чтобы тебе это нравилось.

Я действительно не знаю, что сказать. Вообще-то я не сторонник случайных связей, хотя, если вспомнить то, что было между мной и Лестерсом, можно подумать обратное. Но я и не ханжа - если Лилит решила для себя, что ей это надо, значит, это правильно. Да и трудно, наверное, отказать такому мужчине, как Октавий.

С другой стороны, я прекрасно понимаю, что для него провести ночь с фанаткой - бывшей или настоящей - обычное дело. А вот для подруги такая связь может обернуться трагедией.

- О, еще как понравилось, - сообщает Лилит, и в ее темных глазах загораются искры. - Ты не представляешь, какой он.

- Сладкий? - со смехом спрашиваю я.

- О-о-очень сладкий, - сообщает Лилит и зачем-то хлопает себя по щекам. - А я теперь - его девушка.

- В смысле? - ничего не понимаю я.

В это время дверь открывается, и на пороге появляется Кирстен. Вчера вечером она уехала к Эми, чтобы помириться, и в итоге осталась у нее ночевать. Правда, выглядит она сонно и с порога громко объявляет:


- Мы всю ночь играли в покер! Этот чертов Маршалл постоянно всех обставлял! Я лишилась почти всей налички!

- Какой Маршалл? - не понимаю я.

- Сосед Эми. У нее была небольшая тусовка. Зато мы с ней помирились, и она обещала извиниться перед вами сегодня... Ой, а ты тоже не ночевала дома? - удивленно спрашивает Кирстен у Лилит.

- Тоже, - хмыкает она. - И ты не поверишь, что со мной было.

- Что?! - весьма озадачивается Кирстен. Она ужасно любопытна. - Ну, говори! Говори-говори-говори!





Глава 1.2. Янтарь и аквамарин




Лилит как-то внезапно оживляется и тащит нас в гостиную. Мы с Кирстен сидим на диване, обняв подушки и попивая горячий кофе, а Лилит в лицах рассказывает о том, что произошло с ней вчера. О том, как они скрывались от папарацци, о том, какое предложение сделал ей Октавий, о том, как прошел вечер у Элинор Фелпс... Стоит ей только упомянуть мою любимую певицу, как у меня подскакивает пульс.

- Ты ее видела?! Ты общалась с самой Элинор?! - кричу я. Она для меня - звезда на музыкальном небосводе, и тот факт, что подруга вот так запросто общалась с ней, приводит меня в дикий восторг.

- Да, - кивает Лилит с блаженной улыбкой. - Знаешь, какая она клеевая?!

Она рассказывает о квартире Элинор, о ее гостях, о ней самой, и я расплываюсь лужицей от внутреннего упоения. Это отвлекает меня от всех дурных мыслей, от ненужных размышлений и тяжелого предчувствия. Мы улыбаемся, слушая Лилит, смеемся, когда она мимоходом шутит, пихаем друг друга локтями, когда речь заходит об Октавии. Кирстен пытается узнать подробности прошлой ночи, но Лилит, хоть и не хочет показывать этого, смущается.

- Расскажи, куда он тебя целовал! - требует Кирстен. - Где еще у тебя засосы?!

- Отстань! - кидает в нее подушкой Лилит. - Какая тебе разница?!

- Я хочу знать все! Все-все-все!

- Это тайна! - задирает носик Лилит. - И, вообще, это все - тайна. Никому не рассказывайте об этом, я вас умоляю! Иначе у меня будут неприятности.

- Все в порядке, - кладет ей на плечо руку Кирстен. - Лучше расскажи, сколько раз...

Лилит зажимает ей рот ладонью. Они в шутку начинают биться подушками, стоя на коленях прямо на диване, и это выглядит очень комично. Я сижу чуть в стороне - мои щеки уже побаливают от смеха и улыбок. В какой-то момент я понимаю, как сильно люблю Лилит и Кирстен и как дорожу ими. Пусть мне не повезло с матерью, но мне повезло с друзьями. Девчонки и парни из группы дороги так, будто они мои сестры и братья.

Бой подушками заканчивается ничьей.

- Что с тобой, Санни? - спрашивает запыхавшаяся Кирстен, приземляясь рядом и обнимая меня.

- Все хорошо, - отвечаю я.

С другой стороны садится Лилит и кладет голову мне на плечо.

Брюнетка, блондинка и рыжая - хорошая компания.

- Ты грустная, Ховард, - заявляет подруга.

- Тебе кажется. - Я кладу руки им на плечи. - Я всего-навсего устала.

- Санни просто завидует тебе - у нее не было такой бурной ночи! - хохочет Кирстен.

- Вот оно что? Эй, не грусти, подружка, - хихикает Лилит. - Давай попросим Чета, чтобы он тебе помог. Он ведь горя-а-ачий парень. Про него в Хартли скоро начнут ходить легенды.

Я морщусь. Чета я всегда воспринимала как брата. И, кажется, это взаимно.

- Я же говорила вам - у него появилась подружка.

- Вот это новость, - хмыкает Лилит, не поднимая голову с моего плеча. - У него каждую неделю появляется подружка, а то и две.

- А в эту он, похоже, влюблен, - говорю я.

- Да ну, - не верит Кирстен. - Чет и любовь - это антонимы.

- Вся его любовь - ниже пояса, - подхватывает Лилит.

- Не знаю, что с ним происходит, - отвечаю я задумчиво, - но от своей последней девушки он просто без ума.

- Мне кажется, быть без ума - это его обычное состояние, - заявляет Кирстен.

- Просто он отшил тебя в свое время, и ты его терпеть не можешь, - смеется Лилит. Кирстен снова кидает в нее подушкой.